Хозяйка зверинца (так ее называли в новостях) знала, как прекратить любопытство бездельников, но не торопилась. Она зашла к белой волчице, задние лапы начали отказывать от долгого лежания, массирование неэффективно. Волка ноги кормят. На удивление девушка, дежурившая в блоке, была без маски, капюшона химзащиты. Вместе они попробовали поставить ее на пол, но лапы на мраморе разъезжались, обмякшее животное с трудом удерживало равновесие в сидячем положении. Ненаглядная обняла волчицу, прижалась к ней, нашептывая на ухо слова надежды.
- Вот, покормите ее сами, - предложила сотрудница, протянув лоток.
- Натуральное мясо? Откуда?
- Сосед ваш передал, гусятина. И вам подарок от его хозяйки, покушайте по-человечески.
- Благодарю, поклон его семейству, а где он живет?
- Так называемое подзаборное поселение, там ферму, сад-огород развели, но городок не прокормим.
- Ваш прадед, получается. А у вас хорошая бригада. Давно вы занимаетесь ветеринарией?
- Наша группа медицины катастроф получила задачу – принять вас. Мы быстро разделили материал, впитали за пару часов, благо было что цифровать. Когда учились, мы засомневались в некоторых инструкциях. Не поленились поднять в библиотеке все древние книги, перевели в новый формат, поэтому легко получилось усвоить и это направление. Ветеринария была только лабораторная, а выходит, очень актуальна для жизни.
Волчица медленно обсосала ломтик мяса, затем глотала с жадностью зверя, срыгивая и подбирая куски. Скулящие щенки – белые и черные носы пытались открыть застежку палатки оперблока, учуяв вкуснятину.
- Пусть посидит, я придержу ее, идите к питомцам.
И кошки, и щенята окружили хозяйку, подпрыгивали, пытаясь выбить контейнер из рук. Милли с удовольствием потянулась к ней навстречу, чувствуя запах. Конечно, ей и Максу досталось по первому кусочку печеночного пирога. Чтобы щенки не потоптали кошек, она бросила им за пределами палатки, затем кормила с ладони, каждого предварительно погладив. Котята Милли требовательно запищали, оказывается, зубки прорезались, лидер прокусил палец, как иголочкой, удивленно посмотрел на брызнувшую струйку крови. Точно, Лидер. Она собрала крошки со дна контейнера, попробовала сама. Вкусно до головокружения. Она дополнительно насыпала сухого корма в миски, чувствуя, как потекли слюнки не только у нее, заурчали животики. Какое уж тут расписание!
Акела встретила ее ожившим взглядом, сидя на матрасе, оглядывала подросшее потомство, лизавшее ее морду. Доктор раскрыла для нее обзор, обнимала и поддерживала. Хозяйка присела с другой стороны, разминая зверю затекшие мышцы бедра.
- Я вызову сестру, полагаю, вам ничего не досталось, пусть еще захватит. Пилюли, капельницы нужны, но натуральное питание быстро поставит на ноги. Вовремя вас нашли, она сама бы не разродилась. Да и сейчас.
- Не надо говорить при ней, они же все чувствуют, я понимаю, что и как. Сколько недель показала томография?
- Еще 23 дня. Щенок один, остальное воды.
- А сестра – дежурная? Не запишут вам нарушения режима?
- Сестра родная, тоже ветеринар, давно прапрадеду помогает. Мы – тридцать восьмое поколение. А вам-то надо ли бояться? У вас исключительное положение Ненаглядной.
- А у вас с сестрой есть дети от Академика?
Девушка не ответила, смущенно занялась вычесыванием зверя. Вопрос был лишним. Она словно видела, как это происходило.
Кандидатки на материнство тестировались многократно по всем программам искусственного разума, готовые яйцеклетки после овуляции получали право на контакт от 12 до 24 часов. Функция осеменения не срывала мозг, не отвлекала от текущих дел. Она стелилась, он заряжал агрегат, возвращался к микроскопу. Барышню накрывало облако эйфории, она вылетала, словно на крыльях, очаровывая молодых кандидатов наук. Феромоны возбуждали химическую коммуникацию между особями. Генетики доказали, что дети, зачатые во время обучения матери, родятся здоровыми, с неординарным личностным мышлением, из них формируются замечательные кадры для научного городка. Ревность? Пережиток прошлого. Неконструктивно для интеллектуального социума. В КБ работают все ее внуки-правнуки. И создают, и летают, и спасают.
Искусственный разум занимался канцелярщиной без проволочек и человеческого бюрократизма, тикал, как часы, никому не потакал, ни на кого не стучал. Полезное внедрение технократов, исключивших рабочие специализации, автоматизировавшие все процессы производства и быта. Удивительно, как соседу удалось перехитрить всевидящее око, да еще разжиться под стенами городка?
Она решилась вызвать на связь сына.
- Привет, мам, я занят. Что-то случилось?
- Привет, просто соскучилась. Навестишь нас?
- Обязательно. Я тоже люблю тебя. Отбой.
- Отбой.
Женщина посмотрела на новый браслет на левой руке, он не снимался. Это новый гаджет, он содержит ДНК-метку, связь, навигацию и все необходимые услуги мини-компьютера.
Старый браслет выглядел как наручные часы, как ноутбук имел много функций, но без ДНК-метки. Она теперь всегда под контролем.
Ученые-старожилы воспитывали своих детей-правнуков, учили по своему профилю. В городке образовалось несколько сильных направлений, разумеется, из одной семьи. Они делали полезные открытия, когда были проблемы, но у всех были свои секреты.
Академик случайно открыл эликсир жизни, пробуя сам восстановительное питание для слабого котенка. Все препараты были известны, ничего нового в домашней лаборатории не было. Этот эликсир продлевал жизнь даже животным, только для женщин детородная функция была ограничена обычным сроком 15-25 лет. Поэтому строгий генетический отбор стал основным законом возрождения человеческого вида.
Тысячелетние старики и взрослые праправнуки выглядели сорокалетними людьми. Имен почти не осталось, специализация и номер поколения давали полное представление о человеке.
Она говорила мужу и сыну, еще до всеобщей беды – пандемии чумы от укусов крыс, что знает и видит будущее. Но они лишь смеялись. Она прожила с мужем сорок лет в браке, потом началось крушение мегаполисов, обрыв связей. Только сын беззаботно прилетал к ней на ферму, чтобы что-то забрать в свой секретный кабинет. Она не хотела лететь с ним, животные держали всех крестьян на месте. Так и жили, пока разведчики не обнаружили их, подчинив порядкам Академика.