2029 год. Нальчик.
13 августа. 20 часов 11 минут
- Кафе «Шхынбургер», добрый вечер. Круглосуточная доставка.
- Добрый. Будьте добры, осетинский пирог с сыром, три хычина, курицу в сметане и самую вкусную минералку.
- Какую?
- Терек. – Соломенный женский бас властно скрипел в динамике.
- По готовности?
- Нет. К четырем часам утра в Атажукинский парк.
- Куда именно?
- К фонарю на липовой аллее.
- В смысле?
- Что непонятного в том, что я сказала?
- На липовой аллее много фонарей. Под каким именно фонарем курьер должен вас найти?
- Он стоит у самой старой липы.
- У той, которая дырявая?
- Мозги у тебя дырявые! Это сквозная червоточина, а не дырка!
- Эмм… Вы сказали в четыре утра? Что-то я сомневаюсь, что мы найдем курьера в такое время.
- Пять тысяч за доставку.
- Хорошо, мы постараемся вам помочь. Оплата картой, наличными?
- Какая карта в моем возрасте, деточка. Конечно же, наличка.
- Если никого не уговорю, привезу сама.
- Договорились.
- Ваш заказ принят. Хорошего вечера.
- Спасибо.
03 часа 59 минут
Карина сразу увидела у косившего желтым глазом фонаря женщину в инвалидной коляске. На вид ей было лет сто, не меньше. Но она не производила впечатления обремененного возрастом человека. Наоборот. Прямая осанка подчеркивала, что ее голова, шея и позвоночник составляют прямую вертикальную линию. Карина инстинктивно опустила свои плечи, отвела их назад и услышала противный хандрозный хруст.
- Доброе утро.
- Доброе. Все-таки сама решила доставить? – На женщине (Карина даже в мыслях не могла назвать ее старушкой) был довольно плотный желтый комбинезон с черными лампасами. - Деньги нужны?
На отливающую зеленью утреннюю росу из зияющей черной пасти в стволе липы выскочили кривые тени.
- А кому они сейчас не нужны? – Не сводя с них глаз, ответила девушка.
- Твоя правда. – Тонкая, но мускулистая рука в желтом рукаве протянула ей красные купюры. – Ты присаживайся, позавтракаем вместе. Время еще есть.
- Для чего или до чего? – Карина послушно села на скамейку.
- Скоро начнется звездопад Персеид, деточка. Знаешь, что это такое?
- Когда звезды падают с неба.
- Если говорить на вашем языке, да.
Женщина нажала невидимую кнопку в подлокотнике, развернула кресло к дереву и прищурилась, словно высматривала что-то.
- Давай немного перекусим.
- Заплатите мне, и я поеду.
- Да не бойся. Что плохого я могу тебе сделать? Как видишь, я и пошевелиться толком не могу. – Хохотнула женщина.
- А как вы собираетесь есть все это? – Карина не удержала вопрос за зубами.
- Никак. Это для курьера. Получается, что для тебя.
- В смысле?
- У меня почти час до того, как произойдет долгожданное неизбежное. Мне нужен если не собеседник, то слушатель. А в последнюю минуту и помощник. Поэтому, чтобы скрасить ожидание, я заказала все, что считаю самым вкусным в этом времени и месте.
- Разве у вас нет родных или близких людей?
- Видишь эту черную книгу? Все, чьи номера здесь записаны, давно переместились в другой мир. Я осталась одна. Ни жива и не мертва.
- Как кот Шрёдингера. – Машинально выдохнула Карина.
- Деточка, - ахнула женщина, - ты знаешь про кота Шрёдингера?
- На уроке физики учитель рассказывал. Но я так ничего и не поняла.
- Посмотри на меня. Я – старая, очень старая женщина. Открой пакеты, поешь … Так вот, я старая женщина в инвалидном кресле, в этом мире нет никого, кто вспомнит меня. И пока я нахожусь здесь, я похожа на того кота в коробке, который с вероятностью пятьдесят процентов жив и с такой же вероятностью мертв… Только я не кот, а кошка Шрёдингера. Так понятно?
- Как бы да. – Уничтожив один хычин ответила Карина. – А здесь вы хотите покончить жизнь самоубийством?
- То, что я собираюсь сделать можно назвать и так.
- Это большой грех.
- В вашем временном измерении это так и называется. А в моем - квантовый скачок.
- Как в «Мстителях»? Ой, вы, наверное, не смотрите такие фильмы.
- Отчего же. Мне приходится отслеживать готовность человечества к квантовым коллаборациям. – Старческий голос пропитался учительской ноткой.
- А что вы хотите от меня?
- Ничего сложного и противозаконного. Когда над нами запестреет, а потом обрушится звездопад Персеид, ты закатишь мою коляску в червоточину.
- Какую червоточину?
- В дырку! – Женщина указала на черный оскал в стволе, за края которого уже цеплялся рассвет.
- И все?
- Плачу пять тысяч.
- А в этой дырке, ой, червоточине с вами ничего не случится? Меня потом за это не посадят? – Сомневалась Карина. Она в какой-то момент подумала, что спит. Только этим она объясняла свое бесстрашие.
- Случится, еще как случится. Но тебя за это не посадят. Потому что, как говорят ваши детективы – нет тела, нет дела. А в моем случае не останется даже документов, не считая этого дневника.
04 часа 58 минут
Краснощекий зяблик нахально прервал людей звонкой трелью. Пролетев над их головами, он издал торжественный звуковой росчерк и полетел будить соседей – дроздов, синиц и поползней. Холодное рассветное небо рассыпалось окрашенными в космические цвета брызгами. Казалось, кто-то бесконтрольно запускает из атмосферы фейерверки. Мерцающие метеоры стремительно залетали в дупло старой липы.
- Пора. – Улыбнулась женщина. – Завези меня, деточка, в червоточину. Не бойся. Просто завези, и все.
После взрыва, разнесшего старую липу на мелкие щепки, Карина не раз пыталась рассказать людям о том, что во время самого яркого звездопада Персеид, она была свидетелем квантового перехода человека из одной реальности в другую. Но ей никто не верил.