На искусство реализма существенно влияет широкое тиражирование так называемой "массовой литературы", или паралитературы, ставшее возможным в условиях набирающего темпы книгопечатания. Превращение духовных ценностей в рыночный товар сопровождалось ориентацией на массового потребителя и примитивные вкусы, что привело к расширению усредненной культуры: малохудожественных, но занимательных и сенсационных по сюжету произведений, рассчитанных на коммерческий эффект. Возможно, на каком-то этапе развития личности, равно и государства, такая эрзац-культура, призванная компенсировать эстетический голод и удовлетворять неразвитые потребности толпы, выполняет полезные функции, скажем, приобщая к процессу чтения и ликвидируя безграмотность, однако она не способствует эстетическому и культурному развитию как личности, так и общества, а самое главное - развитию культуры.
Первые попытки осмыслить кризис культуры и появление ее массового, усредненного, варианта были сделаны в работах французского социолога Г. Лебона "Психология народов и масс" (1895), немецкого философа О. Шпенглера, чья книга "Закат Европы" (1918-1922) имела сенсационный успех, русского писателя Д. Мережковского "Грядущий хам" (1906), испанского философами общественного деятеля Ортеги-и-Гассета "Восстание масс" (1929-1930) и "Дегуманизация искусства" (1925). Исследуя цивилизацию как массовую, в которой человек - всего лишь часть толпы и вынужден жить по навязанным ему законам, эти ученые прогнозировали тотальное наступление на личность.
Личность вытеснится человеком массы, предназначенным для выполнения механических функций, неспособным противостоять власти вещей и постепенно деградирующим в потребителя, в том числе и суррогатного варианта культуры. В свою очередь, это ведет к дальнейшему углублению пропасти между творчеством избранных, элитой, создающей духовные ценности, и культурой масс, довольствующихся стандартными понятиями и художественными клише. Индивид в толпе перестает, по мнению Ортеги-и-Гассета, быть личностью и проецирует губительную психологию толпы на искусство.
Многое в концепции "массового общества", как она начала складываться в начале века, восходит к философии Ф. Ницше. Ему же принадлежит словосочетание "восстание масс", введенное в широкий научный обиход испанским философом. Концепция "массового общества", избранных и толпы, просматривается в теории сверхчеловека или одинокого Заратустры, находящего себя в общении с природой и небесами вдали от суетности цивилизации и масс.
Массовая литература была известна и ранее; вспомним многочисленные варианты куртуазного романа, рыцарского, авантюрно-фельетонного, образцом которого во Франции XVIII века можно считать "Приключения Рокамболя" Понсона дю-Террайля, милитаристский роман в кайзеровской Германии XIX века, многотомные романы русской писательницы Анастасии Вербицкой и "литературу Никольского рынка" в Москве. В начале XX века появились, можно сказать, эталонные образцы массовой литературы, например серии романов французских писателей Пьера Сувестра и Марселя Аллена о Фантомасе (начали выходить в 1911 году), американского писателя Эдгара Берроуза о Тарзане (1914-1939); в тридцатые годы появились наводящие ужасы повествования о Кинг-Конге. Уже тогда наметился переворот в книгопечатании, который достигнет пика в шестидесятые годы, чтобы превратить книгу в товар, манящий баснословными доходами.
Массовая литература стереотипна, стандартна, правдоподобна, однако правдивое изображение жизни не является ее целью. Она создает привлекательные мифы, утешает и по производимому эффекту порой может конкурировать с наркотическими снадобьями. Глубоко проанализирован механизм ее воздействия в статье Карела Чапека "Последний эпос, или Роман для прислуги" (1931). Анализируя тягу служанок к романам из жизни графского сословия, их нежелание приобщаться к литературе социальных проблем о жизни обездоленных., Чапек делает вывод о том, что это прямо пропорционально омерзительности их существования, заставляющего простого человека упорно тянуться к его противоположности: "Странно, но факт: чем выше рангом литература, тем безрадостнее конец романа. "Преступление и наказание" не заканчивается появлением на свет роскошного младенца. "Госпожа Бовари" не заканчивается свадьбой... Действует некий скрытый закон, согласно которому качество литературы обратно пропорционально счастливому концу. Роман Марии или Фанни (так Чапек называет излюбленное чтение служанок) непременно оканчивается счастливо".
Во второй половине 20 века массовая литература достигнет поистине колоссального размаха, ее будут определять как эпос XX века. Удовлетворяя эстетические запросы значительной части населения, эта литература со временем станет характерным признаком современной цивилизации. Она перерастет в разветвленную индустрию, интенсивно использующую новейшие технические открытия: информационную технологию в средствах массовой коммуникации, спутниковые системы связи, компьютеризированные банки данных.