Полёт в галактику

В девяностые годы разные газеты пестрели заго­ловками «Пропадают люди». Версии исчезновения строились разные. Но ещё удивительнее было то, что многих потом находили на улицах городов. Кто они и откуда, объяснить не могли. Память совершенно отсутствовала.

Ираида Ефимовна работала заведующей сто­ловой. Закончив свой трудовой день, она вышла на крыльцо заведения, закрыла двери на ключ, опечатала. Спускаясь вниз по лестнице, обратила внимание на женщину, стоящую неподалеку. Как ей показалось, дама кого-то ожидала. «Наверное, ждёт мужчину, а он опаздывает на свидание», —подумала она. Но всё оказалось намного пре­вратнее.

Резкое потемнение неба заставило ощутить не­обычайное волнение и страх. Перед их глазами стоял инопланетный корабль в виде тарелки, в иллюми­наторах горели огни молочного цвета. Мгновенно с боковой стороны открылся борт, и трап, похожий на большую лопату, плавно выдвинулся из корпуса завораживающего объекта. Женщины, сами того не желая, очутились в салоне. Инопланетный корабль быстро набирал высоту. Внизу были видны знако­мые улицы, дома. Времени для раздумий не было. Случайная незнакомка предложила прыгать. Ираида Ефимовна отказалась. Принятое решение спасло её. Полёт продолжался недолго. По прибытии, вы­йдя из корабля, она поняла: это не планета Земля. Но люди, занятые земляными работами в карьере, были обыкновенные, а разговорная речь звучала на русском языке.

— Что тут происходит? — задала она вопрос.

— Грузим землю в тележки и отвозим в лабора­торию! — ответили ей мужчины.

Почва была какая-то особенная, несвойственная по содержанию и цвету земному творению. Лабо­ратория находилась на горе. Ираида Ефимовна из любопытства зашла туда.

Девушки в белых халатах приборами инфра­красного излучения просвечивали грунт, подава­емый транспортёрной лентой. В конце коридора была столовая. Характерная особенность поме­щения — ни столов, ни стульев. Мысль женщины позавтракать тут же была как будто услышана. Из стены выдвинулся стол, на котором стояли чашка кофе и ваза с печеньем. Аромат напоминал запах ржаного хлеба и мяты. Ираида Ефимовна выпила содержимое и поставила пустую чашку обратно на стол, который исчез в стене так же медленно, как и появился. «Интересно, как здесь всё устроено? И где это я?» — подумала она. Навстречу ей вышел мужчина, одетый в чёрный строгий костюм. Тихим, спокойным голосом он произнёс:

— Вы находитесь на планете Титан! Как вам у нас, понравилось?

— Понравилось — не то слово, — ответила Ираида Ефимовна. — Через два месяца я выхожу на пенсию, на Земле у меня дети и внуки. Для чего вы меня забрали? Хотите заставить работать?

— Вас никто к работе принуждать не собирался, — всё тем же тембром убеждал собеседник. — Просто мы хотели показать вам нашу планету, где много тысяч лет назад жили ваши предки.

— А что по поводу той женщины, которая поки­нула борт при взлёте?

— Вот она интересовала нас больше. Идите на корабль. Через час он отправляется на Землю.

В пассажирском отсеке сидели одни мужчины. Ираида Ефимовна краем уха подслушала их разго­вор о том, что перед отправкой всем ставят уколы, после которых память стирается полностью. А что касается её, то в этом необходимости нет, потому что в подобные фантазии никто не поверит, по­скольку физическое тело в действительности пре­бывало дома.

Родные места с высоты обозначились контурным силуэтом. Путешествие в галактическом простран­стве подходило к завершению. Корабль плавно при­землялся в тот же квадрат.

Соседка по лестничной площадке заглянула к под­руге. Та лежала в той же неизменной позе, на правом боку. «Надо будить. Сколько можно спать?» — по­думала она.

— Ира! Ира, ты живая? Проснись!

Ираида Ефимовна открыла глаза.

— В чём дело, Надежда? Я только заснула, а ты будишь меня!

— Как же, только заснула, — пробурчала Надеж­да. — Уже больше полутора суток ты не поднимаешь головы с подушки, а я, как дура, через каждый час проведываю тебя. Если не веришь, спроси у моего мужа. Он врать не будет.

Прошло много времени. Ираида Ефимовна сме­нила место жительства. Уехала в деревню к дочери. Ближе к природе. Как-то раз были они в гостях. Заси­делись допоздна. Хотя хозяева предлагали остаться, но дом есть дом. Идти надо. Грунтовая извилистая дорога проходила через небольшой лесочек. В небе звёздного пространства ярко горела луна, осве­щая им путь. На другом краю деревни заливистый лай собак заполнял тревожную пустоту. Когда они вышли из перелеска, навстречу двигалась группа молодых ребят. Они весело что-то между собой обсуждали. Проходя мимо, ребята поздоровались.

Внезапно небосвод потемнел. Дорога стала едва видимой. Тишина навеяла устрашающий леденящий страх. Дочка Ираиды Ефимовны раздосадовалась:

— Хоть бы кто-нибудь свет включил, что ли!

— Это ты кому говоришь?

— Да не тебе, мама! Я им говорю.

— Кому им?

Дочка показала рукой на тёмное небо. Через мгно­венье небесный купол внезапно открылся в ярком свечении. Женщины, обернувшись, увидели огнен­ный огромный шар. Переливы с оттенками разного цвета внутри перемещались в хаотичном порядке.

— Мама, давай спрячемся в канаву! — с приды­ханием в голосе предложила дочка.

— Нет, доча, надо бежать к людям, — ответила Ираида Ефимовна.

Вдалеке на дороге засветились фары встречного автомобиля. Женщины, преграждая ему путь, стали махать руками. КамАЗ остановился не сразу. Води­тель тоже был в состоянии шока, долго соображал и не открывал дверь. В кабине с ним находились дети. Вскоре объект прямо на глазах в ослепляю­щем зареве разлетелся в разные стороны на три составные части.

— Что это было? — заикаясь, пробормотал во­дитель. — Такое впервые вижу!

— Смех смехом, а такие сны мне приходилось видеть в реале, — поддерживает беседу Миха­ил. — В Карском море при заходе в Обскую губу, огибая полуостров Шокальский, грезится: еду я на своём ПТРе — рефрижераторном судне — по улицам Тобольска, крыши домов-пятиэтажек — с рубкой на одном уровне. Останавливаюсь возле винного магазина, бросаю якорь, спускаю трап, затариваюсь ящиками с вином, затем снова ока­зываюсь в реке.

— Какая чушь! — смеётся Валерий.

— Точно говорю! Не мне одному такое снилось, — утвердительно подытоживает аргументологические факты Михаил. — Другие капитаны рассказывают то же самое. Что касается семьдесят второго квадрата, и не такое со мной происходило. Район непромыс­ловый, до сих пор по берегам там можно найти большое количество бивней мамонтов, окаменелые стволы пальм. Наука насчёт этого особо не распро­страняется. Кстати, мамонтёнка Любу нашли там же. У местных аборигенов можно озолотиться — закупить шкурки песца, куницы.

Возили мы оттуда ряпушку на Ханты-Мансийский рыбокомбинат. Вылов рыбы был прошлогодний, но на консервы шёл на ура. На борту был сопрово­ждающий, Виктором звали парня. Потом он стал директором. Сменился я с вахты, принял душ, сижу в каюте, пью чай. Забегает он ко мне в одних трусах и майке, глаза квадратные.

— У меня поговорка такая есть, в виде вопроса! Ты откуда приехал?

— Оттуда, — говорит, — сейчас я был у них. — И показывает пальцем вверх.

— У кого — у них?

— У инопланетян!

— И что они от тебя хотели?

— Похитили они меня. Вначале завели в тёмную комнату. Помню холодную руку женщины в сере­бристом скафандре с кукольным лицом. Выводит она меня из этой комнаты в просторный светлый отсек тарелки, как я понимаю. Иллюминаторы боль­ших размеров по всей окружности. Посредине стоит круглый стол. Мужчина крупного телосложения, видимо старший, объясняет: «Между нашими кос­мическими кланами идёт война. Противоборству­ющая сторона похитила у нас челнок с экипажем. Чтобы его вернуть, нужна человеческая энергетика землян!» Усадили они меня за этот стол. По краям светится прозрачный обруч. Объяснили, что руки нужно держать на столешнице ладонями вниз, раз­двинув пальцы в стороны. «Первое время твоё тело впадёт в коматозное состояние. Не бойся, всё прой­дёт быстро, потом станет легче». И действительно, позже я ощутил благоприятное состояние комфорта, не сравнимое ни с чем. Открыл глаза: лежу на койке. Сколько я отсутствовал?

— Точно не скажу, — подыграл Михаил, — порядка шести часов.

— Значит, это был не сон, — произнёс Виктор.

На ходу в семьдесят втором квадрате необъяс­нимые факты повторялись неоднократно. Идём, на море полный штиль. Слышим: на камбузе гремят кастрюли. Звук, скажем, сравнимый с эстрадным барабанным инструментом, ударником. Спускаемся с мостика для выяснения. В помещении полный бардак. Крупы, сахар рассыпаны. Посуда фарфоро­вая вдребезги лежит на полу. Подумали: «Судовой завёлся, что ли?»

Что касается снов, то они зачастую у всех одина­ковые. Сидя на кровати, крутят мужики штурвал. Голос раздаётся сверху: «Не туда рулишь». Сущность вещей очень загадочная бывает.

На моей вахте дело было днём, погода хорошая. Вижу: с левого борта вспышки в виде зарницы яр­ким свечением. Откуда там зарницы? Стал наводить справки у местных ненцев, видели ли они такое чудо природы. Удивительно, но никто не созерцал.

Ещё одно явление в виде трассирующих пуль красного цвета в размере по десять сантиметров, ко­торые с определённым интервалом медленно лете­ли прямо на нас. На ПТРе стёкла в рубке — двадцать миллиметров, непробиваемые. Совсем не страшно, но предположения возникают разные. Может, шли испытания нового оружия. Либо радиация. А может, опять инопланетяне посетили. Такое не забывается.

Сигарообразный объект серебристого цвета по­вис в воздухе. Я вышел на крыло мостика, любу­юсь. В какой-то момент он превращается в тарелку и мгновенно удаляется. Впервые в голове мелькает мысль, что по воздуху не летают, а плавают. В то время перегоняли в Японию дирижабль. Вероятно, это связующее звено.

По осени шли караваном опять в том же квадрате. Феномен такой есть, рефракцией называется. Впе­реди идущее судно, у него корма визуально висит перед тобой на высоте, а ты — внизу. Либо наоборот: ты — вверху, а другое судно в виде точки находится внизу. По локатору смотришь: никаких изменений нет, всё в норме.