Сколько на самом деле существует сюжетов? Четыре, как полагал Борхес? Тридцать шесть, как насчитали в XIX веке? Или всего два, как мрачно шутит современный автор?.. Перед вами путешествие по истории одной навязчивой идеи: исчислить, каталогизировать и разложить по полкам всю мировую литературу. От античного эпоса до постмодернистского молчания, размышление балансирует на грани между строгой аналитикой и поэтическим жестом, напоминая, что любая классификация — это прежде всего форма воображения...

Когда-то от этой болезни умирали. Швейцарские наёмники, оторванные от родных Альп, сгорали от тоски по звуку пастушьего рожка. Врачи искали в их телах особую «косточку ностальгии» и верили, что исцелить может только горный воздух. Но настоящая тайна открылась позже: дело было не в географии. Это размышление — путешествие сквозь историю чувства, которое начиналось как диагноз, а стало самой тканью нашего существования. От медицинских трактатов XVII века до печенья «мадлен» Пруста, от мазурок Шопена до дымки тарковского кадра, от эмигрантской «России в памяти» до современной тоски по будущему, которое так и не наступило. Почему нас преследует прошлое, в котором мы никогда не жили? И что значит — найти дом не в пространстве, а во времени?..

Феноменология учит: "Мир — это то, что случается с нашим телом". Бахтин добавляет: и хорошо бы, чтобы при этом было смешно! Мо Янь и Сорокин уточняют, что смеяться уже не получается, но другого выхода нет. Текст о "раблезианских" книгах, в которых пахнет потом, вином и разложением. О книгах, которые нужно проживать всем нутром.

Пока готовился к очередному рабочему дню, случайно открыл не ту папку и завис на полчаса. Нашёл старые стихи, которые писал, когда был студентом. Помните это время? Когда эмоции зашкаливают, хочется творить, и каждая мелочь вдохновляет на целое стихотворение. Сейчас на это смотришь совсем иначе, но выбрасывать жалко. Да и незачем. Здесь будет немного поэзии из прошлого. Зачем я это публикую? Наверное, чтобы помнить, каким я был. Да и просто — почему бы и нет?.. (P.S: часть 5)

Каждый раз, открывая книгу или включая сериал, мы заключаем с автором молчаливый договор. Мы соглашаемся поверить в вымышленный мир, а взамен автор обещает честную игру: ни одно действие не останется без последствий, ни одно обещание, данное в первом акте, не будет забыто к финалу. Но что происходит, когда этот договор нарушается? Когда вместо логики событий с небес спускается «бог из машины», а из ближайших кустов достают «рояль», которого никто не приносил?.. Внимание! Статья содержит множество спойлеров к произведениям, на которых строится анализ: трагедиям Еврипида, романам Чарльза Диккенса, сериалам «Игра престолов», «Остаться в живых», «Секретные материалы», «Как я встретил вашу маму», фильмам братьев Коэн, Квентина Тарантино, Пола Томаса Андерсона и другим значимым текстам. В силу жанра — размышления о сценарной логике и этике повествования — разбор этих сюжетов неизбежно раскрывает ключевые повороты и финалы.

Арина Родионовна была кормилицей старшей сестры Пушкина Ольги. Когда родился Александр, Ольге было чуть больше полутора лет, и Арина Родионовна оставалась при ней. А когда Ольга подросла, родился младший ребёнок, Лев, и Арина Родионовна стала его няней.

Если спросить, о чём сказка «Колобок», большинство из нас скажет: «Об уходе из дома, об опасностях, подстерегающих на жизненном пути, и о неизбежности его конца». Всё это, конечно, верно. Но...

Что, если буквы имеют цвет, а музыка обладает фактурой? Если стихотворение можно не только прочесть, но и ощутить на вкус и кожей? Этот текст — исследование магии, скрытой в самой основе творчества. Мы проследим, как нейрологический феномен синестезии — таинственное слияние чувств — из личного опыта избранных превратился в мощнейший инструмент поэтического языка. От провидческих «соответствий» Бодлера и Бальмонта до слов-взрывов футуристов, от психологической прозы Набокова до современной литературы — синестезия служит мостом к целостному переживанию. Это ключ к преодолению ограничений обычного слова, попытка выразить невыразимое и достичь того состояния, где исчезают границы между чувствами, а человек соприкасается с запредельной полнотой бытия.

Что связывает последнего аристократа Серебряного века, ироничного летописца советского абсурда и постмодернистского провокатора? Кажется, ничего... кроме главного. Про Бунина, Довлатова и Сорокина, а также их дерзкую, почти хирургическую, операцию над русской литературной традицией.

Многие знают о шахматном суперкомпьютере от компании IBM, однако шахматный автомат Иоганна Непомука Мельцеля опередил Deep Blue в области механики. Шах и мат.

Идиллическое представление о пляже относительно ново. Массовый пляжный отдых, каким его знают многие современные люди, стал по-настоящему популярен лишь в XIX и начале XX веков, зародившись как привилегия состоятельных классов западных стран.

Троянская война была одной из самых разрушительных в истории Греции. В ней участвовали почти все греческие государства, а осада обнесённого стеной города Трои в Малой Азии продолжалась 10 лет.

Ненадёжный рассказчик – это такой персонаж, который рассказывает часть истории, но не рассказывает читателю всей правды. Делают они это по разным причинам, и в зависимости от этих причин их можно классифицировать.

Сегодня хотелось бы поговорить о сказке, к которой у меня множество вопросов. Вы уже догадались, что речь пойдёт о Снежной Королеве. И действительно, в этой сказке есть много непонятных моментов.

Медицинское заболевание названо в честь образа вымышленного рассказчика, который в свою очередь был основан на реально существовавшем немецком дворянине, известном тем, что придумывал небылицы. В 1951 году лондонский врач Ричард Ашер написал статью о «распространённом синдроме, с которым сталкивалось большинство врачей, но о котором мало что было написано». Он описал картину внешне больных пациентов с драматическими, но правдоподобными историями болезни, которые бесконечно посещали врачей и больницы.

Он был актёром, а также величайшим драматургом всех времён, но никто не смог с уверенностью назвать ни одной роли, которую Уильям Шекспир исполнил бы сам.

Сегодня я хочу рассказать о фокальных персонажах в литературе. Но прежде всего, нужно сказать, что вообще означает слово «фокальный». Произошло это определение от слова «фокус».

В век всеобщей свободы слова и потока идей и информации, кажется, что списки запрещённых книг уже не актуальны. Но практика показывает, что это не обязательно! Даже самые открытые и толерантные страны могут блокировать или ограничивать доступ к определённым публикациям, хотя бы ради поддержания общепризнанного порядка вещей и противодействия радикализации общества.

Русская студентка художественного факультета рано закончила свой жизненный путь, но её дневник продолжал вдохновлять будущих писателей. Нужен особый талант, чтобы пройти сквозь десятилетия и вызвать сочувствие коллег-художников. Башкирцева, не смотря на свой возраст, несомненно обладала таким талантом.

Минотавр - бык Миноса, царя Крита, по легенде, был получеловеком-полубуйволом, о котором вспоминают в основном в связи с мифами о подвигах Тесея. Противоречивый образ, в котором слились воедино несовместимые понятия: звериная жестокость и человечность, гнев и страдание, смерть и необычайная жизнеспособность