Рувим Исаевич Фраерман
Родился в 1896 году в городе Могилёве.
Семья наша была бедная. Отец занимался мелким маклерством, и ничтожные заработки его не могли прокормить шесть человек детей. Об учении же и речи быть не могло.
Старшие дети не учились. Только младшие - я да сестра - поступили в школу. Это было большим событием для всей нашей семьи и даже для всей нашей улицы, на которой жили портные, сапожники и прочий мелкий ремесленный люд. Улица была вроде Растеряевой, но только с еврейским населением.
Детства своего я не люблю.
Стремление к литературным занятиям проснулось во мне рано; лет с тринадцати я начал сочинять стихи, за что отец называл меня босяком и бездельником.
В 6-м классе нам удалось собрать целый кружок любителей, мы затеяли издание настоящего печатного журнала. Он стоил дорого. Мы собирали по полтиннику с гимназисток и реалистов, с каждого, кто хотел нам помочь.
Журнал наш существовал два года и назывался "Труд ученика". Я там печатал свои стихи о "добром молодце", которому негде преклонить голову, о тоске, о грусти - плохие, конечно, стихи, но очень печальные.
Нам, бедным юношам, особенно евреям, в то время жизнь представлялась в тумане, родина же казалась тюрьмой.
Поэтому ранней своей юности я тоже не люблю. Я люблю свою молодость, которая подоспела как раз ко времени Великой Октябрьской революции. Вот это была прекрасная молодость - чудная пора!
Годы гражданской войны я провёл на Дальнем Востоке в рядах красных партизан.
Но литературы всё же не бросал (писал стихи в партизанских газетах, сочинял рассказы), хотя большее время проводил в походах.
Первая большая повесть моя была "Огнёвка", напечатанная в "Сибирских огнях" в 1925 году.
С этого времени я бросил стихи и принялся за повести и рассказы.
В 1928 году выпустил книжку "Буран" в "Федерации", в Москве, потом в ГИХЛе "Ваську-гиляка" и ещё книжку очерков, пока, наконец, не пришёл в детскую литературу.
Детский читатель всегда был мне мил.
Я сам помню всё, что читал в детстве, и было отрадно думать, что может быть, дети будут помнить и меня, и всё, что я им расскажу.
Именно для детей я написал и "Ваську-гиляка" (1930 г.), и "Вторую весну" (1932 г.), и "Никичен" (1933 г.), и рассказы "Соболя" (1935 г.), и новую повесть "Шпион" (1937 г.).
И всё это те же места и те же события, дорогие моему сердцу, - гражданская война, строительство новой жизни, партизаны, амурская тайга, гиляки, овены, гольды, к которым я привязался, как к детям.
Р. Фраерман 1937 год