Как-то приехала ко мне из Москвы племянница Катя погостить. Сидели с ней за столом, она меня спросила:
- Тетя Галя, а почему вы к нам в Москву перестали ездить? Раньше-то так часто навещали.
- Ой, Катюша, - говорю я ей, - вся моя прыть куда-то подевалась.
И спела ей частушку собственного сочинения: "Ой, какая я была И какая стала — В Москве с вокзала на вокзал Через забор летала!"
- Как это? - удивилась Катя.
- А вот так, - ответила я. - Случилось это сразу после твоей свадьбы, Катя, и тот день мне никогда не забыть...
Получив приглашение, я долго думала, ехать или не ехать, так как на следующий день после свадьбы у меня было уже назначено важное дело, которое ни отложить, ни перенести на другое число нельзя. То есть, если ехать в Москву, то только на один день. Одни дороги! Но что сделаешь, ехать нужно, а то, думаю, Катя обидится.
Жила я тогда в Костроме. Поезд от нее до Москвы шел ночью и приходил в столицу рано утром. Ночь была, конечно, бессонной, что потом и дало о себе знать. Обратный билет я купила в Москве, но не на костромской поезд, а, чтобы иметь хоть небольшой запас времени, на хабаровский, который уходил в первом часу ночи.
Свадьба была веселой, я много пела, плясала и, пригубив винца, как положено, кричала: «Горько!» В восемь часов вечера я потихоньку ушла из-за стола, так как до вокзала мне надо было еще ехать на электричке — свадьба-то была не в самой Москве, а в Зеленограде. Позвонила московской подруге, и та пообещала отправить к поезду сына Костю, чтобы он передал мне сумку с одеждой. С ним мы договорились встретиться у пригородных касс Ярославского вокзала в десять часов вечера.
Я благополучно села в электричку в девятом часу вечера и была в полной уверенности, что очень скоро встречусь с Костей. Однако предыдущая бессонная ночь и выпитое на свадьбе вино быстро сделали свое черное дело: я крепко уснула, а проснувшись, поняла, что еду уже обратно в Зеленоград — на конечной остановке меня никто не разбудил.
На мое счастье, в Зеленограде электричка долго не стояла и снова отправилась в рейс. Я выяснила, когда она прибудет в Москву. Оказалось, что если не задержится, то ровно за пять минут до отправления моего поезда. Делать было нечего, пути назад не было, оставалось надеяться на чудо. Еду и молюсь, чтобы электричка подолгу не стояла на станциях.
Слава Богу, пришла она на Ленинградский вокзал даже чуть раньше расписания. Но мне с этого вокзала еще нужно было перейти на Ярославский. Это рядом — только пройти через металлические ворота, которые днем всегда открыты. А то, что на ночь они закрываются, я и не знала! Поэтому бежала к ним что есть мочи, благо, мне тогда было всего 60 с хвостиком и ноги еще были резвыми. Поняла, что попала в засаду, только у самых ворот...
Впереди меня бежали два парня, видимо, тоже на хабаровский поезд. Остановилась я и вижу, что они быстро, как обезьяны, стали карабкаться по металлической конструкции с острыми шпилями. И полезла за ними! Парни это заметили и закричали:
- Что вы! Что вы! Не сможете!
Я им ничего не ответила, но про себя подумала: "Ребята, вы меня, прежнюю спортсменку и комсомолку, недооцениваете. Как это не смогу?! Время-то уходит, а поезд меня ждать не будет!" И я от них не отстала!
Как перелетела через острые шпили, до сих пор понять не могу. Видимо, в тот момент мне помогал мой Ангел-хранитель. Даже охранник застыл от удивления, наблюдая, как я совершаю этот головокружительный перелет! Хорошо, что у меня не было с собой большой сумки-она терпеливо ждала меня с Костей, но уже не у пригородных касс, а возле поезда. Я еще в электричке успела ему по телефону все объяснить.
К вагону я подбежала за минуту до отправления. Бедный Костя только и смог произнести два слова на выдохе:
- Те-е-е-тя Га-а-а-ля!..
А я, схватив сумку, запрыгнула в вагон и только там увидела, что у меня вся кисть левой руки в крови. Но никакой боли я не ощущала — видимо, эйфория после успешного приземления подавила болевой порог. Душа моя торжествовала от того, что я успела, что я уже еду. И еду домой...