В тот вечер Сигизмунда Яковлевна шла домой, и вдруг услышала какой-то странный писк.
- Неужели опять щенок? — вспомнила она историю появления своей собаки Симоны, и опустила голову.
Но это был не щенок. В луже сидел… черный котенок. Очень мохнатый и большой.
- Ну и дела — обратилась к нему Сигизмунда — ты как сюда попал-то? Потерялся, что ли? Ладно, заберу тебя пока к себе домой. Но предупреждаю: у меня собака. Надеюсь, ты с ними ладишь.
Когда Симона увидела найденыша, глухо заворчала.
- Спокойно, Симона — остановила ее Сигизмунда Яковлевна — это наш гость, к тому же малыш. Он наверное, просто потерялся. Ты же не будешь обижать малыша?
В ответ Симона только сердито фыркнула.
А котенок, надо сказать, был явно не дворнягой. Как показалось Сигизмунде Яковлевне, это был перс, мейн-кун или метис кого-то из них. Поэтому-то она и поняла, что котенок явно не уличный.
Поскольку кошачьей еды в доме не было, Сигизмунда Яковлевна предложила найденышу несколько кусочков курицы. Убедившись, что в еде он неприхотлив, и ведет себя вполне спокойно, Сигизмунда Яковлевна решила:
-Умный кот, но я его у себя оставить не смогу. Надо будет в ближайшее время найти ему старых или новых хозяев.
Но кот был далеко не единственным, кого повстречала Сигизмунда Яковлевна…
Через несколько дней, когда она гуляла с Симоной, к ней подошел незнакомый мужчина. На вид ему было лет тридцать пять, у него были темные кудрявые волосы и карие глаза, и темное пальто с высоким воротником.
- Простите, - осторожно начал он — вы ведь Сигизмунда Яковлевна?
- Да, это я — кивнула она — а что случилось?
- Понимаете, дело в том, что я — писатель — начал незнакомец — несколько лет назад я ездил в экспедицию, после которой начал писать роман. Недавно я закончил рукопись, но вчера вечером она...пропала.
- Пропала? — переспросила Сигизмуда Яковлевна. — Но тогда вам надо в полицию.
- Вряд ли они возьмутся за это дело, -вздохнул писатель - ведь следов взлома нет. А о вас я слышал много хорошего, ведь вы расследовали очень запутанные дела.
- Хорошо, - согласилась Сигизмунда Яковлевна — я посмотрю, что тут можно сделать.
Когда писатель ушел, Сигизмунда Яковлевна посмотрела на Симону, и сказала:
- Видать, я уже совсем плохо соображаю. Про кота-то я у него спросить забыла.
Через несколько дней дело приняло совсем странный оборот. Потому что, когда Сигизмунда Яковлевна встретила писателя на улице, и хотела спросить у него про кота, он очень странно посмотрел на нее и сказал:
- Я вас вижу в первый раз. И ни про какую рукопись ничего не знаю. Никакого кота тем более, никогда в глаза не видел. И вообще, мне пора.
И убежал. А Сигизмунда Яковлевна молча смотрела ему вслед, и ничего не могла понять…
***
На следующий день Сигизмунда Яковлевна сходила в зоомагазин к Зое Кирилловне, чтобы купить кое-что коту, и заодно расспросить ее, не знает ли она, чей он. Но та тоже ни про каких черных котят не слышала. И вообще сказала:
- Не знаю, Сигизмунда Яковлевна. Я вообще не слышала ни о каких потерявшихся щенках или котятах. И Тимофей тоже. В городе потерялись несколько собак, но они уже довольно взрослые.
Зато, через несколько часов, ей написали по поводу исчезнувшей рукописи. Писатель, ( как оказалось, звали его Блюмберг Даниил Иванович),отправил ей сообщение:
ПРИХОДИТЕ КО МНЕ ДОМОЙ В 15:00. ВАС ВСТРЕТИТ МАША.
Дальше был адрес.
- Откуда у него мой номер? Я же ему его не давала. И кто такая Маша?
Маша оказалась дальней родственницей Даниила, которая жила у него, и помогала ему по хозяйству. У нее были довольно светлые, чуть вьющиеся волосы, и голубые глаза. Сигизмунде Яковлевне сразу бросилось в глаза, что она ведет себя как-то нервно. У нее был тихий, хриплый, как будто после болезни, голос.
- Вы - Сигизмунда Яковлевна? — спросила она. Та кивнула — Пойдемте, я вам все покажу.
Мария привела Сигизмунду Яковлевну в кабинет Даниила. Там она узнала, что кто-то стер из компьютера все следы рукописи, украл флешку, на которую, очевидно, ее переписал, взял ручку, и несколько книг. И хотя ручка была дорогая, во всем доме, да и в кабинете, были вещи, которые стоят намного дороже, но злоумышленник, их почему-то не тронул. И Сигизмунда Яковлевна спросила:
- А скажите, Мария — начала она — вы были дома, когда пропала рукопись?
- Да — медленно ответила она — а почему вы спрашиваете?
- Ну, может, вы уходили куда-нибудь, или ездили? У вас же тут есть родственники или друзья?
Мария облегченно улыбнулась.
- Нет, у меня только родители — ответила она — и живут они далеко. Если я отправлюсь их навещать, вернусь не раньше, чем через неделю.
- А скажите, - продолжила Сигизмунда Яковлевна — вы ведь дальняя родственница Даниила Ивановича, и с детства знаете его, так?
- Да — кивнула Мария. Было заметно, что она снова занервничала.
- Ответьте мне тогда на один вопрос — попросила Сигизмунда Яковлевна — У него есть родной брат или сестра? Или он единственный ребенок?
- Ой, я забыла, у меня пирог в духовке, простите! — воскликнула вдруг Мария и убежала. Из всего этого Сигизмунде Яковлевне понятно было только одно: никакого пирога в духовке у нее нет.
***
На следующее утро с Сигизмундой Яковлевной снова связались. На этот раз это была Мария, которая сказала, что с ней хочет поговорить Кирилл.
- Простите, а Кирилл это кто?
- Вы же помните, что Даниил Иванович ездил в экспедицию? — спросила Мария. Сигизмунда Яковлевна кивнула.
- Ну так вот, это его напарник.
Сигизмунда Яковлевна вздохнула. Сам Даниил Иванович не говорил ей ни о каком напарнике. К тому же, сам он производил впечатление отшельника, и вряд ли бы стал брать кого-то с собой в экспедицию.
- А этот Кирилл — он какой? — спросила она тогда.
- Сейчас он придет, и все сам вам расскажет — ответила Мария.
Кирилл оказался историком-архивистом, примерно одного возраста с Даниилом Ивановичем. Как оказалось, они ездили вместе в две экспедиции — одна была в Африку, а другая — в Южную Америку. Еще он рассказал, что преподавал историю в каком-то профильном вузе.
Кроме этого, он особо ничего не рассказал. Но когда Сигизмунда Яковлевна пришла домой, она вспомнила, что хотела навести справки о книгах, которые пропали из дома Даниила.
- Вдруг это может дать какую-то информацию? — подумала она.
И не зря. Оказалось, одна из книг была посвящена редким растениям джунглей. И эту книгу можно было найти только в читальных залах некоторых библиотек. Ее не давали никому домой.
- Как же эта книга могла попасть к Даниилу? — задумалась Сигизмунда Яковлевна.
Но на следующий день ей пришлось забыть о книге — ей снова позвонила Мария. И на этот раз она была безутешна.
- Сигизмунда Яковлевна — заикаясь, пролепетала она — Даниил Иванович, он…
- Что? — испугалась Сигизмунда Яковлевна, которая решила, что он умер.
- Он исчез — прорыдала Мария — И снова нет никаких следов! И взлома тоже! И из дома он не выходил!
- Так… Значит, говорите, из дома не выходил… - задумчиво повторила Сигизмунда Яковлевна — А могу я сейчас к вам приехать, чтобы все осмотреть?
- Да, пожалуйста — слабым голосом ответила Мария.
В кабинете было очень чисто (даже слишком), на столе Даниила Ивановича лежала какая-то открытая книга, а рядом валялась ручка.
Приглядевшись, Сигизмунда Яковлевна поняла, что это не книга, а его дневник. Причем, последние записи были явно свежими.
- Как будто он резко бросил писать, и сбежал… - Подумала Сигизмунда Яковлевна, осмотрев все. А вслух сказала — Простите, Мария, могу я забрать с собой дневник и ручку Даниила Ивановича?
- Конечно, забирайте все, что может помочь Даниила Ивановича — слабым голосом ответила она.
Сигизмунда Яковлевна забрала все, попрощалась и ушла.
Ручку она отвезла на экспертизу, а дневник стала сама изучать дома. Оказалось, там были...путевые заметки Даниила. И в этих заметках Сигизмунда Яковлевна заметила одну очень странную деталь…
Она сразу заметила, что Даниил был, скорее, отшельником. Сигизмунде Яковлевне было сложно представить, кто бы мог стать для такого близким другом, и вызвать у него хоть какие-то теплые чувства.
Пообщавшись немного с Кириллом, Сигизмунда Яковлевна поняла, что он такой же. Но, видимо, благодаря этому сходству, Даниил и Кирилл были если не друзьями, то уж точно хорошими знакомыми.
Вот что было написано в дневнике Даниила:
Сегодня мы с Кириллом должны уехать. Я верю, что он никому не скажет, зачем мы отправляемся и куда. Кирилл никогда не был болтуном, и я доверяю ему как себе. Главное все сделать тихо, иначе за нами опять увяжется этот гад…
На этом запись обрывалась. Сигизмунда Яковлевна еще раз посмотрела, когда она была сделана. Оказалось — сегодня. Следов вырванных страниц в дневнике не было. Получается, что Даниил и Кирилл собирались сегодня куда-то уехать. Но кого Даниил называл гадом, и почему он мог за ними увязаться?
***
Следующим вечером Сигизмунда Яковлевна решила проверить, нет ли каких-нибудь известий о хозяине кота. Она зашла на сайт, где оставила свое объявление, чтобы проверить ответы, и расстроилась. Там было абсолютно пусто.
Сигизмунда Яковлевна догадалась, что котенку было около четырех месяцев — может, три с половиной. То есть, перед тем, как она нашла его на улице, его точно забрали от мамы ( которая наверняка была домашняя, и скорее всего, метиска, или даже породистая), и он успел полтора-два месяца где-то пожить. И поскольку котенок был абсолютно спокойным, и не боялся людей, было видно, что этот хозяин и его семья были люди не злые, и котенка не обижали.
Еще у Сигизмунды Яковлевны была версия, что у котенка были добрые хозяева ( возможно, даже, это были какие-то дети), но потом его украли. Но эта версия тоже не подтверждалась по нескольким причинам.
Во-первых, котенок был абсолютно адекватный, и совершенно не запуганный, а если бы его украли, люди, которые это сделали, могли бы оказаться далеко не самыми добрыми.
Еще была у Сигизмунды Яковлевны версия, что котенок потерялся. Но на улице его тоже могли напугать, или навредить как-то посерьезнее.
И во-вторых, в свободное время она улучила момент и свозила котенка в больницу к Ольге Леонидовне, которая присматривала за Симоной всю ее жизнь, и даже знала маму Симоны. Ольга Леонидовна подтвердила, что котенок достаточно взрослый, взяла у него анализ крови, после чего выяснилось, что все нужные прививки ему тоже кто-то сделал.
Но она тоже ничего не слышала, ни о пропавших, ни о украденных котятах. Мало того, ни к ней, ни к Зое Кирилловне не приходили хозяева кошки или кота, похожих на этого котенка ( даже не обязательно черных).
Будто поняв, что Сигизмунда Яковлевна думает о нем, котенок запрыгнул к ней на колени, и заурчал.
- Что, малыш? — улыбнулась она — не хочет никто тебя забирать, да? Не волнуйся, я найду тебе хозяина.
И тут телефон Сигизмунды Яковлевны снова засигналил. Пришли результаты экспертизы. Ручкой Даниила пользовались два человека. И вторым была не Мария. Это был мужчина. И он был очень сильно похож на Даниила…
Следующим утром в квартире Сигизмунды Яковлевны снова раздался звонок. Номер был незнакомый, и она догадалась, что снова звонит кто-то по поводу Даниила.
- Наперник у аппарата. Да, понятно…
Это были соседи Даниила и Марии. Оказалось, кое-кто из них вспомнил, что видел у их дома кое-что странное. И случилось это именно в тот день, когда Даниила обокрали, и в этот же день его видели последний раз.
В день исчезновения Даниила его соседи видели не что-нибудь, а машину, почти такую же, как у него. Номеров, правда, никто не запомнил, но никто из соседей не помнил и номера машины самого Даниила. Правда, кое-кто из соседей сказал, что «вроде похож». Но зато, человек пять из трех разных соседних домов сказали, что машина приехала минут через сорок-час после отъезда Даниила. И из нее вышел если не сам Даниил, то во всяком случае, очень похожий на него человек. И это тоже видели все.
Узнав об этом, Сигизмунда Яковлевна задумалась. Если то, что она прочитала в дневнике Даниила правда, то он уехал в другой город, и скорее всего, даже страну, которая находится на другом континенте. И Кирилла он наверняка тоже взял с собой. Но если это все правда, и Даниила в городе нет, то кого тогда видели его соседи, и как этот человек вошел в дом, если ключи есть только у Даниила и Марии?
- Неужели это Мария впустила в дом кого-то чужого? — думала Сигизмунда Яковлевна — Уж не тот ли это человек, с которым Даниил не хотел встречаться в экспедиции?
И только она так подумала, как Мария сама ей позвонила.
- Вы можете сейчас приехать, Сигизмунда Яковлевна? — каким-то странным голосом спросила она -мне нужно сказать вам кое-что важное.
Когда Сигизмунда Яковлевна приехала к ней, то увидела, что дверь не заперта, а Мария сидит за столом на кухне, бледная, как смерть.
- Простите меня — начала она, как только Сигизмунда Яковлевна вошла — Я...я с самого начала все знала. И...я вас обманула. Тогда, с пирогом. - И в конце добавила, глядя куда-то в пол — это я впустила его, чтобы он забрал рукопись.
***
Сигизмунда Яковлевна правильно все поняла. Мария действительно впустила в дом Даниила того человека, с которым он не хотел сталкиваться в экспедиции. Но она не успела сказать, как его зовут, потому что ей кто-то позвонил, и она куда-то убежала.
- Хорошо, хоть сейчас не стала сваливать на пирог, которого нет — мрачно усмехнулась Сигизмунда Яковлевна.
Ей не нравилось, как Мария себя ведет. Она не была злой, и Сигизмунда Яковлевна это знала, но она была какой-то нервной, дерганой и трусливой. А еще недалекой. Такой легко могли наговорить какой-нибудь ерунды, запугать, и она от страха могла отдать этим людям все, что угодно.
- С такой Марией из дома не только рукопись пропасть могла — подумала Сигизмунда Яковлевна. Она посмотрела на котенка, который спал в кресле — Да, не хотела бы я, чтобы твоим хозяином оказался кто-нибудь вроде этой Марии.
Она действительно успела привязаться к этому умному и аккуратному малому, и ей не хотелось бы, чтобы кот жил у кого -то, похожего на Марию.
- Таким людям ничего нельзя доверить — считала Сигизмунда Яковлевна.
Но она не знала, что человек, который уже обманул Марию, может попытаться обмануть и ее.
Тем же вечером, Сигизмунде Яковлевне пришло странное звуковое сообщение с номера Даниила. Звук очень сильно барахлил.
-Здр-ра-ав-ствуйте. Ма-ари-я мн-не вс-се рас-ска-з-зала. Я в М-Мек-кс-сик-ке. С-ск-ко-р-ро п-при-шлю к вам к-курьер-ра за д-дне-в-ник-ком.
Сообщение Сигизмунду Яковлевну только разозлило. Мало того, что из этого сообщения было вообще ничего не понять, так еще и не задать никаких вопросов. Но вопросы задавать не пришлось, потому что позвонил Кирилл.
- Здравствуйте, Сигизмунда Яковлевна — поздоровался он — это Кирилл, друг Даниила Блюмберга, помните меня?
- Да.
-Я вам хотел сказать очень важную вещь. Мы с Даниилом должны были встретиться в Мексике, чтобы оттуда улететь в Бразилию. Но в аэропорту я его не нашел, решил, что он уже улетел, и отправился в Бразилию один. Но сегодня, в гостинице, я обнаружил, что его там тоже никто не видел. Поэтому у меня к вам большая просьба: если кто-то будет интересоваться записями Даниила Ивановича, и просить вас что-то кому-то отправить — включая скриншоты и ксерокопии записей, ничего никому не отправляйте, а все записи с такими просьбами направляйте ко мне.
- Мне уже отправили такую просьбу — медленно ответила Сигизмунда Яковлевна — Сейчас я вам все перешлю.
Отправив сообщение Кириллу, Сигизмунда Яковлевна спросила у кота:
- И почему меня не насторожило, что этот тип не знает, как меня зовут?
Кот негромко заурчал в ответ.
***
В конце концов, Сигизмунда Яковлевна поняла, что ей придется лететь в Бразилию. Она собрала вещи, взяла с собой фотографии всех членов семьи, Симоны и кота, сообщила Кириллу время своего прилета и отправилась в путь.
Кирилл встретил Сигизмунду Яковлевну у гостиницы. Поздоровавшись, она спросила:
- О Данииле Ивановиче что-нибудь известно?
Кирилл тяжело вздохнул.
- Нет. Телефон не доступен, и никто из членов конгресса тоже не смог с ним связаться.
- А есть у кого-нибудь информация, где Даниил Иванович должен был остановиться? — спросила тогда Сигизмунда Яковлевна.
- Есть, но он мог сменить гостиницу, и это я еще не упоминаю случаи, в которых с Даниилом не случилось чего-то намного хуже — ответил Кирилл.
Сигизмунда Яковлевна открыла сумку, чтобы вытащить оттуда блокнот и ручку для пометок, но вместо этого оттуда почему-то выпала фотография кота.
- О, это же Сумрак! — сразу оживился Кирилл.
- Значит его зовут Сумрак? — обрадовалась Сигизмунда Яковлевна - А вы не знаете его хозяина?
- Сумрак — чистокровный мейн-кун, - начал Кирилл, но вдруг остановился — А что с Сумраком? Ему плохо? Или он что-то натворил?
- Нет, он здоров — успокоила его Сигизмунда Яковлевна — Наоборот, я водила его в больницу, прививки хотела сделать, но оказалось, что у него уже все сделано. Кстати, вы случайно не знаете, когда он родился?
- День рождения Сумрака — девятого мая. Ему четыре с половиной месяца. Мейн-куны рано взрослеют.
- Я заметила — улыбнулась Сигизмунда Яковлевна — Сумрак — очень умный и аккуратный кот. Так откуда вы его знаете?
Его купил в Петербурге мой научный руководитель, в подарок для своей жены, дочек, и внучек.
Сигизмунда Яковлевна побледнела.
- А как его звали? — с трудом спросила она — вашего научного руководителя?
- Наперник Георгий Иванович.
После того, как Сигизмунда Яковлевна узнала правду о Сумраке, она поняла, что он появился у нее не случайно. И теперь она была уверена: ее муж обязательно вернется домой.
А Кирилл, между тем, сказал:
- Думаю, настало время вам кое с кем познакомиться.
Он набрал номер. Некоторое время ничего не происходило,а потом наконец взяли трубку.
- Да, Кирилл? — мягким голосом произнесла молодая женщина.
- Здравствуй, Маша. Ты не занята? Если нет, с тобой хочет поговорить Сигизмунда Яковлевна, она занимается делом нашего Даниила — И, обращаясь к последней, добавил — Это — Мария Блюмберг, жена Даниила Ивановича.
И действительно, Сигизмунде Яковлевне сразу понравилась Мария. В отличие от женщины, которую она видела в доме у Даниила, Мария Блюмберг была брюнеткой с вьющимися волосами и большими серо-голубыми глазами. И в отличие от его дальней родственницы, она даже в такой тяжелой ситуации, оставалась абсолютно спокойной, чем не могла не вызвать уважение Сигизмунды Яковлевны.
- А скажите Мария, - спросила она сначала — Как вы с Даниилом Ивановичем познакомились? И где?
- Мы с ним познакомились на Конгрессе, вы же уже знаете, он часто там бывает.
- Правда? А кстати, кем вы работаете? И где?
- Зоологом. Я зоолог. Мы с Даниилом встретились на Конгрессе в Африке, где я выступала с результатами исследования редких животных Азии и Африки.
Сигизмунда Яковлевна и Мария еще какое-то время поговорили, и оказалось, что она знает не только мужа Сигизмунды Яковлевны, а и Сумрака, и даже видела его маму.
Но потом Мария спросила:
- Но вы же не это хотели спросить?
- От вас ничего не укроется — улыбнулась Сигизмунда Яковлевна — А спросить я хотела вот что — у вас или вашего мужа есть родственница, которую зовут так же, как вас?
Услышав это, Мария сразу посерьезнела.
- Как меня значит, да? — переспросила она — Такая, дерганая блондинка? — Сигизмунда Яковлевна кивнула — ну что ж, я похоже, знаю, о ком вы говорите, но эта особа не из моей семьи. И к Даниилу она тоже не имеет никакого отношения.
***
Вернувшись домой, Сигизмунда Яковлевна решила обдумать то, что ей было известно. Вездесущий Сумрак снова был рядом.
- Ну что, обормот? — сказала она с улыбкой — теперь я все про тебя знаю.
Сказала так Сигизмунда Яковлевна, и подумала: все да не все. Ей не было понятно, как кот, которого все любили, и который вел себя так, что не мог никого разозлить, мог оказаться на улице один, да еще и плохую погоду.
- Нет, убегать из дома ты бы не стал — Сигизмунда Яковлевна погладила Сумрака по голове.
- У-р-р-р! — заурчал он в ответ.
- Как же тогда ты на улице оказался? — задумалась Сигизмунда Яковлевна — Даниил тебя никуда так подбрасывать не стал бы. А даже если бы и подбросил, он бы убедился бы, что тебя забрали, а не просто выкинул бы на улицу, безо всяких ошейников, бирок и записок. Мария — зоолог, и она вообще не сделала бы с животным ничего подобного, к тому же в это время ее даже не было в стране.
Стоп… Ведь в доме-то была не жена Даниила, а женщина, которая выдавала себя за его дальнюю родственницу. И тут Сигизмунда Яковлевна кое-что вспомнила.
Дело-то в том, что эта женщина была не просто дерганая, а все время терла глаза. И теперь Сигизмунда Яковлевна поняла, почему. У нее была аллергия на кошачью шерсть, а возможно и не только на только кошачью.
Теперь Сигизмунда Яковлевна догадалась, что случилось. Ее муж попросил Даниила передать Сумрака ей. Но ему самому пришлось куда-то уехать, и Сумрак остался с женщиной, которую Сигизмунда Яковлевна видела у него в доме и...с человеком, который выдает себя за Даниила. Они не знали, что кот не самого Даниила, и думали, что он его взял для себя, или в крайнем случае, для своей жены. А так как эта «дальняя родственница» жить с котом в одном доме не может (даже после того, как кота оттуда убрали, а возможно, и не только с ним), они не придумали ничего умнее, чем просто выгнать кота.
- Тебе тоже досталось от этих двоих, да? — Сигизмунда Яковлевна почесала Сумраку шею. Он заурчал, а Сигизмунда Яковлевна задумалась — как же нам с тобой вывести этих двоих вывести этих двоих на чистую воду, а, Сумрак?
В ответ Сумрак высоко поднял голову, и протяжно взвыл:
- Ма-аа-у-у-у!
- Ты что, хочешь сказать, кто нам поможет? — снова спросила Сигизмунда Яковлевна.
- Ма-аа-у-у-у! — снова завопил Сумрак.
Вдруг телефон Сигизмунды Яковлевны зазвонил. Звонила Мария.
- Здравствуйте, Сигизмунда Яковлевна — сказала она — я хочу, чтобы вы побольше узнали о той, которую видели в нашем доме, и кто выдавал себя за дальнюю родственницу Даниила. Больше чем я, о ней не знает никто.
И Мария начала свой рассказ.
Давным-давно, жили-были две девочки. Одна из них — Маша — была спокойной, умной и любила учиться. А еще, она очень любила животных.
Машина подруга Вика была совсем другой. Она была намного ленивей, чем Маша, и изворотливей.
Кстати, родители у этих двух тоже были разные. Если Машу наказывали только в каких-то определенных случаях, то Вика от своих родителей выхватывала практически постоянно. И нет ничего удивительного, что со временем именно Вика начала завидовать Маше, а не наоборот.
Но Маша всегда была честной, и думала, что все близкие ей люди такие же. Когда они с Викой закончили школу, на какое-то время Маша потеряла Вику из виду. Вы знаете, что я встретила Даниила на Конгрессе, это правда, так вот, когда мы собрались пожениться, я узнала, что у него есть брат-близнец Никита, а его женой…
- Оказалась Вика — догадалась Сигизмунда Яковлевна.
- Да. Я до сих пор себя ругаю, что не насторожилась, когда муж до последнего не рассказывал мне о брате, и что не послушала его, когда предложил мне переехать.
- Он и переехать вам предлагал?
- Да. Сказал «эти двое одного поля ягоды, и лучше от них держаться подальше». Я его ослушалась, и что? Рукопись украдена, сам Даниил неизвестно где, а том, что могло случиться с Сумраком, я вообще молчу. Но я знаю, как можно заставить Вику ответить хотя бы на один из двух наших вопросов — где Даниил, и где рукопись.
- Как? — спросила Сигизмунда Яковлевна.
- Вика всю жизнь была из тех людей, для которых дороже всего собственная шкура. Придумайте, как ее припугнуть, и возможно, она расскажет даже больше чем я думаю.
- Спасибо большое, Мария. Вы очень мне помогли.
Положив трубку, Сигизмунда Яковлевна сказала:
- Ну что, дружок, план ловушки у нас есть. Осталось придумать, как заманить в нее Вику...
***
Машин план сработал, и Даниила очень быстро нашли, ведь она была очень умной, а еще давно и хорошо знала Вику. В этот раз Сигизмунде Яковлевне даже делать почти ничего не пришлось. Она просто связалась с Викторией и сказала ей две вещи: во-первых, что ей известно, что никакая она не Мария, и во-вторых, что Мария тоже уже все знает, и первым же рейсом приедет домой.
Последнее должно было напугать Викторию особенно сильно. Расчет на это и был. Но Сигизмунда Яковлевна даже не предполагала, насколько сильно она испугается.
- Я тут ни при чем! — заверещала Виктория ультразвуком — Это все Никита придумал! Я вообще не хотела соваться в это дело! И с котом этим связываться тоже!
- Полиция уже едет — холодно сообщила Сигизмунда Яковлевна — и скоро вы им все расскажете. Отпираться бесполезно, они все равно войдут, даже если вы им дверь не откроете.
Теперь Даниил был на свободе, а Сумрак...не мог от него отойти. Он сидел у него на руках и тарахтел без остановки, как будто хотел много всего рассказать. Даниил тоже был рад его видеть. Было видно, что эти двое большие друзья. Даниил очень беспокоился за него, особенно, когда узнал, что Никита и Виктория его выгнали. Но, конечно, Сумрак был не единственным, за кого волновался Даниил.
- А как Маша? С ней.. ничего не случилось? — наконец договорил он, нервно сглотнув.
- Не волнуйтесь, - успокоила его Сигизмунда Яковлевна — я разговаривала с Машей совсем недавно, и все у нее хорошо. Правда, ваш...Никита пытался отправить ей сообщение, но она ничего не поняла, так же, как и я. Я получила такое же. И мы обе ничего ему не отправили.
- Это хорошо — ответил Даниил, и с шумным вздохом сказал — как я устал! — В комнате, где меня держали, у меня было все, но я не мог вздремнуть даже на секунду — волновался за Машу, рукопись, и даже этого обормота. Поэтому, теперь, если вы не возражаете, я пойду спать.
Даниил ушел, и меньше чем через две минуты, забылся крепким сном.
Когда Даниил выспался, они с Сигизмундой Яковлевной о многом поговорили. Например, оказалось, что с фамилией Блюмберг не все так просто.
- Дело в том, что Иван Блюмберг — не мой кровный отец. — объяснил Даниил — Кровный исчез, когда нам с Никитой было три года. Потом появился тот, который и стал для меня настоящим отцом. Мне тогда было пять лет. Они с дедом — с маминой стороны — очень много для меня сделали. Они и Никиту не обижали, проводили время с нами одинаково. Но он, видимо, слишком сильно оказался похож на папашу...Хотя был далеко не дурак, и прекрасно знал, что никогда ему не был нужен… Только этот дневник и остался.
Услышав это, Сигизмунда Яковлевна подпрыгнула на месте.
- Как, дневник?! Вот этот, который все видели у вас в кабинете? — Даниил спокойно кивнул — А я думала, что он ваш…
- Я попросил его у мамы, чтобы понять, куда делся отец. Он ведь тогда уехал в экспедицию. Я хоть и маленький тогда был, но это запомнил, хотя и не понял, что это такое...Он конечно, был, мягко говоря, человек со странностями, но не такой гад, чтобы просто так сбежать от жены и двух маленьких детей. И о том, что он умер, нам тоже никто не говорил.
- Значит, вы думаете, что он… - догадалась Сигизмунда Яковлевна.
- Может быть жив до сих пор — закончил Даниил. — Я и в экспедицию-то собрался, чтобы узнать, что с ним случилось… А в итоге два дня провел сами знаете где…
- Да, кстати, что это за комната? — спросила Сигизмунда Яковлевна, радуясь возможности сменить тему.
- Предыдущий хозяин использовал эту комнату как кладовку — ответил Даниил — ну а я сделал мастерскую. И хорошо, - он усмехнулся — что меня заперли здесь, а то я бы еще мог и задохнуться. Если бы это была котельная, например.
И тут Сигизмунда Яковлевна кое-что вспомнила.
- А скажите, Даниил Иванович — вдруг спросила она — вы давно планировали эту экспедицию?
- Месяца четыре где-то — пожал плечами Даниил — А что?
- А то, что человек, который все это сделал, знает о ваших планах. И похоже, уже давно.
***
Прошла неделя. Мария вернулась, и дома у Блюмбергов все было спокойно. Единственное, чего никто не мог понять во всей этой истории — кто все-таки запер Даниила в кладовке. Все, конечно, думали, что это был Никита — Вика была слишком глупая и трусливая, а больше в доме никого не было. Но в один из дней произошло событие, которое заставило всех подозревать, что Никита — не единственный человек, кроме Даниила, которому нужна была рукопись.
В субботу Сигизмунде Яковлевне позвонил Даниил.
- Здравствуйте, Сигизмунда Яковлевна — сказал он — Вы не очень заняты?
- Нет — насторожилась она — а что случилось?
- Это не телефонный разговор, я думаю, нужно, чтобы вы это сами увидели. Вы не можете сейчас к нам зайти?
- Хорошо, сейчас Симону выведу, и зайду.
Когда Сигизмунда Яковлевна пришла, оказалось, что действительно есть на что посмотреть. Ее встретил Даниил. Было видно, что он очень волнуется.
- Сегодня утром, - рассказал он — нам позвонили в дверь. Маша пошла открывать. Открывает дверь, а за ней — никого. Только на ручке двери висит вот этот пакет. Когда мы туда заглянули, чуть не упали.
- Почему? — спросила Сигизмунда Яковлевна.
- Посмотрите сами — выдохнул Даниил, и протянул пакет ей. Сигизмунде Яковлевне даже не пришлось рассматривать его содержимое, чтобы понять, что случилось: кто-то вернул Даниилу все, что пропало из его кабинета. Но самым странным было другое: рукопись была распечатана, и с пометками. И ставил их точно не Даниил.
Эпилог
Через неделю вся семья Сигизмунды Яковлевны стояла возле машины с открытым багажным отсеком. Там уже стояла переноска, в которой сидел Сумрак. И надо сказать, вид у него был на редкость сердитый.
- Ты уж прости меня, дружок, - ласково сказала ему Сигизмунда Яковлевна — но у Анюты тебе будет намного лучше. Не волнуйся, она хорошая, и ты ей сразу понравился. Так что, вы точно найдете общий язык.
- Ма-ма-у- сердито буркнул Сумрак в ответ.
Сигизмунда Яковлевна вздохнула. Этот кот теперь много значил для нее. Да и Даниила с Марией она тоже никогда не забудет.
***
Как оказалось, пометки в рукописи действительно делал родной отец Даниила и Никиты. А сбежал из дома потому, что всю жизнь думал, что виноват в смерти своего напарника. Обо всем этом он подробно рассказал сыну в письме, которое приложил к той посылке.
«Я слишком любил и уважал Арину, - писал он в своем письме — чтобы позволить ей жить с таким человеком. К тому же, я не мог допустить, чтобы мои дети росли с отцом-убийцей.
Пусть лучше у них будет неродной отец, или даже никакого вообще — думал я»…
Потом выяснилось, что напарник отца Даниила просто сорвался в пропасть из-за слабой веревки, и умер бы в любом случае, но когда это случилось, Даниил был уже давно взрослый...
***
Сумрак неодобрительно косится на бирку на ошейнике — последний подарок Даниила.
- Он у нас склонный к приключениям малый — объяснил он — так что, если опять попадет в какую-нибудь переделку, ему эта штука понадобится.
Но вдруг из бирки выпала какая-то бумажка, и Сигизмунда Яковлевна подобрала ее. В записке до боли знакомым почерком было написано:
Я скоро вернусь. Жди. Люблю тебя. Наперник Г. И.
Сигизмунда Яковлевна зажала записку в руке. В ее глазах стояли слезы.
- Я знаю, что ты вернешься. — тихо прошептала она — и обязательно дождусь.
Конец