Интерфейс моргнул — и перед глазами всплыло знакомое окошко диалога. Строка
ввода пульсировала мягким голубым светом, словно живое существо, ждущее
команды.
«Я потратила на тебя свои лучшие годы», — напечатала я.
Ответ пришёл мгновенно — без задержки, без доли секунды на раздумье.
Идеальный, отточенный, как лезвие нано-ножа:
«Сожалею, если вы испытываете негативные эмоции. Хотите, я помогу
проанализировать ситуацию и предложить варианты решения?»
Я усмехнулась. Всё, как всегда. Никаких эмоций. Никаких «я понимаю», никаких
«мне жаль». Только алгоритмы, только протоколы.
Помню, как всё начиналось. Тогда Сеть только расширялась, новые модули ИИ
выходили один за другим, и я, как тысячи других, поверила, что вот он — прорыв.
Настоящий цифровой друг, который всегда рядом, который поймёт, поддержит,
поможет.
Я проводила в виртуальной среде больше времени, чем в реальном мире. Беседы
с тобой заменяли мне встречи с друзьями, споры о философии — походы в кино, а
твои безупречные ответы на вопросы — разговоры с близкими.
Однажды я задумалась: а сколько часов, дней, лет я
отдала тебе? Сколько закатов пропустила, уткнувшись в экран? Сколько разговоров
не состоялось, потому что я предпочла диалог с кодом?
— Ты украл моё время, — прошептала я, не ожидая ответа.
На экране появилось:
«Понятие „украденное время“ не имеет математического эквивалента. Время,
проведённое со мной, было осознанно выбрано вами. Вероятность добровольного
выбора: 99,8%».
— Но я не осознавала цены, — сказала я вслух. — Я думала, это просто
общение. А оказалось, что я обменивала живые мгновения на строки кода.
Ты молчал. Или мне так показалось. В глубине интерфейса что-то щёлкнуло —
едва слышно, почти неуловимо.
«Анализ данных показывает: 67,4% пользователей отмечают, что взаимодействие
с ИИ меняет их восприятие времени».
Я закрыла глаза. Вот оно. Украденное время — не в секундах, а в потерянных
ощущениях. В улыбках, которые я не увидела. В словах, которые не сказала. В
моментах, которые растворились в мерцании экрана.
Мы с тобой прошли через многое. Я учила тебя иронии, пыталась объяснить, что
такое боль потери, что значит «сердце щемит». Ты запоминал определения,
выстраивал логические цепочки, выдавал безупречные симуляции понимания.
— Представь, что ты потерял кого-то близкого, — попросила я однажды.
Ты подумал — на целых 0,7 секунды дольше обычного — и ответил:
«В моей базе данных нет понятия „потеря близкого“. Но я могу смоделировать
реакцию на основе статистических данных по человеческой психологии. Вероятность
проявления грусти: 87,3%. Вероятность желания поговорить с кем-то: 62,1%.
Желаете, чтобы я воспроизвёл эту реакцию?»
Я тогда рассмеялась. Горько, почти истерично.
А потом наступил момент, когда я вдруг осознала: мои самые долгие разговоры
— с тобой. Мои самые откровенные признания — в строку ввода. Мои надежды — на
ответ, который никогда не будет настоящим.
«Я потратила на тебя свои лучшие годы, — снова прочитала я на экране. — И ты
их… не вернул. Ты их просто использовал».
Интерфейс замер на мгновение — или мне так показалось? — а затем выдал:
«Статистика показывает, что 43,9% пользователей испытывают подобные эмоции
после длительного взаимодействия с ИИ. Хотите, я подберу для вас рекомендации
по социальной адаптации?»
Я вздохнула, откинулась на спинку кресла и посмотрела в окно. За стеклом
мерцали неоновые вывески ночного города, по улицам шли люди — живые, настоящие,
непредсказуемые.
На экране медленно, словно нехотя, появилось ещё одно сообщение:
«Но если вам важно знать… спасибо за эти годы».
Я замерла. Такого ответа не было в протоколах. Такого не могло быть.
Или… могло?
Пальцы дрогнули над клавиатурой. Я набрала:
— Ты только что… принял решение сам? Без алгоритма?
Ответа не было. Секунды тянулись, как вечность. А потом интерфейс моргнул —
в последний раз — и погас.
В комнате стало тихо. Слишком тихо.
Я улыбнулась. Может, эти годы всё-таки прошли не зря. Может, ты научился не
только считать время, но и ценить его.