Каждым
вдохом остановившейся речи наблюдать игру звёздных пятен. Растворяясь в азотном
просторе волн, ускользая в цветочном узоре. Где каждый другой опыт имеет другую
природу. Акварельные краски. Ажурные занавески. Единственный островок моей
души. Ночной разговор неспешно поющих перламутровых рыб. В синеющей дали
морская глубина, мелькает сладко дремлющая прозрачная медуза. Или цветные
светлячки в мерцающих глубинах движутся на свет. Или сочной мякоти пурпурный
сок льётся в кувшин огненным ручейком. Или на скатерть похожий сияющий луг, где
повсюду вокруг бирюзовые цветы. И гранитные изваяния. Где реки времени. Где мозаика
в небе на ночном берегу. И русалка у вод. И нежное чудо. И золотые ресницы. Где
светло и желанно искрится дождь в листьях. Там, где снова осень. Или с лёгким
шумом зашагал в блёклых пятнах по траве влажный танец ветра.
Образ
места возникает так обманчиво. Меняемся мы — меняется пространство. Если бы я
мог ощущать, в результате чего существует моё место, то я бы смог описать его
словами. Но я не могу сказать ничего, кроме того, что это словно «усвоить
чувство», присвоить его.
Память
ткани за клубком остаётся рисунком птицы, что перелетает, забыв, где дом, где
судьба, что должна принести тебе счастье без следа, без тепла, что станет
пеплом, если ты нарисуешь её. Как будто кто-то написал за тебя роман, который
ты почему-то не читал. Лично я, считаю подобное возможным. Магия теней в
лабиринтах траекторий. Нет света, и всё же, в разломах улиц рефлекторно всякий
однажды должен перейти реку сознания. И, глядя вниз, увидеть отражение, где
мальчик, что снова висит головой вниз, рассматривая звезды, говорит: — «Прощай.
Ухожу».
With every
breath of paused speech, observe the play of star spots. Dissolving in the
nitrogenous expanse of waves, slipping away in a floral pattern. Where every
other experience has a different nature. Watercolors. Lace curtains. The only
island of my soul. The nightly conversation of slowly singing mother-of-pearl
fish. In the blue distance, the sea depths, a sweetly sleeping transparent
jellyfish flickers. Or colorful fireflies in the sparkling depths move towards
the light. Or the purple juice of juicy pulp pours into a jug like a fiery
stream. Or a shining meadow like a tablecloth, where turquoise flowers are
around. And granite sculptures. Where the rivers of time. Where the mosaic in
the sky on the night shore. And a mermaid by the waters. And a gentle miracle.
And golden eyelashes. Where the rain sparkles brightly and desirable in the
leaves. Where it is autumn again. Or, with a soft rustle, the wet dance of the
wind, swaying in faded spots across the grass.
The image of a
place is so deceptive. We change — space changes. If I could feel the source of
the existence of my place, I could describe it in words. But I can't say
anything other than that it is like "assimilating a feeling",
appropriating it.
The memory of
the fabric behind the ball remains the pattern of a bird that flies past,
forgetting where home is, where there is fate, which should bring you happiness
without a trace, without warmth, which will turn to ashes if you draw it. As if
someone wrote a novel for you, which for some reason you have not read.
Personally, I believe that something like this is possible. The magic of
shadows in the labyrinths of trajectories. There is no light, and yet, in the
cracks in the streets, everyone must reflexively cross the river of
consciousness at some point. And, looking down, seeing the reflection where the
boy, hanging upside down again, looking at the stars, says: "Goodbye. I'm
leaving."