Посреди деревни стоял человек. Слишком обычный, чтобы назвать удивительным. Поэтому – немного удивительный стоял человек. Но не менее удивительно он выглядел бы и посреди города. Деревенский – не деревенский, городской – не городской. Неизвестно, что за человек.
Фото: blogspot.com
Он стоял, наклонившись вперёд. Так становятся люди, которых жизнь сделала деятельными, не спросив их у самих. Хотя, может быть, они и сами не возражали бы... На лице у человека отобразилось страдание. Или, возможно, он перед этим долго смотрел на солнце.
Сейчас уже светило село, и вокруг было только небо с красивыми миражами, только зелёные травянистые холмы, на которых паслись чёрные кони, только белое одноэтажное здание с непонятной надписью то ли “Маня”, то ли “Баня”.
Мимо человека по дороге проходили люди.
- Ты не Шашель? – спросил какой-то дед.
- Нет, - усмехнулся человек.
За людьми шли коровы. У одной, серой, из размотанных сосков вытекало в пыль молоко.
- Ты не Жук? – спросила у человека тётка-пастух.
- Нет, - усмехнулся человек.
Человек раз за разом потирал свой небритый подбородок, глядел на свои рыжие ботинки, трогал, когда никого не было близко, между ног, где в штанах разошёлся шов. Во рту его не так как бы болел, но мешал зуб...
Человек всё время напряжённо чувствовал это: и небритый подбородок, и дырку между ног, и зуб. Возможно, такое напряжение и было присутствием в нём жизни.
Мимо всё проходили люди, все спрашивали у него: “Не Жук ли? Не Паук?” Проезжали рейсовые автобусы. Они останавливались у человека и мчались дальше. А он всё стоял да стоял. Подкрадывалась ночь.
Почему он не шёл куда-либо или ехал? Может быть, осматривал чудесный вечерний пейзаж? Или – кого-то ждал? А может, никто и нигде не ждал его?
Про что он себе думал?
Не знаю. Тот человек – это был я.