Она протянула к мальчику руки и, наклонившись, взяла в ладони его маленькое личико и заглянула в невинные глаза ребенка. Он должен стать носителем ее силы, так будет справедливо. Лилит прижала к себе Каина почти с нежностью и поцеловала его в крошечные губки, смешав его теплое дыхание со своим, наполненным темной энергией.

Решив, что дома и стены лечат, родители Камиллы при первой же возможности забрали ее домой. И, наверное, это было правильное решение. Но, оказалось, близкие знают о Камилле не все.

- Я сделал все, что мог, но ничего обещать не могу. Могу сказать только две вещи: осколок мы удалили, и жить Камилла будет. А вот какой будет ее жизнь, покажет только время.

Рассвет лишь усилил их одиночество и страх, а каждый новый день стал постоянной борьбой за выживание. От диких зверей им приходилось искать укрытие не только ночью, а холодный ветер проникал и в пещеры, где они ночевали.

Ева с опаской взяла фрукт в руку и посмотрела на его надкушенный бок. Из мягкой мякоти струился густой сок, такой аппетитный, что рот Евы наполнился слюной. Она закрыла глаза, поднесла к губам запретное лакомство и откусила. Фрукт, действительно, был таким вкусным, что Ева зажмурилась от удовольствия.

Лилит показалось, что что-то горячее наполняет ее, потом некие оковы, удерживающие ее душу, упали на землю. Она и Ареман стали единым целым, взмыли вверх и исчезли в бескрайних просторах Вселенной, как яркие звезды. На влажной траве осталось лежать тело темноволосой девушки, хрупкая фигурка, освещенная луной.

В бездне Темной туманности, расположенной на краю Вселенной, все пространство было пронизано мрачной энергией. Густые тени, подобные неуловимым пылевым вихрям, заставляли очертания любого вещества сливаться и казаться размытыми.

Она все-таки сообразила… И как же она догадалась… Эта девчонка оказалась гораздо умнее, чем я думала. Что? Идиотка! Как я могла об этом забыть?! Как можно было забыть запереть дверь на ночь?

И Дарин ушёл. Я осталась сидеть посреди дороги, словно никому не нужный выброшенный мусор. Им собственно, я и являлась. В «нулевом измерении» день шёл к концу. Здесь не бывает закатов или рассветов, не бывает полнолуний или солнечных затмений, здесь всегда серое небо без какого-либо присутствия внешнего освещения. Возможно, что и воздуха здесь нет, а жители данного измерения существуют лишь, как длинный и запутанный код забытой программы. Может, для вселенной мы лишь недописанная книга, выброшенная из окна в грязную лужу, но одно здесь было точно ясно, прервать существование кого-либо можно было так же, легко, как взбежать на пятый этаж пустого здания.

Другие молекулы предпочитали не двигаться, а цеплялись за поверхность планеты и оставались так, меняя свои формы. Они разрастались, становясь зелеными, распускали свои длинные щупальца вверх, протягивая их к теплому светилу, а на их вершинах распускались прекрасные цветы.

Сначала все было хорошо, новая сестра выполняла все желания Лили, некоторые даже раньше, чем они успевали появиться. Они катались на слонах и всевозможных каруселях, кормили жирафов, катались на них тоже, играли с настоящим Бармаглотом и даже летали на воздушном шаре.

У меня никогда не было сестры, но я о ней всегда мечтала. Понимаете, у нас в стране игрушек можно заниматься чем угодно. Например, прокатиться на слоне, хотя в реальности ты его видел разве что в зоопарке.

Лили заснула, но проспать ей удалось недолго: ведь ночью Аннелис ожила! - Привет, Лили, - сказала она — я твоя сестра. Давай поиграем? Лили согласилась, и спросила, во что они будут играть.

Над головой решетом сочилось звёздное небо, светящиеся искорки мигали, падали и плавно неслись вдаль. Где-то совсем рядом зашелестел лес, казалось, что можно различить каждый звук, листьев, травы, сухих веток. Открытую кожу рук и лица холодил ветерок, касался губ, словно мимолётным поцелуем, нашёптывал на ухо тайны мироздания. Этот мир казался таким волшебным, словно любимый, но давно забытый сон. И вдруг, какой-то монстр утаскивает меня в тёмную нору, что бы оставить там навсегда, я пытаюсь сопротивляться, отбиваюсь, хочу кричать, но не могу.