Бабушка продаёт фамильный самовар, чтобы спасти внучку, но находит чудо в другом: история, рассказанная в интернете, пробуждает волну доброты незнакомых людей. Их помощь не только дарит девочке жизнь, но и возвращает в дом утраченное тепло, доказывая, что настоящее волшебство — в людской сплочённости.

Под прозрачным покровом скрывалось лицо старухи, древнее, иссохшее временем, глаза пустые, неподвижные, полные безмолвия вечности.

Что, если буквы имеют цвет, а музыка обладает фактурой? Если стихотворение можно не только прочесть, но и ощутить на вкус и кожей? Этот текст — исследование магии, скрытой в самой основе творчества. Мы проследим, как нейрологический феномен синестезии — таинственное слияние чувств — из личного опыта избранных превратился в мощнейший инструмент поэтического языка. От провидческих «соответствий» Бодлера и Бальмонта до слов-взрывов футуристов, от психологической прозы Набокова до современной литературы — синестезия служит мостом к целостному переживанию. Это ключ к преодолению ограничений обычного слова, попытка выразить невыразимое и достичь того состояния, где исчезают границы между чувствами, а человек соприкасается с запредельной полнотой бытия.

Путешествуйте по России!

…А ты помнишь, как он уходил от нас в последний раз?..

Вот и отгремела мировая премьера грандиозного спектакля под названием «Пандемия», спектакля дорогостоящего и с уникальной сверхзадачей.

Меж двух великих рек Азии лежит эта древняя страна с благодатнейшей землёй, которая помнит и величавую поступь караванов Великого Шёлкового пути под монотонный ритм верблюжьей сбруи, и грохочущий топот конницы Александра Македонского, и крики его воинов, помнит жестокие подвиги Тамерлана и лёгкие шаги весельчака Ходжи Насреддина.

Приглашение в Армению

Представьте, что вы остались совершенно одни. Вокруг — абсолютная тишина и вакуум космоса. Вы — не человек. Вы — андроид, последний «живой» свидетель новогодней вечеринки, которая здесь только что гремела. Люди исчезли. Всё, что осталось — мишура, запах ёлки, клок волос в двери и огромный, одиноко плавающий зеркальный шар. Ваша цель — понять. Протокол «ретроспектива» активирован. На белой стене корабля, как на экране, оживают последние минуты: смех, тосты, мечты, робкий танец зарождающегося чувства... и сбой. Чёрный кадр на 4 минуты 17 секунд. Что скрывается за ним? Что за безликие сущности-эктоплазмы ворвались в самый пик человеческого счастья и зачем им понадобились именно эти эмоции?

Это история о том, как юмор, находчивость и крепкая дружба побеждают там, где бессильны бластеры и «Громовержец». Пристегните ремни — «Альбатрос Сингулярности» отправляется в полёт!

Дождь барабанил по карнизу, рисуя на стекле причудливые узоры-граффити. Они тут же расплывались в водянистые кляксы, будто кто-то невидимый торопливо стирал их влажной ладонью. Капли стекали длинными дорожками, стекла подрагивали от порывов ветра, словно дом вздыхал от осенней усталости.

Мир после апокалипсиса. Долгая ядерная зима. Но в этом ледяном мире люди не унывают, научились жить, шутить и не терять надежды на возвращение к той жизни, до Большой Зимы.

Страшилка на ночь. Немного чёрного-пречёрного юмора, мистика, скрип лестницы, жуткий детский сон и современные реалии.

Сказочная магия и суровая реальность современности. Если кто-то присматривает за нашим миром, то почему бы ему не быть в теле ... например,кота. По моему мнению вполне достойное существо.

Почему цикл «Иранский дневник» — это не просто шпионский триллер, а пугающе точный диагноз нашему времени? В современной литературе Иран обычно предстаёт в двух ипостасях: либо как карикатурная «Ось зла» с безумными аятоллами, либо как экзотическая декорация для слезливых историй об угнетении. В своём цикле «Иранский дневник» автор выбирает третий, самый сложный путь. Он показывает Иран как огромную лабораторию, где ставят эксперименты не только над атомом, но и над человеческой душой. И делает это с большой любовью: к стране, религии и персонажам. Цикл, состоящий из трех повестей — «Исфахан», «Шираз» и «Фордо», — это жанровый хамелеон. Он начинается как холодный процедурный триллер в духе Джона ле Карре, делает резкий поворот в интеллектуальную альтернативную историю и заканчивается мощной постапокалиптической драмой.