Гришу разбудил громкий бульк в животе. Тёплый подъезд, приютивший его на ночь, был в концентрированном амбре и хорошо перебивал все опрелые затхлости. Из-за закрытых дверей жареный лук с картошечкой внутри сжался голодным спазмом и произвел троекратный: «Бульк, бульк, бульк». Григорий зашевелился и начал собираться на поиски пропитания.
В молодости у Гриши были мечты и амбиции. Он даже поступил в институт и проучился пару семестров, но судьба распорядилась иначе. Гриша застегнул куртку, посмотрел на себя в морозное окно. Убрал сальные волосы под вязаную шапочку и поспешил к церкви разжиться мелочью.
В этот день люд православный гулял Масленицу и щедрым потоком шел к храму. Гриша на паперти кланялся, протягивал руку и бормотал: «Подайте ради…». Одна полная женщина с сочувствием посмотрела на него, вынула горсть монет, нашла мелкую и положила ему в ладонь. От её щедрости Гриша раскашлялся. Ему уже удалось собрать денег на батон, оставалось только на фуфырь, и день удался.
Следом подошла другая сельдь в шубе, уже с почтовой сумкой. Она выдохнула клубы пара и спросила Гришу, как его зовут и адрес проживания. Он ответил, что его зовут Григорий Валентинович и что его адрес проживания там, где он есть. Испуская пар, почтальонша достала пачку писем, перебрала их и сказала, что у нее есть письмо для Гриши без адреса.
Гриша с недоумением спросил, зачем ему письмо, и предложил почтальонше лучше дать ему денег. Но почтальонша ответила, чтобы он взял письмо без разговоров и посмотрел деньги внутри, и что у неё таких писем без адреса ещё целая стопка. Затем она попросила его поставить подпись и, испуская пар, ушла.
На конверте было только имя: «Грише». Гриша надорвал край письма и заглянул внутрь — денег внутри не было. Он достал письмо и начал читать:
«Привет, братан!
Это твой старый институтский дружбан Колька. Прости, что долго не поддерживал с тобой связи. Думаю, что пора это исправить. После окончания учебы нас разбросала жизнь, но я устроился и хочу поделиться как у меня житьё-бытьё.
Я удачно женился на Юльке. Ты помнишь её, она из параллельного потока. Тесть мне подогнал денежную работу, можно сказать, не бей лежачего. Хожу с важным видом и изображаю начальника. Купил просторную пятикомнатную квартиру, где и заделал уже пару спиногрызов, Аньку и Алешку.
Но сегодня утром со мной произошёл один странный случай, который сразу напомнил мне о тебе. Я подумал, что тебе стоит об этом узнать. Помнишь, как раньше я делился с тобой разными историями? Ты всегда меня понимал, и я уверен, что поймёшь и сейчас.
Вчера жена укатила с детьми на дачу. Взяла мой внедорожник «Хавал», а не свою «Тойоту», сказав, что та на диагностике, то да сё. Но это не важно. Я наконец остался один наслаждаться отсутствием своего семейства.
Устроился на кухне, наслаждаюсь моментом, потягиваю «Хеннесси». Вдруг слышу тихое «бульк». Не придал этому значения, продолжая расслабляться. Через некоторое время звук повторился. Я подумал, что это, наверное, рингтон на телефоне. Проверил мелодии, но такой не нашел.
Не нашел — и ладно. Сел за стол, налил себе еще стопку, закусил иберийской колбаской. И тут снова слышу: «Бульк». Что это? Откуда звук? Вспомнил: установил новый мессенджер «МАКС». Решил проверить звук от туда. Написал жене: «У меня всё отлично, а у тебя?» Ответит, и я услышу звук входящего сообщения.
Ждал, но жена не отвечала. Звук повторился: «бульк». Я понял, что это точно не из телефона. Звук был синтетическим, как в гаджетах. Подошел к своей огромной плазме на кухне. У меня просторная кухня, там можно устроить дискотеку, что я иногда и делаю. Стоял и слушал выключенный телевизор минут десять. Тишина. Потом опять: «бульк».
Звук явно не из телевизора. Может, из моего проигрывателя «Мартин»? Я подошел к одной из четырех колонок, стоявших в каждом углу кухни. Думал, звук идет оттуда. Каждые десять минут булькало. Я стоял у каждой колонки и слушал, но тщетно. Может, звук в них перемещается, а я слушаю не ту колонку?
После очередного бульканья я задумался: если звук повторяется каждые десять минут, возможно, это таймер на плите или сигнал в часах. Я стоял и слушал сначала плиту, потом часы, не забывая перед каждым бульканьем сделать глоток коньячка. Но звук где то повторился снова и снова.
Я сел за стол, и меня осенило: возможно, я схожу с ума. Звук, который я слышу, раздается в моей голове. Я достал сигареты «Данхил», марке которых не изменил ещё с института. За это вы меня прозывали пижоном. Курю и размышляю о том, что, вероятно, у меня едет крыша. Возможно, от одиночества. Зря я не поехал на дачу. И вдруг я опять услышал троекратное: «Бульк, бульк, бульк».
Я был поражен, когда увидел, как из банки с квашеной капустой начали подниматься пузырьки, издавая этот шум. Гриша, ты даже не представляешь, как я обрадовался. Мне казалось, что я сошел с ума, но это всего лишь квасилась капуста. Юлька насмотрелась рецептов из интернета, ничего мне не сказала заквасила эту гадость. Я вообще её не ем, проще купить готовую, чем заниматься такой ерундой.
После этого я сразу вспомнил о тебе и решил написать. Григорий, не пойми меня неправильно. Я вспомнил о тебе не только из-за наших «бульбушек», которые мы считали, когда разливали водяру, нет. Просто я подумал, что нужно поделиться с тобой хорошим настроением и однажды встретиться, хорошо посидеть, то да сё.
Гришка, будь всегда таким же, каким я тебя помню. Желаю тебе успехов. Твой друг по институту, Колька!»
Григорий напряг память, но не смог вспомнить никакого Кольки. Народ у паперти рассосался, и Гриша понял, что надо было собирать подати, а не читать письмо. Он также понял, что сегодня остался без своего сладкого фуфыря.
Окоченевшими руками Гриша сложил письмо и попытался засунуть его обратно в конверт. Листок застрял, не желая влезать внутрь. Гриша теребил письмо и давил на края конверта, пытаясь справиться с неподатливым листком.
Конверт выгибался, будто открывая рот, но бумага не пролезала дальше. Руки Гриши задрожали, небритое лицо исказила гримаса ярости. Конверт с письмом, застрявшим в его «пасти», ехидно показал Грише язык.
Гриша закричал: «Сука!!!». Смял письмо и швырнул его в сугроб. Затем начал яростно втаптывать его в снег, продолжая выкрикивать: «Сука! … Сука! … Сука!». Он бил сугроб не жалея сил. Руками, ногами, потом снова руками.
На происходящее из окна смотрели священник и прихожанка. Прихожанка с удивлением спросила, что делает этот нищий. Внутри батюшки что-то булькнуло, и он, ничтоже сумняшеся, начал объяснять, что это такой старинный обычай, восходящий ещё к язычеству. Люди на Масленицу бьют и громко ругают зиму, чтобы она быстрее ушла и уступила место весне.
© Роман Иванищев, 2026