В последнее время с миром творилось что-то по-настоящему страшное: катастрофы сменяли одну за другой -землетрясения амплитудой более десяти баллов, цунами, унесшее тысячи и тысячи людских жизней, эпидемии, косившие целые города и даже страны, уродующие несколько поколений, мутирующие дети, мутирующие животные, мутирующая природа…
Глеб сидел в своем доме, курил трубку и смотрел в окно. Дом –единственная его защита, крепость, за стенами которой он мог вздохнуть спокойно и подумать. Его дом-один из немногих, уцелевших от стихийных бедствий. Глеб - мужчина тридцати лет, светловолосый и светлоглазый, с немного пухлыми губами и сильными руками, руками человека, регулярно занимающегося спортом и не боящегося физического труда. Он - немногий из тех, кто еще сохранил ясность ума и трезвость рассудка.
Шел 2056 год. Начался он с новой напасти: движение пластов земли. Это что-то вроде землетрясения, но по-другому. При землетрясении земля дрожит мелко, будто ее кто трясет, а при явлении, которое стало происходить в этом году - крупно, будто гигантский великан встряхивал такое же гигантское покрывало. Шла первая волна земельного покрова, ее накрывала вторая волна, за ним третья, как морские волны, накатывали друг на друга. Люди, дома, насаждения, все, что захватывало на своем пути, стиралось с лица земли. Навсегда. Навечно.
Рабочее название этому явлению было решено дать «землеволнение», и название это быстро, но прочно вросло в умы и речи оставшихся в живых. Глеб уже несколько дней не выходил из дома. Мир постиг хаос: магазины были разрушены, все офисные центры были закрыты, улицы были безлюдны, и если попадался человек, с безумными от страха и ужаса глазами и всклокоченными волосами, то от встречи этой ничего хорошего не следовало ожидать. Как правило, подобные ситуации имели одинаковый сценарий: безумец хватал встретившегося прохожего за ворот, с мольбой заглядывал в глаза и кричал, нет, выл, как израненное животное: «Когда, когда всё это кончится! Я боюсь, боюсь, боюсь. Тихо. Тихо. А то услышат!». Кто услышит и что за этим может последовать, было непонятно, потому что апокалипсис устроил не человек, а природа. Земля-матушка, которая устала от болезни под названием «человек», и сбрасывала, смахивала с себя все наросты и воспаления, вместе с источником заболевания - людьми. Именно по этой причине, Глеб старался как можно меньше выходить из дома. Питался он домашними заготовками, теми, что еще остались с прежних, сытых времен, да консервами, купленными впрок в больших количествах в магазине, устроившем мощную распродажу, в предчувствии скорого закрытия и разорения. Дома, по его мнению, было гораздо безопаснее и надежнее, даже если есть опасность землеволнения, он пропадёт под землей в здравом уме и трезвой памяти, чем умалишенным. Для Глеба было очень важно трезво мыслить, самый большой его страх был – потерять рассудок, поэтому он из последних сил держался за тонкую, зыбкую надежду не сойти с ума.
Глеб не видел никого живого уже несколько дней. Когда-то, кажется, в прошлой жизни, у него была жена, Настя, и дочка, белокурая девочка с красивым именем Снежана. Но что-то у них пошло не так, и они развелись. Глеб уж и не помнил, что послужило причиной развода, поскольку расстались они мирно, без склок, скандалов и взаимных претензий. Сейчас же не было возможности узнать, как они там, живые ли. Человечество было оторвано от любой связи, лишено возможности позвонить, посмотреть новости, настроить радиоволну. От ощущения беспомощности, бессилия, страха, покрывающего липким потом, люди лишались рассудка.
Глеб думал. Он сидел перед окном, держа в руках сигару, и думал. Сигара давно погасла. Да она и не была зажжена. Это был некий атрибут привычной жизни, когда можно было купить что хочешь и когда хочешь. С ней было спокойнее. Взору его открылась удручающая картина: пустынная улица с выкорчеванными деревьями, перевернутыми домами и машинами, с валяющимся повсюду мусором: тут был и мелкий мусор- фантики, косточки, бутылки, стеклянные и пластиковые-и крупный-обломки от машин и от домовых крыш, раскуроченные урны…Ни цветочка вокруг, ни травинки, ни кустика. Хотя по календарю был май. Самое буйство природы. И вдруг Глеб прислушался. Его ухо уловило едва слышный звук. Мужчина не мог разобрать, что это за звук и откуда он, но было точно понятно, что шум был. Тихий, неразличимый. Но был. И исходил он с улицы.
Глеб вышел. Сердце бешено колотилось. Давно он не был на воздухе, страх был гиперболизирован, казалось, что воздух был наполнен ядовитыми парами, вдохнёшь и отравишься. Но, к удивлению мужчины, воздух был чистый, даже вкусный, хотелось есть его, проглатывать огромными кусками. Глеб вспомнил, что дома редко открывал даже форточку, и воздух был спертым и невкусным. Может, от этого у него были частые головные боли и мучала бессонница? Но тут знакомый звук снова отвлек его от раздумий. Глеб направился к источнику. Сначала шум был непонятный, потом, по мере приближения, становился все более громким и чётким. «Мм. Ммм. Ммммм. Ми. Миии. Ммя. Мммяяяууууу. За углом дома, от которого остались только полуразвалившиеся стены, сидел котенок. Маленький черный котенок с глазками-бусинками. Он сидел среди битого кирпича и прочего мусора, сжавшись в комочек, и сильно, но с ощущением безнадежности в голосе, кричал. Ему было страшно. «Как и мне,»- подумал Глеб,- иди ко мне, горемыка, будем бояться вместе.
Глеб наклонился, поднял котенка, прижал его к себе, чувствуя биение его крохотного сердечка, и ощутил дрожь под ногами. Ноги перестали чувствовать опору, мужчина, держа одной рукой пушистого малыша, другой ухватился за бетонный столб, уцелевший от всех предыдущих трясок. Прошла первая волна землеволнения. Легкая, не причинившая никакого вреда. За ней пошла вторая, следом, третья. Каждая очередная волна с постепенным нарастанием была сильнее прежней. Глеб держался из последних сил, но пятая волна, самая мощная, вырвала столб из земли, а вместе со столбом, и самого Глеба, и котенка, и погрузила в полную темноту. Мужчина закрыл глаза, приготовившись к неминуемому. «Главное, чтобы не очень болезненно»- были его последние мысли перед тем, как он потерял сознание.
«Воды. Дайте воды. Не видите, ему плохо»,- услышал Глеб и приоткрыл глаза. Он увидел размытое разноцветное пятно, услышал гул голосов. Потом он почувствовал, как ему на лицо брызнули холодной водой, это взбодрило его, и он открыл глаза окончательно.
-Ну что, милый, очнулся?- как ты себя чувствуешь? Маленькая старушонка пристально смотрела на мужчину с участием.
- Я нормально. Спасибо,- Глеб приподнялся на локте,- я что, в раю?
-Ты под землей. Но это не ад,- улыбаясь, ответила бабушка.
Глеб огляделся. Он увидел множество людей. Тут были и молодые, и старые, и дети, и даже малыши, и грудные младенцы. Все эти люди смотрели на Глеба доброжелательно и с соучастием.
-А..,- хотел было спросить про котенка мужчина, но его опередили, сунув ему в руки пушистый комочек. Животное было цело и невредимо, и сыто облизывало свою мордочку маленьким язычком.
-Как это понимать? Что происходит?- наконец-то задал интересующий его вопрос Глеб. Тут к нему подошла молодая женщина и, присев рядом с ним на низенькую скамеечку, начала свой рассказ.
-Мы тоже, как безумные, боялись того апокалипсиса, что творится на земле. Прятались от него, убегали. Мы не знали, что нас ждет под землей. Ведь еще ни один человек не смог вернуться отсюда обратно. Пока, - добавила женщина, и продолжила,- некоторые люди здесь уже давно. С самой первой волны. Они думали, что это их погибель. А оказалось - спасение. Будто кто-то всесильный подготовил пути отступления. Как Ноев ковчег, только под землей. Здесь, как видите, есть жизнь. Есть кислород, чтобы дышать, и вода, чтобы жить. Есть еда, пока консервная и нерастительная, но продержаться на ней можно. Тем более, что держаться осталось недолго. Пойдемте, я покажу вам кое-что,-женщина протянула Глебу руку и повела его за собой.
Глеб аккуратно положил котенка на пол и пошёл за спутницей. Он шел, и не верил своим глазам: повсюду была жизнь. Нет, не так. Жизнь не просто была, она кипела. Люди вокруг что-то таскали, чинили, создавали. Место, где они находились, было похоже на огромный павильон, гараж, оборудованный под все нужды - столы, стулья, кровати и все остальное, необходимое для жизни. Словно прочитав вопрос во взгляде Глеба, женщина ответила:
-Мы сами удивлены, откуда это все и как это тут оказалось. Забыла представиться, дружески улыбнувшись, спохватилась женщина,- Я Анна. А вы?
- Глеб. Ответил мужчина.
-Пойдемте, я покажу главную сокровищницу нашего подземелья, -хитро подмигнув, предложила Анна. Она повела его длинными коридорами. Казалось, нет конца и края этому жилищу. «Да это целый город», ахнул Глеб. Единственное, чего не хватало, это солнца и дневного света, но в тех условиях, в которых оказались выжившие, это казалось скорее, ерундой, чем проблемой. Наконец, они остановились. Анна открыла толстую дверь, и первая вошла в помещение. Глеб последовал за ней. Яркий свет на время ослепил его, но вскоре он привык и смог разглядеть то, что находится перед ним. Вся комната, а она была большая, даже очень большая, как несколько квартир средней площади, была вся заставлена растениями. Тут стояли и маленькие стаканчики с ростками, и длинные емкости с рассадой, и готовые овощи: лук, укроп, петрушка, огурцы, помидоры, редис и другие. Увиденное было настолько неожиданным, что Глеб на мгновение опешил. Тут была целая оранжерея, которая могла прокормить целый город! Над грядками колдовали люди: кто рыхлил землю, кто поливал, кто готовил прикормку. И так все было складно, что Глеб невольно залюбовался этой дружной работой. Но тут его осенило:
-А свет?! А как же свет!? Откуда он здесь? Как он вырабатывается?
Анна показала рукой на большой акриловый шар в глубине помещения:
- Никто не знает, как он здесь оказался. Все, кого бы ни спрашивали, даже местные старожилы, отвечают, что он уже стоял здесь, когда они здесь появились. Этот шар фокусирует солнечный свет и образует фокус на своей противоположной стороне, а затем попадает на одну сторону кабеля, переходит к концу другого. Таких шаров у нас всего десять, и их вполне хватает для того, чтобы не отказывать себе в свете.
Анна немного помолчала, затем с гордостью обвела взглядом огород и сказала:
-Я руковожу этим блоком, так как в земной жизни была биологом. А вы? Кем были вы?
-А я был инженером.
-Ну что ж, уверена, вам тоже найдется работа. Поработать над сантехнической конструкцией, например. Сейчас эта наша главная задача. Пока у нас не продуман этот вопрос и каждый выходит из положения, как может. Нам надо обустроить нашу жизнь как можно лучше и комфортней, никто не знает, на сколько мы тут.