Сергей Рахманинов

Сергей Рахманинов (1873-1943) русский пианист и композитор, наиболее известный своими фортепианными концертами и симфониями. Он преодолел раннюю критику и несколько лет депрессии, чтобы создать произведения, которые сегодня являются одними из самых популярных и наиболее исполняемых среди композиторов XX века. Рахманинов был последним из группы композиторов, известных как русские романтики.

Сергей Васильевич Рахманинов родился в Семёново 1 апреля 1873 года. Его мать была пианисткой и передала сыну основные навыки, затем он брал платные уроки у лучших учителей. Семья была достаточно обеспеченной, пока отец Рахманинова не залез в долги и был вынужден продать семейное поместье. В 1882 году они переехали в Санкт-Петербург, и Рахманинов поступил там в консерваторию. Три года спустя развод его родителей привёл к тому, что Сергей снова переехал, на этот раз в Москву.

В 1885 году Сергей поступил в Московскую консерваторию и изучал фортепиано и композицию у Александра Зилоти (1863-1945) и Антона Аренского (1861-1906). Другим его учителем игры на фортепиано был Николай Зверев, известный своей строгостью.

Он не только мог сыграть любое произведение, независимо от сложности, но также превосходно читал с листа и обладал замечательной памятью, которая позволяла ему переигрывать произведения спустя годы после их первого прослушивания. К этим природным дарованиям добавилось "преимущество длинных пальцев", что означало, что ему было легче, чем другим, управляться с клавишами.

Рахманинов окончил факультет фортепиано в 1891 году с отличием, а в 1892 году он получил золотую медаль за композицию (обойдя другого известного будущего композитора, Александра Скрябина, 1872-1915). Дебютом Сергея стала его "Алеко", одноактная опера, которую высоко оценил не кто иной, как Пётр Ильич Чайковский (1840-1893).

Историк музыки К. Шенберг даёт следующее краткое описание характера Рахманинова: "Рахманинов был суровым, серьёзным, неразговорчивым и открытым лишь для очень немногих близких друзей. Он был упрямым и не позволял собой помыкать, даже будучи студентом".

Рахманинов написал свой первый фортепианный концерт в 1890-х годах, и его первым сочинением вне консерватории была Прелюдия до-диез минор для фортепиано (1892). На Рахманинова оказали влияние более ранние композиторы романтической музыки (около 1790-1910), такие как Роберт Шуман (1810-1856), Фредерик Шопен (1810-1849), Ференц Лист (1811-1886) и Рихард Штраус (1864-1949).

Романтизм в музыке определяется следующим образом в Новом Оксфордском компаньоне музыки: "Романтизм подчёркивал очевидное преобладание эмоций над разумом, чувств и импульсов над формой и порядком... Новая ценность была придана новизне и ощущениям, техническим инновациям и эксперименту, а также взаимному обогащению идеями из разных дисциплин, как внутри искусства, так и вне его".

Влияние композиторов-романтиков прослеживается в таких ранних сочинениях Рахманинова, как оркестровое произведение 1891 года "Утёс". Затем Рахманинов продолжил создавать свой собственный уникальный стиль, в котором большое значение придаётся мелодии, гармонии и ритму.

Композитору пришлось ждать до 1897 года публичного исполнения крупного произведения. Премьера его первой симфонии состоялась 15 марта того же года в Санкт-Петербурге, но к сожалению, обернулась катастрофой. Выступление было сорвано из-за того, что дирижёр Александр Глазунов, возможно, находился под воздействием алкоголя.

Критики не были снисходительны; Сезар Кюи, как известно, описал произведение следующим образом: "Если бы в Аду была консерватория, если бы одному из её талантливых студентов было поручено написать программную симфонию на тему "Семи казней египетских", и если бы он сочинил симфонию, подобную симфонии господина Рахманинова, то он блестяще выполнил бы свою задачу и привёл бы в восторг обитателей Ада".

Современный музыкальный критик Юрген Оттен приводит следующие причины негативной реакции: "это было сочетание русских, нерусских и новаторских элементов, которые одинаково беспокоили критиков и публику" (примечания к бокс-сету "Симфонии Рахманинова" Deutsche Grammophon, 2011). Джеффри Норрис в "Новом оксфордском компаньоне музыки" предполагает, что недостаток был скорее в исполнении оркестра, чем в самой музыке. Широкая публика не смогла бы судить самостоятельно до следующего публичного исполнения Первой симфонии 48 лет спустя.

Рахманинов тяжело воспринял негативную реакцию и перенес психический срыв; он не сочинял музыку в течение трёх лет, хотя в этот период зарабатывал на жизнь оперным дирижёром в Москве. По его собственным словам, Рахманинов "чувствовал себя как человек, перенёсший инсульт и потерявший способность управлять головой и руками".

Рахманинову вернули здоровье, и он обрёл уверенность в себе благодаря помощи доктора Николая Даля, который использовал терапию, включающую гипноз. В конце концов, Рахманинов почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы снова начать сочинять, и результатом стал его великолепный Второй фортепианный концерт.

Произведение было посвящено Далю, премьера состоялась 9 ноября 1901 года. Концерт был хорошо принят и принёс Рахманинову международное признание. Это произведение композитора остаётся одним из самых высоко ценимых как критиками, так и публикой. Оригинальная библейская эпиграмма, озаглавленная Первой симфонией Рахманинова в 1897 году, теперь приобрела пророческий смысл: "Отмщение моё, я воздам, говорит Господь".

Композитор сосредоточился на опере в начале 1900-х годов, и его репутация в этот период, возможно, основывалась больше на его дирижировании, чем на чём-либо другом. Рахманинов дирижировал как в Императорском театре, так и в Московской филармонии. В 1902 году Рахманинов женился на своей двоюродной сестре Наталье Сатиной, союз, обычно не благословляемый Русской православной церковью, но разрешённый благодаря вмешательству влиятельной тёти. Пара провела свой медовый месяц в Европе, и у них родились две дочери. Затем Рахманинов работал дирижёром в знаменитом московском Большом театре.

В 1905 году Рахманиновы переехали в Дрезден, чтобы вылечить болезнь своей дочери Ирины. Именно в Дрездене Рахманинов сочинил свою Вторую симфонию (закончена в 1908 году), примечательную своим впечатляющим соло для кларнета. Другие произведения, написанные во время его пребывания в немецком городе, включают Первую сонату для фортепиано и Остров мёртвых, симфоническую поэму, вдохновленную тем, что композитор увидел одноименную картину швейцарского художника Арнольда Беклина (1827-1901). После Дрездена Рахманиновы вернулись в Россию и жили в тихом поместье семьи Натальи Сатиной в Ивановке в Уваровском районе.

После сочинения своего Третьего фортепианного концерта и его премьеры в Нью-Йорке в 1909 году Рахманинов совершил турне по Соединённым Штатам. Последовали регулярные гастроли по Европе. Композитор делил своё время между летним домом в Ивановке и зимними гастролями. Эта последовательность была прервана только Первой мировой войной (1914-18).

Рахманинов давал концертные туры по югу России, чтобы помочь собрать средства на войну, но после потрясений русской революции 1917 года Рахманинов и его семья отправилась в концертный тур в Швецию, и там осталась, а затем навсегда эмигрировали в Соединённые Штаты в 1918 году. Там Рахманиновы жили как русские в изгнании, нанимая русских слуг и продолжая их традиции, насколько могли.

В 1930-х годах Рахманинов написал открытое письмо в "Нью-Йорк таймс", в котором раскритиковал Советскую Россию, которая теперь, казалось, постоянно находилась в ужасных тисках Иосифа Сталина. Письмо означало, что на какое-то время творчество Рахманинова было официально запрещено в России.

В своей новой жизни в Америке Рахманинов сосредоточился на исполнительской деятельности, много гастролировал, но время от времени появлялись новые сочинения, такие как Четвёртый концерт для фортепиано с оркестром (1926). Этот последний концерт, как и его первый, не был хорошо принят, и Рахманинов решил внести в него изменения, которые включали сокращение продолжительности.

Композитор создал собственное издательство в Париже не только для собственного творчества, но и для популяризации творчества других русских композиторов. Компания называлась "Таир" по первым двум буквам христианских имен каждой из его дочерей, Татьяны и Ирины.

На протяжении 1920-х годов Рахманинов продолжал концентрироваться на концертных выступлениях, проводя лето во Франции, Дрездене или на своей вилле на берегу озера Люцерн в Швейцарии. Как пианист, Рахманинов считался одним из лучших (по мнению многих, самым прекрасным) в период, особенно благословлённый великими солистами. Его присутствие на сцене впечатляло высокой фигурой, коротко подстриженными волосами и склонностью наклоняться поближе к клавиатуре. Игровая поза Рахманинова сводила к минимуму любые физические движения, кроме рук, что позволяло извлекать ноты с необычайной точностью и ясностью.

Всё ещё активно работавший в 1930-х годах, поздние произведения Рахманинова, по сравнению с предыдущими, имеют "более лаконичный, более терпкий тон…[в гармониях есть] бодрящий привкус остроты, новая настойчивость в ритмической направленности и (в оркестровых произведениях) чёткость партитуры, которая резко контрастирует с его более ранней музыкой" (Арнольд, 1522).

В 1934 году он сочинил свою широко известную рапсодию на тему Паганини, пьесу для фортепиано с оркестром. Одно из поздних произведений композитора и короткое, оно, тем не менее, типично для его стремительного, эмоционального стиля "американских горок", который погружается в глубины грубой меланхолии, состоящей из одной ноты, прежде чем подняться до вершин полного оркестрового величия, прежде чем снова погрузиться в задумчивое спокойствие. Рахманинов завершил свою Третью симфонию в 1936 году (а затем переработал её в 1938 году), а в 1940 году он написал своё последнее крупное произведение "Симфонические танцы".

Рахманинов, которого всегда ценили как пианиста, а также композитора, сделал множество граммофонных записей своей собственной игры на фортепиано, начиная с 1920-х годов. Эти записи демонстрируют его стиль, описанный Джеффри Норрисом как "переливчатая, чётко артикулированная фортепианная игра, с её безошибочной живостью, утончённым легато и возвышенной интенсивностью выражения" (Арнольд, 1523).

Рахманинов писал музыку в самых разнообразных формах, включая духовные вокальные произведения для исполнения в Русской православной церкви, концерты, симфонии, прелюдии и песни. Наиболее важными произведениями Рахманинова являются:

Творчество Рахманинова не убедило всех критиков в его достоинствах; в Энциклопедии классической музыки, например, отмечается, что его три симфонии "компенсируют мелодическим богатством то, чего им иногда не хватает в формальной связности".

Некоторые критики считают его творчество слишком часто граничащим с сентиментальностью и лишённым новаторства, присущего творчеству композиторов, которые перенесли музыку на новые рубежи, таких как Игорь Стравинский (1882-1971) и Сергей Прокофьев (1891-1953).

Как отмечает Шенбург, "все молодые пианисты имеют в своём репертуаре Концерты до минор и ре минор".

Музыка Рахманинова принадлежит к эпохе романтизма, даже если сам композитор пережил этот период в музыке. Композитор прекрасно осознавал это, как он однажды прокомментировал: "Я чувствую себя призраком, блуждающим в мире, ставшем чужим. Я не могу отказаться от старого способа письма и не могу приобрести новый".

В последние годы жизни у Рахманинова были проблемы со здоровьем, хотя он продолжал выступать публично, его последний концерт состоялся 17 февраля 1943 года в Ноксвилле, штат Теннесси. Он умер от рака в своём доме в Беверли-Хиллз 28 марта 1943 года.

Драматизм Рахманинова хорошо соответствовал требованиям кинематографа, и его часто использовали в партитурах к фильмам. Второй фортепианный концерт композитора занял видное место в классическом фильме 1945 года "Краткая встреча". С тех пор фильм режиссера Дэвида Лина регулярно появлялся в верхней части списка "лучших", и музыка Рахманинова сыграла немалую роль в его успехе. Та же музыка звучит в другом любовном романе, фильме 1950 года "Сентябрьское дело", с Джозефом Коттеном в главной роли. Отрывки из Второго фортепианного концерта также занимают видное место в популярной песне All by Myself, написанной Эриком Карменом в 1975 году.