Обычно мы поглощены всецело своими заботами, своим миром, своим внутренним "я". Но иногда откровения окружающих нас людей подобны шоку: кажется, что ты сам все это пережил, страдал, метался, словно в лабиринте, искал ответы на постоянно мучившие "почему"?
Не бывает счастья в чистом виде. И все же, почему у одних благополучная семья, достаток, везение, а у других- сплошные неприятности и беды? Почему?
Мои знакомые- женщины разных возрастов, разных характеров, но их объединяет одно: одиночество, тревога, разочарование, растерянность. Я слушала их исповеди и словно листала страницы своей книги жизни. Может, кто-то тоже узнает в них себя, похожую судьбу, которая будто сплетение истины с нелепицей, как отсвет какой-то полуяви...
- Жизнь моя уже на закате, - поведала мне, женщина 75-ти лет. - Мужа похоронила давно. Одного сына мы с ним родили, которому я отдала всю свою любовь. Теперь он сам уже взрослый мужчина. Но... Нигде не работает, семью так и не завел, вот только одна у него благодать: дружки, выпивка да поскандалить. Нет мне ходу домой. Боюсь сына- убьет ведь когда-нибудь. Как пенсию принесут, он аж дуреет: все до копейки забирает, а потом измывается, не дает покою ни днем ни ночью. В полицию стыдно плакаться, моя ведь кровь. Соседи у меня хорошие, жалостливые, кто накормит, а кто и переночевать пустит.
- Чем же Вам помочь, бабушка? Вы заслужили спокойную старость.
- А ничем, дочка, не поможешь, - вздохнула она.- Знать, это мой крест, и нести его придется до конца дней моих.
- А знаешь, дочка, какая моя последняя мечта?- обернулась она ко мне.- Погреть свое остывающее сердце в лучиках веселых, любящих глаз внучат.
И она ушла, тяжело опираясь на трость. Несмотря на всю трагичность своего положения, она еще мечтает! Но не в этом ли жизненная сила, продлевающая годы, не в этом ли незыблемая надежность материнской любви, способной бесконечно верить, прощать и надеяться?! Как тут не вспомнить слова:
И под каждой маленькой крышей,
Как она не слаба,-
Свое счастье, свои мыши, своя судьба...
- Вся моя жизнь- эта зигзагообразная линия,- грустно улыбается другая женщина "за40", красивая и внешне, и, как потом выяснилось, в общении.- Мое сердце- словно дом с разбитыми окнами. Оно лопнуло и сейчас раскачивается, как на ниточке,- вот-вот сорвется. Я познала самое страшное: предательство мужа. От пережитого не уйти, но я и сейчас так люблю его, так страдаю! Днем я еще как-то отвлекаюсь, а ночью для меня- ад кромешный, от одиночества выть хочется.
- Сахарным диабетом я болею уже 10 лет. Два года назад мне пришлось расстаться с одной ногой.
Сначала была инвалидная коляска, потом научилась ходить на костылях. Муж ушел к другой сразу же, как только меня прооперировали. Думала, что не переживу... Но ничего, выкарабкалась... Детей у нас никогда не было. Я так упрашивала взять ребеночка из интерната или отказного из родительского дома. Но он и слышать об этом не хотел, желал, чтобы я жила для него, а не для детей.
Все рухнуло с приходом болезни. Муж стал раздражительным, злым. У него в соседней деревне жил престарелый отец. Уговаривала: "Давай заберем его к себе жить!". В ответ слышала жестокое: "Пока дыбает на своих ногах, пусть живет в своей избе, а если сляжет, так на то есть дом престарелых".
- А знаете,- продолжала она,- я ведь после ухода мужа стала пить. Да-да!- вдруг смутилась она, и легкий румянец разлился по ее щекам. - Вроде, выпью- полегчает. А потом безысходная тоска скрутит! И еще налью, и еще... Пила в одиночку. Соседей стеснялась. Но тайное всегда становится явным. На днях приехала ко мне бывшая коллега, мы с ней долгое время поддерживали дружеские отношения, а потом как-то "застеснялись". Она зашла в квартиру, посмотрела на меня, слегка опьяневшую от очередной дозы "лекарства", и сразу все поняла. Обняла меня ласково за плечи: "Инночка, что же ты делаешь, родная?! Ты же у нас такая красивая! Пожалей себя, не пей!". Долго потом мы с ней разговаривали, а после ее ухода я села у зеркала и увидела женщину с потухшими глазами, отечными веками, откуда-то вдруг появившуюся сетку морщин... "Все! Стоп!"- сказала я своему отражению. Достала из холодильника бутылку водки, вылила остатки в раковину и сказала, обратившись к этикетке: "С этой минуты я тебя похоронила".
Больше я не пью. Но мне так бывает грустно! Подойду к окну, а там- сплошь молодые деревца. Как дети, которые так и не вошли в мою жизнь.
Инна замолчала и задумчиво посмотрела в окно. Там мелькали поля, перелески, нахохлившиеся домики... Я несмело спросила ее адрес. Она согласно кивнула и стала торопливо писать его на газете...
- Жизнь, как электричка, пролетела мимо,- усмехнулась она.- Ну вот и все. Поплакалась- полегчало. Спасибо, что выслушали.
И она легко пошла по проходу, ничуть не стесненная своими костылями, стройная, красивая, одинокая.
С Анечкой я встретилась тоже случайно, на улице. Она стояла, замерев, со страхом глядя на сидящую рядом огромную северную лайку.
- Ой, я боюсь,- по детски пожаловалась она.
- Не надо бояться. Мне на Первую Северную, а тебе? Давай провожу. Главное, иди спокойно и не маши руками.
Почерневший вязкий снег насквозь промочил ноги, и мы шли, по щиколотку утопая в нем.
- Что я сейчас скажу маме, как ей в глаза посмотрю?- отчаянно вопрошала она.
- А что случилось? У меня дочка почти такого же возраста, как ты. Если считаешь нужным, расскажи.
- Меня выгнали из училища, - чуть всхлипнув, ответила она. - Мы были на практике. Когда я шла из кондитерского цеха, на проходной проверили мой пакет. Там лежали... пять пирожных! Но я их не брала! Честно-честно не брала! Кто так мог "подшутить" надо мной? В администрацию ПУ письмо писали.От меня сразу все отвернулись. Больше года я дружила с парнем, и он сказал, что не хочет больше встречаться с воровкой...- шмыгнув носом, закончила она свой рассказ.
Мы уже подошли к ее дому, остановились. Аня маялась в нерешительности, каждый шаг впервые казался ей тяжким бременем.
- Аня, а ты любишь свою маму?- спросила я.
- Да, очень! И она меня любит!
- Ну так доверься ей. Приди и все расскажи. Только мама сможет пожалеть и понять.
- Вы думаете? - сквозь слезы улыбнулась она.
- Уверена.
- А что делать с моим другом? Я не смогу без него!
- Сможешь. Если ты ему дорога, он сам приедет. А если нет, значит, его чувства не были настоящими. У тебя впереди такая большая жизнь!
Милая девушка, попрощавшись, скрылась за калиткой большого ладного домика. Мне почему-то стало легко. Я верила этой наивной девочке, верила в чистоту и непричастность к злосчастным пирожным. Не знаю, чем объяснить это чувство. Просто бывают такие лица, которые не лгут. Долго еще будет жить боль в ее сердце, но я уверена, что все наладится. И парень еще, может быть, попросит у нее прощения. Но ей это будет уже не нужно. В юности подобное похоже на уходящий поезд, назад его уже не вернешь...
К дому я шла медленно, с упоением прислушиваясь к дыханию весны, к ее нежному прикосновению. Вечерело. И мне вспомнились вдруг такие строчки:
Нагадай мне, цыганка, побольше хорошего, я отдельно тебе за обман заплачу.
Счастье, где ты? Добрым гостем постучись в мой дом! Ведь я , по сути своей, так же одинока, как и эти женщины. Меня окружает много людей, но, как говорится, лицом к лицу- лица не видать... В житейских историях моих собеседниц я увидела себя. Здесь все. И ошибки, и падения, и предательства, и месть. Потеря близких мне людей, долго не заживающая рана, нанесенная грубостью и невежеством. "И снова- в синее из грязи"...
Щемящая струна, звучащая в откровениях моих знакомых, тревожит, лишает покоя, но, как это ни парадоксально, в этом своя польза. Почувствовав чужую боль, распрямляешься в собственных болях и обидах. Становишься мудрее, сильнее, менее одиноким.