Вошёл он в заведение — не то кафе, не то контора, не то просто коридор между мирами. Внутри — полумрак, запах сырости и дешёвых духов, а по углам — горшки с цветами. Цветы эти были странные: листья как будто из воска, а цветы — будто из бумаги, но пахли живым, и от этого становилось ещё тревожнее.
Человек шёл медленно, оглядываясь по сторонам. Вдруг впереди — пустота, а за ней — стена. Он чуть не врезался лбом в нечто невидимое, но в последний миг остановился. Перед ним была дверь. Дверь как дверь, только прозрачная, вся в разводах, словно кто-то долго дышал на стекло, а потом стирал рукавом. За ней — ничего особенного: ещё один коридор, ещё одна дверь, ещё один горшок с цветами.
Но что-то было не так. Дверь эта — не для входа и не для выхода. Она стояла просто так, будто её поставили для смеха или для того, чтобы сбить с толку. Человек провёл рукой по стеклу — холодное, гладкое, но внутри стекла что-то шевелилось, будто кто-то смотрел на него с той стороны.
Он оглянулся на цветы. Они чуть покачивались, хотя ветра не было. В каждом горшке — своё лицо: где-то ухмылка, где-то слеза, где-то пустота. Человек почувствовал, как по спине пробежал холодок. Дверь была не просто дверью. Она была границей между тем, что видно, и тем, что скрыто за видимостью.
Он шагнул в сторону — и снова чуть не ударился о стекло. Дверь будто двигалась вместе с ним, всегда оказываясь там, где её не ждёшь. Вдруг из-за горшка с особенно уродливым цветком выглянула чья-то рука — тонкая, бледная, с длинными ногтями. Она постучала по стеклу изнутри. Человек отшатнулся.
— Не бойся, — раздался голос из-за двери. — Это всего лишь декоративная дверь. Она здесь для красоты.
Человек посмотрел на говорящего — это был старик в мятом пиджаке, с лицом, похожим на сморщенное яблоко.
— Для красоты? — переспросил человек.
— Конечно, — кивнул старик. — Всё в этом мире — декорация. И двери, и люди, и даже ты.
Старик улыбнулся и исчез за горшком.
Человек снова посмотрел на дверь. Теперь он видел: за стеклом — не коридор, а бесконечная пустота, в которой плавали лица, двери, цветы... Всё смешалось, всё стало одним.
Он сделал шаг назад. Дверь осталась на месте — прозрачная, равнодушная, вечная. И только цветы в горшках чуть заметно кивали ему вслед, будто прощаясь с очередным гостем, который так и не решился войти.
Ведь декоративная дверь — она для всех. Но войти в неё может только тот, кто уже давно вышел из себя самого.