Что остается музе, когда гении уходят? Исчезает ли она, выполнив свою функцию?
Каролина Рудольфовна не исчезла. Она стала архивариусом собственного мифа. В ее памяти — не пикантные подробности светской хроники, а секретные коды творчества, доверенные ей четырьмя самыми пронзительными художниками позднего СССР.