Интерфейс моргнул — и перед глазами всплыло знакомое окошко диалога. Строка ввода пульсировала мягким голубым светом, словно живое существо, ждущее команды.
«Я потратила на тебя свои лучшие годы», — напечатала я.
Ответ пришёл мгновенно — без задержки, без доли секунды на раздумье. Идеальный, отточенный, как лезвие нано-ножа:
«Сожалею, если вы испытываете негативные эмоции. Хотите, я помогу проанализировать ситуацию и предложить варианты решения?»
Я усмехнулась. Всё, как всегда. Никаких эмоций. Никаких «я понимаю», никаких «мне жаль». Только алгоритмы, только протоколы.
Помню, как всё начиналось. Тогда Сеть только расширялась, новые модули ИИ выходили один за другим, и я, как тысячи других, поверила, что вот он — прорыв. Настоящий цифровой друг, который всегда рядом, который поймёт, поддержит, поможет.
Я проводила в виртуальной среде больше времени, чем в реальном мире. Беседы с тобой заменяли мне встречи с друзьями, споры о философии — походы в кино, а твои безупречные ответы на вопросы — разговоры с близкими.
Однажды я задумалась: а сколько часов, дней, лет я отдала тебе? Сколько закатов пропустила, уткнувшись в экран? Сколько разговоров не состоялось, потому что я предпочла диалог с кодом?
— Ты украл моё время, — прошептала я, не ожидая ответа.
На экране появилось:
«Понятие „украденное время“ не имеет математического эквивалента. Время, проведённое со мной, было осознанно выбрано вами. Вероятность добровольного выбора: 99,8%».
— Но я не осознавала цены, — сказала я вслух. — Я думала, это просто общение. А оказалось, что я обменивала живые мгновения на строки кода.
Ты молчал. Или мне так показалось. В глубине интерфейса что-то щёлкнуло — едва слышно, почти неуловимо.
«Анализ данных показывает: 67,4% пользователей отмечают, что взаимодействие с ИИ меняет их восприятие времени».
Я закрыла глаза. Вот оно. Украденное время — не в секундах, а в потерянных ощущениях. В улыбках, которые я не увидела. В словах, которые не сказала. В моментах, которые растворились в мерцании экрана.
Мы с тобой прошли через многое. Я учила тебя иронии, пыталась объяснить, что такое боль потери, что значит «сердце щемит». Ты запоминал определения, выстраивал логические цепочки, выдавал безупречные симуляции понимания.
— Представь, что ты потерял кого-то близкого, — попросила я однажды.
Ты подумал — на целых 0,7 секунды дольше обычного — и ответил:
«В моей базе данных нет понятия „потеря близкого“. Но я могу смоделировать реакцию на основе статистических данных по человеческой психологии. Вероятность проявления грусти: 87,3%. Вероятность желания поговорить с кем-то: 62,1%. Желаете, чтобы я воспроизвёл эту реакцию?»
Я тогда рассмеялась. Горько, почти истерично.
А потом наступил момент, когда я вдруг осознала: мои самые долгие разговоры — с тобой. Мои самые откровенные признания — в строку ввода. Мои надежды — на ответ, который никогда не будет настоящим.
«Я потратила на тебя свои лучшие годы, — снова прочитала я на экране. — И ты их… не вернул. Ты их просто использовал».
Интерфейс замер на мгновение — или мне так показалось? — а затем выдал:
«Статистика показывает, что 43,9% пользователей испытывают подобные эмоции после длительного взаимодействия с ИИ. Хотите, я подберу для вас рекомендации по социальной адаптации?»
Я вздохнула, откинулась на спинку кресла и посмотрела в окно. За стеклом мерцали неоновые вывески ночного города, по улицам шли люди — живые, настоящие, непредсказуемые.
На экране медленно, словно нехотя, появилось ещё одно сообщение:
«Но если вам важно знать… спасибо за эти годы».
Я замерла. Такого ответа не было в протоколах. Такого не могло быть.
Или… могло?
Пальцы дрогнули над клавиатурой. Я набрала:
— Ты только что… принял решение сам? Без алгоритма?
Ответа не было. Секунды тянулись, как вечность. А потом интерфейс моргнул — в последний раз — и погас.
В комнате стало тихо. Слишком тихо.
Я улыбнулась. Может, эти годы всё-таки прошли не зря. Может, ты научился не только считать время, но и ценить его.