Когда его назвали Адамом Ибрагимовичем — лучшим криминальным патологоанатомом не только Сараево, но и всей Боснии и Герцеговины — он ожидал обычное дело.
«Сегодня утром в порту Неума найдено тело молодой женщины».
Но всё изменилось, когда он увидел это тело.
Сначала он подумал, что её кожа стала тёмно-синей из-за livor mortis — трупных пятен. Но при внимательном осмотре оказалось, что это не так. Это было только начало.
— Ну, что скажете, доктор? — спросил местный полицейский Стево Хаджич.
— Она выглядит… странно. Если вам тяжело присутствовать при вскрытии, я пойму, — ответил Адам.
— Ни за что. Я должен быть здесь. Даже если меня вырвет.
— Запаха гниения нет — значит, умерла недавно. Голова слегка наклонена влево… сломана шея. И ещё… что-то есть на её шее.
Никто не пропадал за последние сутки? Документов нет?
— Никто. Ни по всему Адриатическому побережью. Только сеть с ракушками и рыбой рядом с телом.
Адам достал скальпель и попытался разрезать грудную клетку — но лезвие лишь вмялось в кожу, как будто он пытался резать резиной.
— Новый скальпель… а ведёт себя как тупой нож.
Он приподнял странные четыре линии на шее и понял — это жабры, как у акулы.
Он начал фиксировать наблюдения:
Возраст: 18–25 лет
Пол: женский
Волосы: чёрные, до плеч
Кожа: светло-голубая, спина тёмно-синяя
Одежда: короткая юбка, похожая на морские водоросли
Конечности: перепонки между пальцами рук и ног
Зубы: треугольные, как у пираньи, белые, как жемчуг
Полость рта: слегка голубая
Только алмазный скальпель смог немного повредить кожу — и тут же сломался.
Адам понял: это тело не вполне человеческое… или вообще не человеческое.
Он открыл ей веки фонариком — глаза были полностью чёрные.
— Господи… Сначала почти голая плавала, теперь зубы как у барракуды, а глаза как у инопланетян, — прошептал Стево.
— Узнаем больше после анализа крови и ДНК. Это не мутации… скорее, адаптация к жизни в море.
Алмазный косторез с трудом вскрыл грудную клетку. У неё были лёгкие, но сердце — в два раза больше человеческого, и две печени.
Вдруг появился молодой полицейский, бледный как снег:
— Сэр! Родственники девушки… здесь.
Он показал фотографию на своём телефоне: на деревянной пристани стояли существа с синей кожей и чёрными глазами, вооружённые копьями и винтовками, будто сделанными из раковин и панцирей лобстеров. У одного из них на голове был венец — их лидер. Возможно, король.
Адам закрыл грудную клетку и кивнул — тело поместили в гроб.
— Почему, доктор? Мы просто отдадим её им?
— Во-первых, это правильно. Во-вторых, если её кожа выдерживает косторез — думаешь, у вас есть шанс против них?
В порту они поставили гроб на землю. Существа стояли неподвижно, как статуи. Лидер подошёл, один из стражей открыл гроб. Остальные молча наблюдали за тремя боснийцами, которые не знали, чем всё закончится.
Лидер посмотрел на девушку, кивнул, приказал закрыть гроб — и посмотрел Адаму прямо в глаза.
Голос прозвучал внутри его разума:
«Моя дочь.
Мы забираем её домой… навсегда.
Возвращайтесь к себе, жители поверхности.
Мы не злы…
Но если пойдёте за нами — умрёте.»
В его мыслях была боль и скорбь, хотя лицо лидера оставалось неподвижным.
Они развернулись и ушли в море, как будто шли по парку.
Трое мужчин молчали несколько секунд, потом выдохнули.
— Что мы скажем начальству?
— Правду. А что ещё?