«Воздвигнут жителями Бристоля как памятник одному из самых добродетельных и мудрых сыновей своего города в 1895 году нашей эры», - гласит тёмная табличка, украшающая пустой постамент в центре Бристоля, крупнейшего города на юго-западе Англии. Этим «самым добродетельным и мудрым сыном» был Эдвард Колстон, торговец 17-го века, который руководил порабощением 84000 африканцев, 19000 из которых, как считается, погибли по пути в Америку.
Роль Колстона в работорговле игнорировалась викторианцами, которые уважали его благотворительную деятельность - Колстон использовал свою прибыль для основания школ, церквей и богаделен в своём родном Бристоле - и установили ему статую почти через два столетия после его смерти в 1721 году.
7 июня 2020 года статуя Эдварда Колстона была снесена, окрашена краской и граффити и брошена в гавань во время акции протеста против расизма.
Это был спорный момент, который говорил о растущем желании жителей Бристоля противостоять более тёмному прошлому в городе, известном своим либеральным и часто мятежным мировоззрением.
Сейчас Бристоль пересматривает свою историю, и посетители могут получить разнообразное представление о городе благодаря экскурсиям, посвящённым трансатлантической работорговле, и прогулкам, посвящённым современным мультикультурным сообществам города.
«Как экскурсовод, я всегда говорил обо всём прекрасном в Бристоле», - говорит Роб Коллин, который разработал Бристольскую пешую экскурсию, посвящённую работорговле, чтобы исследовать историю, которую он никогда не изучал в школе. «Чем больше я читал, тем больше я начинал спрашивать: как мы можем говорить о Бристоле, не говоря о работорговле?»
Фото: bbc.com
На Королевской площади, где величественная статуя короля Вильгельма III окружена элегантной георгианской архитектурой, Коллин обычно объясняет группе туристов, как расположение Бристоля на реке Эйвон, недалеко от Бристольского канала, позволило городу активно участвовать в трансатлантической работорговле в 17 веке.
Немногие рабы когда-либо ступали в сам Бристоль, но город на протяжении трёхсот лет извлекал выгоду из торговли, которая позволяла поставлять товары из Европы в Африку, отправлять порабощённых африканцев в колонии в Америке и доставлять в Европу такие товары, как табак, сахар и какао.
Коллин отметил, что корабли Бристоля перевезли около 486000 порабощённых африканцев в период с 1698 года до отмены работорговли в 1807 году, что сделало Бристоль третьим по величине портом работорговли в Англии после Ливерпуля и Лондона.
«Бристоль преобразился в 17-м и 18-м веках», - рассказывает он, когда туристы во время экскурсии проходят мимо крупных купеческих домов на Королевской площади, все из которых датируются 1699 годом. «И это не случайно. Он изменился из-за трансатлантической работорговли».
В центре этой трансформации был Колстон. Родившийся в Бристоле в 1636 году, он поднялся по служебной лестнице в Королевской африканской компании, которая была основана в 1660 году как совместное предприятие купцов города Лондона и правящей семьи Стюартов, восседавших на тронах как Англии, так и Шотландии.
Колстон входил в правление Королевской африканской компании с 1680 по 1692 год, став заместителем губернатора в 1689 году, когда у компании была монополия на невольничьих рынках в Западной Африке.
Фото: bbc.com
В то время как около 84 тысяч африканцев перевозили в смертельных условиях на кораблях Королевской африканской компании для работы на сахарных плантациях и табачных фермах в Америке, Колстон использовал своё богатство, чтобы основать Коллегиальную школу в Бристоле (ранее известную как Школа Колстона) и Богадельни Колстона (которые предоставили собой благотворительное жильё для бедных), а также финансировать больницы королевы Елизаветы.
«Он был вторым номером в Королевской африканской компании и, следовательно, вторым номером среди английских работорговцев», - говорит Коллин. «Вот почему эта история так важна. Считать его хорошим или плохим, это дело каждого. Но мы можем без сомнения сказать, что у Эдварда Колстона была кровь на руках».
Начиная с 1698 года, когда монополия Королевской африканской компании была нарушена, многие из самых состоятельных семей Бристоля также разбогатели непосредственно на работорговле или на рабовладельческом хозяйстве, связанном с сахаром, табаком и какао.
После Закона об отмене рабства 1833 года, когда рабовладельцы получили компенсацию в виде огромных сумм денег от британского правительства (долг ,был настолько велик, что британские налогоплательщики закончили его выплату только в 2015 году), появилось ещё больше средств для инвестиций в город, наследие которых хорошо видно и по сегодняшний день.
Во время своих пеших экскурсий Коллин показывает Мемориальное здание Уиллса, великое готическое архитектурное произведение, построенное в память о семье Уиллсов, торговцах, которые наживались на выращенном рабами табаке и отдавали большие части своего состояния Бристольскому университету.
Ещё одним известным сыном города является Джозеф Сторрс Фрай, который импортировал в Бристоль выращенное рабами какао, коммерциализировал употребление шоколада в Англии и основал компанию, которая в конечном итоге объединилась с компанией Кэтбери.
«Тысячи людей погибли на кораблях, поколения людей ушли в рабство, и в то время это было в какой-то мере социально приемлемым», - говорит Мартин Уилсон, который проводит закулисные экскурсии по M Shed, музею с видом на бристольскую гавань, где посетители могут увидеть сохранившиеся ныне остатки статуи Колстона. «Викторианцы установили статую спустя почти 200 лет после его смерти, но она имела очень мало общего с настоящим Колстоном. Они просто проигнорировали работорговлю и сказали: Посмотрите, сколько хорошего он сделал».
Тёмная сторона этой истории не соответствовала филантропическому повествованию, которое викторианцы хотели продвигать в Бристоле 19-го века, где ежегодно проводилось празднование «Дня Колстона». Но после увеличения иммиграции в Соединённое Королевство после Второй мировой войны город начал сомневаться не только в своём прошлом, но и в том, как он относится к своим всё более разнообразным сообществам в настоящем.
С 1950-х годов афро-карибская община Бристоля традиционно сосредоточена в пригороде Сент-Полс, где посетители могут познакомиться с различными объектами, связанными с афроамериканской историей города, в рамках самостоятельной пешеходной экскурсии, которая была разработана Таней Аминатой Бах, когда она училась в магистратуре по кураторству в Университете Западной Англии в Бристоле.
В процессе этой самостоятельной экскурсии можно посмотреть на красочные фрески, посвящённые «Семи святым Святого Павла», на которых изображены семь местных чернокожих активистов, в том числе Одли Эванс, Барбара Деттеринг и Рой Хакетт, которые участвовали в бойкотах автобусов в Бристоле в 1963 году, протестуя против дискриминационной и расистской практики найма на работу в Бристоле и и непосредственно привели к принятию Закона о расовых отношениях 1965 года в Соединённом Королевстве.
Фото: bbc.com
«Люди недостаточно знают о своей истории», - говорит Бах, составившая в 2017 году карту афроамериканской истории Сент-Полса. «Особенно не знают о более разнообразной истории таких городов, как Бристоль. Помочь людям понять эту разнообразную историю - это отправная точка для изменения взглядов».
Проект Бах появился в то время, когда многие бристольцы задавались вопросом, каких исторических персонажей следует увековечить. «Когда в вашу честь названа улица, это почётно», - говорит Бах. «Но даже если вы самый большой благотворитель в городе, вы не должны иметь такой чести, если вы отправляли людей в рабство».
Мост Перо, открытый в 1999 году, был назван не в честь богатого бристольского купца, а в честь Перо Джонса, порабощённого африканца, привезенного в Бристоль в 1783 году. Городской совет согласился добавить вторую мемориальную доску к ныне печально известной статуе, объясняющую роль Колстона в работорговле, но этого так и не произошло.
«Я думаю, что Бристоль не похож ни на один другой город Великобритании», - говорит Кэтрин Дэвис, управляющий директор Visit West, совета по туризму, курирующего Бристоль. «В нём присутствует сильный, бунтарский, независимый дух, который, при этом, умудряется быть новаторским». Этот мятежный дух присутствовал при свержении статуи Колстона в разгар протестов Black Lives Matter в 2020 году, что заставило многие учреждения и компании отказаться от ассоциаций с именем Колстона.
Благодаря тому, что в M-Shed открылась постоянная выставка, посвящённая роли города в трансатлантической работорговле, прошлое Бристоля становится всё более прозрачным. Свержение статуй и переименование бристольских учреждений неизбежно натолкнулись на ожесточённое сопротивление.
Консервативные политики, такие как министр внутренних дел Прити Пател, охарактеризовали изменения в Бристоле как «крайне позорные», в то время как многие правые новостные агентства утверждали, что Колстон был стёрт из истории Бристоля, или говорили, что жители не должны судить исторических персонажей по современной морали.
«Когда мюзик-холл был переименован, а статуя снесена, это сделало больше, чем когда-либо прежде, для противостояния этой теме», - рассказывает Коллин, который считает, что говорить о том, что британское общество не знало, что работорговля аморальна, - это нечестно по отношению к аболиционистам того времени. «Далеко не всегда история стирается, иногда ей помогают это сделать», - добавляет он. «Именно викторианцы стёрли историю, и стёрли жизнь порабощённых африканцев».
Фото: bbc.com
Голый постамент говорит громче, чем когда-либо говорила статуя Колстона, но Уилсон объясняет, как M-Shed столкнулся с разными взглядами, решая, что делать с «упавшим» работорговцем и филантропом. Оставить ли его в гавани, поднять заново или поместить в музей, спрашивали они у бристольской публики.
«В конце концов было решено, что статуя будет сохранена в таком состоянии, с сохранением граффити. Это произошло всего два года назад, но это уже часть нашей истории», - говорит Уилсон. «Честно говоря, это самое интересное, что когда-либо случалось с этой статуей».