Мы и наши окна

Моё окно

Этот дом в виде буквы «Г» вопреки всем строительным нормам нежно полуобнял старую панельную хрущёвочку. «Точечная застройка» – новое слово в архитектуре российских городов начала двадцать первого века, как сейчас принято говорить, «рулит вовсю». Особенно в нашем старинном сибирском городе, где по причине огромного количества памятников деревянной архитектуры, охраняемых государством, в центре сносить под строительство практически нечего. А строить кому-то хочется. И в результате между нашими окнами буквально расстояние длины копья, как в городах средневековой Европы.

Из моего хорошо видны окна, как моего крыла дома – того, что ножка той самой буквы «Г», так и противоположного ей здания времён правления известного любителя кукурузы. Я уже стар, но не в том смысле, что «звезда», а просто по воле моего создателя в этом мире я существую уже довольно долго, и смотреть в окна – моё единственное и любимое занятие. А окна соседних домов не все закрыты шторами и наблюдать за их обитателями – прелюбопытнейшая вещь. Особенно интересны вот эти два окна … И, кажется, те, кто в них, тоже интересны друг другу…

Её окно

Она сидела в профиль. Иногда, задумываясь, поворачивала голову и смотрела в окно. Но там можно было увидеть только серую стену стоящего напротив дома и его окна. Ну и ещё кое-кого.

Поначалу она меня просто не замечала, мало ли что там в окнах маячит: ... у кого цветы, у кого занавески. В последнее время она сидела у окна с утра и до вечера. Наверное, готовилась к очередной сессии в универе. На столе лежала толстая стопка книг и тетрадей.

Иногда она подпирала голову рукой, перебирала пальцами локоны русых волос. Когда же уставала, то поднималась и делала для разминки несколько упражнений. От движений её стройного гибкого тела у меня мутнело в глазах и учащалось дыхание. Вчера она посмотрела на меня и улыбнулась, а сегодня утром помахала рукой и что-то сказала, кажется, поздоровалась.

Опять эти голуби! Уселись на подоконнике и что-то там себе бубнят. Отъелись, как гуси, не видать из-за них ничего. Кажется, окно неплотно закрыто, попробую отогнать глупую птицу ...

Его окно

Ну и сессия в этом году! Преподы словно сговорились, валят всех подряд. От учебников в глазах туман стоит, всякая чушь мерещится. Одна радость – в окошке напротив кот сидит. Каждый день с утра до ночи. Поначалу думала, это статуэтка такая красивая. Нет, живой, симпатичный такой котик. Белый, с рыженькими пятнами. Глаза большие, зелёные. Смотрит, прямо как человек, иногда головку слегка наклоняет ... благородно так. Что это я? На кота засмотрелась. Переучилась, наверное.

Учебники, конспекты ... надоели, а что делать? Кажется, мне сочувствуют. Сегодня утром я даже поздоровалась с ним, и он, кажется, кивнул в ответ. Голуби прилетели, на подоконнике уселись, воркуют. Ой! Что это? Мой котик лапкой створку окна приоткрыл и на подоконник вылазит. Стой! Стой! Мамочка, он сорвался!

«Подоконник был обит железом с уклоном, чтобы вода стекала, когти предательски скользнули, и я полетел вниз. Мы, конечно же, всегда падаем на лапы, но пятый этаж от этого не становится третьим, и удар был что надо».

Ветеринар с интересом посмотрела на красивую, запыхавшуюся девушку, прибежавшую с котом, завёрнутым в её же собственную куртку.

– Вы же простудитесь, девушка! Что с ним?

На ходу выслушивая сбивчивый рассказ о падении с пятого этажа, врач осмотрела пострадавшего, сделала два укола и погладила его за ухом.

– Кажется, ничего страшного, кости целы, но без этих уколов трудно сказать, что было бы. Быстро принесли – это хорошо. Через пару дней приходите, ещё посмотрим. Как зовут? Вообще-то не вас, Мария, а его. Как не знаете? Он разве не ваш? А где соседи? Ну что же, он должен сказать вам спасибо, – доктор посмотрела в глаза потерпевшего, – и, кажется, он понимает, что вы для него сделали. Какой выразительный взгляд ...

– Его зовут Лукреций! – В смотровую вошел запыхавшийся седой мужчина, – это мой кот. Уф-ф, еле нашёл вас, соседка позвонила, говорит, что она бельё после стирки развешивала, когда Лука из окна выпал, сама растерялась, а девчушка из соседнего дома выскочила, в свою куртку его завернула и понесла его куда-то. Я понял, что в ветклинику, она рядом. Схватился и бегом сюда. Как он?

– В общем нормально. Кости целы, только один зуб сломан. Внутренние органы не пострадали, крови в выделениях нет. Везунчик! И симпатичный какой, глаза то какие красивые, а хвост! Просто загляденье! Я в ветеринарке третий год, а такого красавца впервые вижу. С тобой всё будет хорошо, Лука!

– Нет, лучше называть его полным именем – Лукреций, – сказал мужчина, –Так он больше любит.

Он

…он прав, Лукреций звучит гораздо лучше. Но вообще то мне не помешала бы и фамилия. Есть тут одна на примете. Лукреций Шредингер. Каково? После последних событий самая Он прав. актуальная для меня. Про того бедолагу недавно показывали по «телеку». Представляете, один съехавший с катушек учёный запихивает в ящик баллон с ядом и штуковину с радиоактивным элементом, которая при его распаде открывает вентиль. Вероятность того, что это весёлое событие произойдёт за время эксперимента – пятьдесят процентов. А для полного веселья в эту комнату смеха сажают КОТА! В чём суть этого действа и какова польза для науки никто внятно объяснить не может, но тому, кто в ящике приходится несладко. Очевидно со злости, нарушая все мыслимые и немыслимые научные законы, кот всё время выживает. И получает в народе, искренне восхищающемся его любовью к жизни и стойкостью к лишениям фамилию своего мучителя – Шредингер.

Да, некоторые уколы имеют свои побочные …эффекты. Особенно, если любишь слушать песню ливерпульских парней о милой девушке Люси, почему-то оказавшейся в небе с алмазами…

«Lucy in the Sky with Diamonds …» – пропел в голове чей-то очень знакомый голос … Мир вокруг меня взорвался яркими неведомыми ранее красками, сотнями неизвестных до этого мгновения образов, мыслей, чувств, желаний … Чей-то странный, ни на что не похожий голос раздался как эхо внутри меня: «У вашего рода девять жизней …это твоя вторая. Она особенная. Береги её». И тут же послышалось «А не спеши ты нас хоронить, а у нас ещё здесь дела …» – это же мой голос, голос старшего лейтенанта Дениса Гараева, командира разведгруппы ГРУ …

Она

– Ну здравствуй, Лукреций! Как себя чувствуешь?

– Вроде нормально, даже улыбается. Спасибо вам огромное!

Передо мной стоит хозяин кота – седой мужчина, очень взволнованный. Увидел своего любимца и так обрадовался, словно родственник нашёлся. Хотя что это я – сама то понеслась спасать словно … кого родного … или возлюбленного, какого-нибудь будущего. А как хозяин благодарил меня, когда Луку домой принесли (Василий Иванович, так он представился, настоял, чтоб я в гости зашла, да и Лука так смотрел на меня, что отказаться не смогла), за стол усадил, чаем с обалденным вареньем из грецких орехов напоил (а я варенье и всякие сладости люблю, девчонка же). Даже неудобно стало, сбегала к ветеринару всего то. За чаем узнала много интересного. Оказывается, Лука-Лукреций уже в приличном кошачьем возрасте, и он был любимцем у сына хозяина, который и дал коту такое редкое имя. И не спроста. Василий Иванович мне всё подробно объяснил. Говорят, что полученное при рождении имя формирует личность на 60-70%. В случае с Лукрецием этих процентов было не меньше ста. А может и больше. Как и знаменитый римский философ, видевший цель жизни в невозмутимости и спокойствии, его современный тёзка также с ранних лет ступил на этот путь, но в отличие от своего древнего предшественника достиг цели – духовного совершенства и отстранённости в созерцании мира практически сразу. Другим его просто никто не помнит. Его умиротворяющее спокойствие и мирская воздержанность стали легендарными среди всех моих друзей и знакомых.

Предпринимались попытки поколебать вышеупомянутую воздержанность путём знакомства его с представительницами противоположного пола, для чего мы приглашались в гости. Цели, естественно, были далёкими от духовного совершенствования двух личностей, а довольно прозаическими, хотя и необходимыми для поддержания самого существования славного вида «Felis silvestris catus» , но все попытки такой интерпретации понятия « дружеского общения» не приносили успеха. «Ужин при свечах» собственно и заканчивался с исчезновением этого самого ужина. На прощание гость дарил хозяйке обаятельнейшую «чеширскую» улыбку, что несколько сглаживало её неоправдавшиеся надежды.

Во время нашей беседы Лукреций сидел у меня на коленях, довольно мурчал и кивал в знак согласия со сказанным. Уходить не хотелось.

А вот дальше было печальное – Василий Иванович рассказал, что его сын, офицер-десантник пропал без вести при выполнении задания этим летом где-то на юге, и отец даже не знает где, не говорят.

Где-то на юге

… Твою мать!! Чего не понятно!? Отходить всем! Это приказ! Со мной не прорваться, да брось ты на хрен перевязывать! Уже не нужно. Гранаты у кого остались? Давай! Да одного рожка хватит, всё равно расстрелять не успею. Вертушка через десять минут, я их задержу, торопитесь. Главное, этого урода живым доставить. Всё, прощайте, пацаны! Нормально было с вами служить, спасибо!

… Вон, гады, показались. Грамотно идут, сволочи. Натасканные. Ничего, эту ямку не видно – они поначалу на те камни подумают. Туда из РПГ–шки пальнут, а я ещё парочку вальну, и вон того – камуфляж больно моднячий, пижон блин … Жалко, что ту девчонку в открытом окне напротив больше не увижу, весь летний отпуск хотел окликнуть, познакомиться. Чего боялся? Трус, наверное? Больше не увижу … Всё, пора теперь с этими уродами знакомиться …

… темнота …пропало всё … пространство вокруг стало … бескрайним, а время – бесконечным. Своего тела я не чувствовал, и вообще никакие органы чувств не работали. И не нужно. Что-либо чувствовать да и вообще думать не хотелось. В памяти всплыла доставшая всех вирусная фраза «от слова "Совсем"» Хотя словами это передать невозможно, да и нужно ли? Каждый из нас когда-нибудь пройдёт через это …

Но я не прошёл до конца. что-то случилось, на меня обрушился водопад ощущений и я вновь начал чувствовать. Сначала запахи, но они были непривычно сильными и резкими, хотя многие и знакомыми – с лекарствами за своё первое ранение я хорошо познакомился – а вот это … те самые духи … я вспомнил аромат из того самого окна, где сидела та девчонка прошлым летом. А вот я начал ощущать своё тело … нет это не моё …или моё. Кто я?

Опять моё окно

А после того случая с падением кота обитатели окон подружились. Она, увидев его, махала ему рукой, открывала окно и говорила ему что-нибудь хорошее, а он тоже лапку поднимал и радостно мявкал. А по выходным она забирала его к себе или гуляли вместе во дворе. Гляжу я на них и на душе теплеет. Хотя люди говорят, что у нас – картин, души нет. Но тот художник, что писал свой автопортрет и так удачно его повесил напротив окна, что его потомки и подумать не могли найти ему другое место. Более того, они считают, что и закрывать окно занавесками нельзя – предок, изображённый на картине, в завещании указал ничего не менять, чтобы он и после смерти мог смотреть на мир в своё любимое окно. Иначе от семьи отвернётся удача – его сыновья стали местными олигархами и стартовым капиталом для них были средства от продажи отцовских картин. В последние годы жизни он стал очень популярным художником, рисуя портреты известных и богатых личностей, как отечественных, так и зарубежных, даже у нескольких президентов висят портреты его кисти. А когда врачи подтвердили суровый диагноз, то он за один день, не отходя от мольберта написал, свой портрет. И вложил в него свою душу. Хотя, что это я …в меня.