Фото: staryy.ru
Константин Паустовский
К. Паустовскому удалось хорошо сочетать в своей повести "Судьба Шарля Лонсевиля" биографический момент с моментом социально-политическим, тесно смыкая их друг с другом и развёртывая личные характеристики на фоне бурных массовых событий.
Герой книги - офицер наполеоновской армии, инженер-специалист по литью пушек, Шарль Лонсевиль, попавший в плен к русским в 1812 г.
Его личная судьба и глубокие переживания во время пребывания в России, особенно на пушечном заводе в Петрозаводске, куда он был отправлен на работу как специалист, - составляют основной стержень всей книги. Но Лонсевиль и его личная душевная драма развёртываются перед читателем в тесной связи с судьбой приписных крестьян на Олонецких медноплавильных и железоделательных заводах.
Таким образом русский рабочий конца XVIII и начала XIX веков, придавленный каторжным гнётом принудительной, чисто крепостной работы на казённых заводах того времени, и высокообразованный, полный героизма молодой офицер наполеоновской армии, всецело пропитанный идеями французской буржуазной революции, - вот те две противоположности, единство которых вполне диалектически даёт автор в своей книге.
Паустовский широко использовал обширный документальный материал (письма и дневники) и ряд специальных монографий по истории России второй половины XVIII века и первых десятилетий XIX столетия.
Это помогло ему вскрыть перед своим читателем подлинную жизнь той эпохи, жизнь, полную контрастов и противоречий, начиная с темноты и бесправия крепостной крестьянской массы и кончая верхушкой императорской России - Екатериной II, этой "Семирамидой Севера" и её внуком Александром I, этим "Агамемноном Европы".
Но говоря о столичных и придворных кругах и подчёркивая их пустоту, чванство, алчность и глупость, автор основное внимание читателя направляет в сторону рабочей массы того времени и тех невыносимо тяжёлых условий, в которых осуществлялся процесс производства на заводах феодально-крепостнической эпохи.
При этом конкретный исторический материал, вполне обоснованный документально, даётся не в сухом пересказе, а в яркой драматизированной форме, чаще всего в сочной портретной зарисовке, или в живой устной передаче под видом разговора двух или нескольких собеседников.
Полное бесправие личности, не только из среды крепостного крестьянства и приписанных к заводам "работных людей", но даже и в кругах так называемого привилегированного общества, провинциального чиновничества и армейского офицерства, - основной лейтмотив всей книги с первой её главы до последней.
Наиболее драматическими местами книги Паустовского являются те страницы, на которых дана яркая картина восстания крестьян, приписанных к Олонецким заводям в 70-х годах XVIII века, и XI глава, где речь идёт о трагическом эпилоге личной жизни Лонсевиля, которого только смерть спасла от пожизненного заключения в Шлиссельбургской крепости за пропаганду революционных идей.
Хорошо удались автору бытовые зарисовки и личные характеристики. Юный читатель найдёт в его повести немало живых исторических сцен и целую портретную галерею людей того времени. Двумя, тремя штрихами автору удалось дать выразительные, запечатлевающиеся в памяти облики царствующих особ - Александра I и Екатерины II, надменных и чванных господ вроде князя Орлова и графа Ламздорфа, директоров Олонецких заводов, голландца Генина и англичан Армстронга, Гаскойна и Фуллона.
Весьма удался автору, рассказ о жизни талантливого русского архитектора Воронихина, выходца из среды приуральских крестьян, переданный в форме живой беседы самого Воронихина с Лонсевилем. Не забудут юные читатели и рабочих на пушечном заводе в Петрозаводске Мартынова и Костыля; но, пожалуй, лучше всего они запомнят Клима Соболева (которого автор почему-то ошибочно именует Петром) - организатора восстания приписанных к Олонецким заводам крестьян в 70-х годах XVIII века, подавшего лично самой Екатерине II в Петербурге жалобу от заводских крестьян.
Прекрасным заключительным аккордом в повести Паустовского являются те места из последних глав его книги, где говорится о влиянии французской революции на русских офицеров времени Александра I, о зарождении декабристского движения и особенно о Пушкине как о певце свободы и гениальном провозвестнике грядущей русской революции.
Таковы положительные стороны книги Паустовского. В ней дан кусок русской истории на рубеже XVIII и XIX веков с богатым конкретным материалом, с вполне достоверными фактами и с живыми людьми прошлого.