Как известно, алтайские медеплавильные предприятия основал в третьем десятилетии XVIII столетия Демидов Акинфий Никитич (1678-1745, действительный статский советник, предприниматель).
Сначала появился в 1727 году Колыванский завод, ориентированный на выплавку серебра и золота, а спустя 17 лет приступил к работе первый Барнаульский завод. Затем Гавриловский, Сузунский, Алейский, Павловский, Ирбинский, Локтёвский, Змеёвский, Гурьевский, Томский заводы.
Все они вместе получили общее название: «Колывано-Воскресенские металлургические предприятия».
Сузунский медеплавильный завод, основанный в 1762 году, спустя четыре года стал собственником монетного двора, который функционировал на протяжении 81-ого года. Оборудование для государственного денежного дела на предприятие поступило из далёкого Санкт-Петербурга. Оттуда же прибыли на Алтай и квалифицированные специалисты. Задача была поставлена императрицей
Екатериной II Алексеевной (1729-1796) чёткая - выпускать «сибирскую монету».
Барнаульский сереброплавильный завод обзавёлся своим монетным двором в 1771 году. Чеканку «сибирской монеты» на нём барнаульцы проводили всего лишь восемь с половиной лет. Потом выпуск денег прекратился, всё оборудование на заводе демонтировали и перевезли на Сузунский монетный двор, на котором к тому времени приступили к выпуску и общероссийской монеты. Правда чеканка общероссийских денег в Нижнем Сузуне продолжалась также не очень долго, что-то около полугода. Со столицы пришёл циркуляр «заниматься исключительно сибирской монетой». Повеление государыни алтайцы, естественно, немедленно выполнили, переключив все свои силы на выпуск «местной» монеты.
Интересно, чем же руководствовалась императрица, дав право администрации Колывано-Воскресенских заводов изготавливать «сибирские деньги», не имевшие хождение на европейской части России? Всё очень, оказывается, просто: отправлять в большом количестве металлические монеты, выпущенные санкт-петербургским и московским монетными дворами в Сибирь и дальше на восток крайне невыгодно с финансовой точки зрения. Даже переправка их до уральского Екатеринбурга требует значительных экономических затрат. А ведь алтайские заводы плавят и медь, и серебро, и золото. Почему бы там не изготавливать «свои» деньги?
Канцелярия императрицы приняла решение чеканить на Алтае «сибирские монеты» только из меди, правда, по иной счётной стопе — металл там имел более высокую цену, так как содержал в себе драгоценные серебряные и золотые примеси.
Первичное сырьё для выпуска медных «сибирских» денег содержало чуть более 99% меди, оставшаяся часть приходилась на серебро и золото.
Казалось бы, это небольшая величина, но в общих масштабах совсем не так, ибо один пуд (16 кг) колывано-воскресенской меди в 1763 году равнялся без малого 6 рублям, тот же пуд серебра оценивался почти в 790 рублей, а пуд золота вообще в 10769 руб. 17 коп. Поэтому медная «сибирская монета» сразу же стала изготавливаться из пуда меди не на 16 рублей, как это делали в Санкт-Петербурге и Москве, а на 40 рублей. При этом затраты на саму чеканку снизились на 12 рублей с каждого пуда.
Колывано-Воскресенские медные монеты с рисунком двух соболей, щитом и короной наверху получили общее неофициальное название «сибирских денег». Эти денежные знаки первых выпусков даже имели надпись «Колыванская медь», потом её сократили до двух букв «КМ». 10, 5, 2, 1 копейки, а также «денга» и «полушка» имели обращение только в Сибири и Дальнего Востока, на землях так называемого «Сибирского Царства». Выпустили их на сумму более 3 миллионов рублей.
Многие из них сохранились до нашего времени. Особый интерес у коллекционеров-нумизматов вызывает сегодня 10-ти копеечная «сибирская» монета, отдельные экземпляры которой (на фото) продаются сегодня в Москве за 25-27 тысяч современных рублей.