Если за один присест рассказ не получалось написать, то Фёдор рвал в клочья листки бумаги, исписанные стенографическим почерком. Рассказы свои он не любил перечитывать, а если случалось такое, то летели обычно эти письменные сочинения в Дон с крутого обрыва