До того как Розальба Каррьера открыла двери своей портретной мастерской, пастель в основном была отнесена к области подготовительных рисунков и набросков. Будучи начинающей художницей в Венеции XVIII века, Каррьера осознала технический и эстетический потенциал пастели для воплощения эпохи рококо, в которой её портреты сыграли ключевую роль в формировании вкуса.

Сесилия Бо - выдающаяся американская портретистка, известная своими реалистичными и элегантными изображениями буржуазии и не уступающая многим художникам-мужчинам своего времени.

Чжан Сюань был одним из самых известных художников китайской династии Тан. В то время как Европа всё ещё находилась в так называемых «Тёмных веках», он делал подробные натуралистические работы.

Мэри Кассат (1844-1926) - американская художница-импрессионист, прожившая большую часть своей жизни во Франции. Она сосредоточилась на том, чтобы запечатлеть женщин в их повседневных задачах в масле, пастели и гравюрах, и создала много инновационных представлений матерей и детей. Кассат оказал огромное влияние на поощрение выставки и коллекции импрессионистского искусства в Соединенных Штатах.

Личность дамы до сих пор остаётся тайной. Есть, правда, неподтверждённая легенда, что прототипом героини Крамского послужила девушка из нашего Черноземья крестьянка Матрёна Саввишна, которая вышла замуж за дворянина Бестужева, некоторые искусствоведы утверждают, что изображена княгиня Юрьевская (вторая супруга императора Александра II). Есть и другие версии.

Портретная живопись фламандского художника Антониса Ван Дайка затмила все прочие творческие направления, в которых работал и искал себя художник.

Живописец Илья Ефимович Репин обладал мистической особенностью, "переплавлял в краски живую плоть и кровь человеческого тела". Многие, кого он рисовал, жили потом крайне недолго.

Король, волнуясь за своего фаворита, пожелал поскорее его женить, чтобы какая-нибудь обиженная Маргарет не осиротила дворцовые галереи. Он представил ему Марию Рутвен.

У искусства нет других врагов, кроме невежд. Овидий.

«Самый главный художник нашего века» – так назвал Яна ван Эйка его младший современник, итальянский гуманист Бартоломео Фацио. Такую же восторженную оценку дал через полтора века голландский живописец и биограф нидерландских художников Карел ван Мандер: «То, что ни грекам, ни римлянам, ни другим народам не дано было осуществить, несмотря на все их старания, удалось знаменитому Яну ван Эйку, родившемуся на берегах прелестной реки Маас, которая может теперь оспаривать пальму первенства у Арно, По и гордого Тибра, так как на ее берегу взошло такое светило, что даже Италия, страна искусств, была поражена его блеском».

Наряду с Тицианом и Тинторетто один из самых выдающихся венецианских художников XVI века. Праздничное искусство Веронезе близко нам своей жизнеутверждающей силой, ярким прославлением красоты мира. Образы, созданные художником, выделяются яркостью, портретной неповторимостью.

Диего Родригес де Сильва Веласкес родился 6 июня 1599 года в испанском городе Севилье в семье знатной, но небогатой. Его отец был выходцем из Португалии, и это обстоятельство во многом определило судьбу Диего. Как и многих других мальчиков, его отдали в монастырскую латинскую школу.

Эжен Фромантен пишет: «Неповторимый гений, неповторимое изящество, неповторимый талант, весь ван Дейк в целом был бы необъясним, если бы не солнечный свет, бросающий на него такие прекрасные отблески. Если бы вы стали искать того, кто научил его этим новым приемам, этому свободному языку, уже не имеющему ничего общего со старым, то вы увидели бы на нем сияние, исходящее откуда?то извне, не от его гения, и, в конце концов, предположили бы, что, по всей вероятности, где?то рядом с ним должно было светить великое исчезнувшее светило. Вы уже не назвали бы ван Дейка сыном Рубенса. Вы прибавили бы к его имени: "учитель неизвестен". И тайна его рождения заслуженно привлекла бы к себе внимание историографов».

«…Искусство Уистлера трудно отнести к какой?нибудь определенной художественной школе. Он воспринял и синтезировал в своем творчестве самые разные течения, не поддавшись ни одному из них.

Французский критик Делинь пишет о Сурикове: «В его картинах он открывается нам как могучий воскрешатель прошлого, которое он реконструирует с верностью ученого. Сотни страниц лучших исторических книг не дадут такой ясной идеи об исторической трагедии, которая произошла в Москве во времена Петра. Толпа играет главную роль в большей части его картин. Нет ничего более впечатляющего, чем народ, который волнуется, защищается или нападает, каждая группа живет своей собственной жизнью, героическая или покорная. Точность рисунка, разнообразие красок гармонируют в едином целом, полном величия, могучем, правдивом и трагическом».