Недавно умер наш сосед, Сергей Васильевич. Сергей Васильевич был статным мужчиной, физически крепким и чрезвычайно здоровым. Никто из соседей не мог и подумать, что Васильевич умрет без видимой причины. Ему не было и шестидесяти лет, а пребывал он в такой отличной физической форме, что ему даже юноши завидовали.
Всю жизнь Васильевич прожил бобылем. Он не то чтобы нелюдимым был, нет. Просто деятельный Васильевич был всегда чем-то занят. То он на работе, после работы - в огороде, то забор чинит, то дрова колет. Он не пил и не курил, на всякие глупости, к которым практичный Васильевич относил ухаживания за женщинами, не имел времени. Вернее, он даже как-то и не пытался за ними ухаживать - не видел необходимости, как он любил говорить.
Приехала к нам в поселок женщина одна, жила она раньше в городе. Ладная, красивая, "кровь с молоком". Очень она нашему Васильевичу понравилась. Стал он к ней похаживать, да замуж звать.
Только странная уж очень эта женщина была. На работу устраиваться не стала, днем ее в огороде не видно, а огород выглядит, как на картинке - все чисто прополото, вовремя посажено, вид грядок идеальный просто. Если ее можно было днем и увидеть где, так это только в лесу. Постоянно там пропадала, корешки собирала какие-то, травы. А по ночам у нее свет горел постоянно - каждую ночь не спала. Что она ночью в хате делала - непонятно.
Кобель злой у нее на цепи во дворе сидел. Как-то сорвался с цепи, напал на Васильевича и вырвал у него кусок мяса из ляжки. Васильевич озверел и убил его обухом топора.
Как выскочила эта городская баба (Марией ее зовут), да как стала орать... Да странно она так орала, никто не мог разобрать, на каком языке она верещит. Вроде бы, понятно, что проклинает мужика, а каким языком для этого дела пользуется - неясно. Суржик какой-то из русского и бесячьего. Поняли мы только, что кричала она, что Васильевич мужа ее убил и теперь сам тут за собаку сидеть на цепи будет. И пожелала Васильевичу издохнуть в ближайшее время. Конечно же, все подумали, что Мария не в себе, раз кобеля в мужья записывает. Соседи перемыли ей косточки и разошлись восвояси.
Васильевич действительно умер дня через три после скандала с Марией. Врач сказал, что это произошло не из-за раны, полученной от собаки, а от инфаркта. На сердце Васильевич не жаловался никогда. Решили, что переволновался он из-за того случая с Марией и псом ее бесноватым.
На похороны Васильевича весь поселок пришел. Его не то чтобы многие в поселке любили, но уважали за трудолюбие и в пример другим ставили. Пришла и Мария. Встала в сторонке и многим показалось, что она даже не пытается изображать грусть, а наоборот - нагло улыбается. Осуждали многие бабу за это, но замечание делать не стали. А надо было сразу ее прогнать, если бы знали, что она в конце похорон учудит. Когда гроб землей забрасывали, она туда голову мертвого кобеля своего кинула.
Вытолкали Марию за такое бесчинство взашей с похорон. Погуторили, да со временем забыли об этом случае.
Наглая Мария не уехала никуда, в поселке осталась. Когда собрались соседи на "сороковины", помянуть покойного Сергея Васильевича, как только за упокой его души рюмки подняли - вой страшный на всю округу раздался, да такой жуткий, что одна женщина от неожиданности даже сомлела. Выбежали посмотреть, что это за чудище завыло. Глядим - к ногам Марии жмется рослый кобель с огромной рваной раной на задней лапе. Окраска шерсти у собаки - точь-в-точь, как у покойного Васильевича волосы были, колер "перец с солью" называется. И голову набок склоняет часто, будто тик у него. А Васильевич, кстати, тоже нервным тиком страдал и частенько бывало такое, что он непроизвольно головой и шеей дергал...
Но на эти мелочи высыпавший на улицу народ не сразу обратил внимание. Стали Наталью бабы спрашивать, откуда у нее такая страшная собака. Между тем пес вдруг завилял хвостом и радостно рванулся к людям. Но мой сосед Егорыч моментально среагировал и ухватил увесистое полено. Кобель ощерился, зарычал, поднял губу и показал зубы. Вот тут уже все окончательно заметили сходство с покойным Васильевичем. Нижнюю губу кобеля рассекал старый шрам и на верхней челюсти не хватало трех зубов. Васильевичу однажды, когда он дрова колол, полено в лицо отлетело и выбило три зуба, а на нижней губе на всю жизнь шрам остался.
Увидев в глазах людей откровенный страх, Мария, закинув голову, расхохоталась противным горловым смехом. "Прибился кобель!" - говорит, а сама все смеется. Ухватила потом собаку за холку и потянула к своей калитке. "Васькой назову!" - пообещала она, противно смеясь, и закрыла калитку на щеколду. На следующий день Мария исчезла из нашего поселка.