Быстрее пули, мертвее Билла

Проходит буквально десять минут фильма, а ты уже начинаешь тереть глаза: кажется, что смотришь какой-то другой фильм, только декорации и актёры почему-то не совпадают. И чем дальше в лес, тем больше знакомых ситуаций, типажей, решений, а ближе к концу тоска по тому, первому фильму становится настолько невыносимой, что ты, в конце концов решаешь: надо пересмотреть! И вот если взять и пересмотреть "Убить Билла" сразу после "Быстрее пули", причём пересмотреть внимательно, обращая внимания на то, как сделан тот или иной фрагмент, характер, сцена — становится кристально ясно, чем Тарантино отличается и от Гая Ричи, и уж тем более от Дэвида Линча.

Пишут, что изначально планировали снять куда более брутальное кино, но потом всё как-то завертелось и получился некий стэндап с пистолетами и паровозиком Томасом и, возможно, тут-то и кроется корень всех проблем.

Представьте себе ситуацию, когда герои встречаются с главным злодеем и начинают, например, угорать с его причёски или дурацкой кепки. Один из первых гэгов подобного рода мы видели в "Стражах галактики": там у плохиша было смешное имя. Но фильм "Стражи галактики" был буффонадой, там не было ничего серьёзного: енот, дерево и неудачник – согласитесь, странно ждать от такой компании сколько-нибудь глубокого драматизма.

Однако, похоже, такой юмор включили в список продающих фишек и стали использовать по делу и не по делу. В результате кино стало готовиться по рецепту "как можно больше того, что пипл хавает", и... стало совершенно монотонным. Один фильм отличается от другого тем же, чем бургер из Макдональдса отличается от бургера из KFC. Не слишком серьёзно, но есть немного крови, немного драмы, но даже если кто-то умер, то и, знаете, мы уже всё равно насмотрелись на этого персонажа. В "Убить Билла" даже персонаж Майкла Мэдсена вызывает определённую долю сочувствия. Но не настолько, чтобы мы решили, что на самом-то деле он неплохой парень: о нет, Тарантино до такого не опускается.

Фильм "Убить Билла" сделан из любви к вестернам, японским экшенам, к тому совершенно эпическому способу сторителлинга, который — как минимум, в глазах Тарантино — придавал старому кино его очарование.

Китайцы могли на полном серьёзе показывать стрёмного деда с клюкой, который вдруг начинал летать по стенам и избивать главного героя, чтобы потом сделать его своим учеником, и ты верил. Так же, как верил в образ мастера Йоды — да-да, это ровно тот же старый дед, что и Пэй Мэй. Непонятно, что утрачено: то ли способ создания таких фильмов, то ли способ их восприятия, но все разнообразные культуры — американские гангстеры, якудза, типаж британского "элегантного" шпиона, который в этом фильме стал жертвой лайф-коучей — все они вместо того, чтобы оттенять, как бы взаимно отменяют друг друга.

Если в "Убить Билла" мы действительно попадаем и в Японию и в вестерн, то тут нас окунают в коммерческий коктейль паназиатской кухни, но всё, что там плавает, это всего лишь выхолощенные, стерилизованные политкорректные кусочки голливудского продакшена. Не то чтобы под это нельзя было провести субботний вечер, но уже к утру воскресенья будет очень трудно хоть что-то вспомнить.