Роман Джона Дос Пассоса "Манхеттен" (1925) и трилогия "США" (1930-1936) заставили критиков писать о необычной для американской литературной традиции экспериментальной поэтике.
Добровольно пошедший на фронт Джон Дос Пассос побывал, как и Э. Хемингуэй, в Испании, с санитарным отрядом в Италии, Франции.
Дос Пассос первым в американской литературе в романе "Три солдата" (1921) выразил взрыв морального негодования против войны, лишив американскую молодежь романтических иллюзий на сей счет. "Эта война - огромная раковая опухоль, питаемая ложью тех, кому не грозит угодить на фронт" - за такие высказывания, подрывающие моральный дух армии, Дос Пассос был изгнан из ее рядов. Описанная в романе фронтовая дружба трех солдат из разных социальных слоев - фермера, продавца и музыканта, их протест против насилия и лжи, их личный опыт разбивали миф о войне как миссии спасения демократии, противопоставляя ему свидетельство самих участников.
Антивоенные выступления Дос Пассоса принесли ему известность революционно настроенного художника, находившегося под влиянием статей Джона Рида. Правда, позднее в оценке испанских событий писатель займет иную позицию.
Поэтику романов Дос Пассоса характеризует композиционная фрагментарность и раздробленность, широкое использование монтажа, живописных приемов, символических и аллегорических образов, миниатюр-эпиграфов, начинающих главы. Она была сродни поискам европейского искусства начала века, и в частности кубизма, молодого советского кинематографа, прежде всего фильмов Эйзенштейна, с которым Дос Пассос познакомился во время пребывания в СССР в 1928 году; она использовала опыт новаторской поэзии Г. Аполлинера и Б. Сандрара.
В романе "Манхеттен" конструируется Нью-Йорк, огромный бетонно-стальной город, калейдоскоп людских судеб, лиц, эпизодов. Город полон шума, он освещен рекламой, машинными фарами; урбанистический пейзаж мастерски удается автору. Кто-то преуспевает и делает карьеру, как адвокат Джордж Болдуин; кому-то не везет, как актрисе Эллен Тэтчер; кто-то стремится вырваться из каменных объятий гиганта, как журналист Джимми Херф, а кто-то бросается в отчаянии с Бруклинского моста, как Бэда Копенинг. Эти и другие судьбы поданы в романе по принципу монтажа; чередование придает новое качество эпизодам, рождает новые образы.
Прием монтажа усложняется и совершенствуется в трилогии "США", которую составили романы "42-я параллель", "1919" и "Большие деньги". В них - история США: романтическое начало века, бурный расцвет промышленности и монополий, переломный 1919 год, после которого США выдвигается на роль первой державы мира, двадцатые годы, Америка "больших денег", история Америки, которая предвосхищена в словах сенатора Бевериджа, вставленных в первый "экран новостей": "XX век будет веком Америки. Человек будет господствовать в нем. Прогресс Америки покажет ему путь. Деяния Америки обессмертят его".
Пафос трилогии, однако, спорит с этим прогнозом. Дос Пассос показывает трагизм и одиночество людей, идеологический прессинг и всесилие массовой культуры, подминающей личность.
Перед читателем - разноликая Америка, два противоположных мира, две нации: с одной стороны - мир больших денег, мир Фордов и Морганов, с другой - мир тех, кто страдает и стремится к демократии, свободе, равенству, мир Джо Хилла и Джона Рида. Этот конфликт разделяет две сюжетные линии романа, судьбы Мака и Мурхауза: бунтарство и приспособление, желание справедливости и конформизм в искусстве. Противоположны судьбы двух художниц - преуспевшей Элинор Стоддарт и кончающей жизнь самоубийством Эвелин Хэтчинс.
В трилогии четыре структуры: жизнеописания героев, "экран новостей", "киноглаз" (камера обскура) и "портреты" исторических личностей, выдающихся людей эпохи, среди которых президенты, политические деятели, ученые, Айседора Дункан, Рудольфо Валентино, Эдисон.
В соответствии с требованиями конструктивизма эти структуры обнажены и существуют сами по себе, что разбивает художественное целое романа в его традиционном понимании, но придает трилогии совершенно новые стилистические краски. Сложная композиция, сочетание вымысла и документализма, подобно кинематографу, помогает акцентировать в сознании читателя главное, ускорить или замедлить темп повествования, рассмотреть явление как бы под микроскопом, передать дух времени в калейдоскопе событий. В "экране новостей" как знак эпохи монтируются газетные заголовки, отрывки из воспоминаний рассказчика, поданные в хронологической последовательности и выполняющие функцию комментария; одновременно это и способ заглянуть к себе в душу.