Первые находки свидетельствуют о том, что тайник использовался для сохранения мяса лося и карибу в суровом климате юго-восточной Аляски.
На холме, поросшем берёзами и елями, возвышающемся над рекой Кник-Арм, узким участком Аляскинского залива, который простирается к северо-западу от Анкориджа, археологи обнаружили яму для хранения продуктов, которую использовали коренные жители региона - племя Дене. Это открытие позволяет по-новому взглянуть на долгую историю человечества в этом регионе, а также на то, как сохранить и защитить его наследие для будущих поколений.
По словам Элизабет Ортис, археолога и менеджера по культурным ресурсам Объединённой базы Элмендорф-Ричардсон (JBER), военного комплекса, где была сделана находка, тайники похожи на корневые погреба.
Яма глубиной чуть больше метра расположена вдоль известной тропы племени Дене, которая вела на север из современного Анкориджа. Она была вырыта в хорошо дренированной почве и выложена берестой и травой, которые сохраняли рыбу, мясо и ягоды в суровых сезонных условиях юго-восточной
Аляски. Тайник выкопан в живописном месте, идеально подходящем для наблюдения за белухами.
Дене, также известные как атабаски, включают в себя народности денаина и ахтна. По последним исследовательским данным, летом они оставались в этом районе, чтобы ловить и сохранять лосося и мясо сухопутных животных, а дома и коптильни располагались на обрывах над заливом Кука.
Фото: smithsonianmag.com
Археологи предполагали, что возраст ямы для хранения продуктов составляет несколько сотен лет. Однако радиоуглеродный анализ показал, что на самом деле она гораздо старше.
«Когда мы получили результаты, в которых говорилось, что ей 960 лет, плюс-минус 30, мы были потрясены», - говорит Ортис. «Мы прыгали от радости рядом с находкой со слезами на глазах. Это было очень, очень волнительно».
Новый анализ «ещё точнее подтверждает устные традиции племён Денаина и Ахтна о том, что военный комплекс и прилегающая территория использовались очень давно», - говорит в заявлении Марган Гровер, археолог из JBER.
Команда провела дополнительные анализы на радиоуглерод и стабильные изотопы, чтобы определить, была ли пища, находящаяся в яме для хранения продуктов, с суши или с моря. Первые результаты позволяют предположить присутствие лося или карибу, хотя исследователи планируют проверить окружающую почву, чтобы подтвердить, хранились ли эти животные в яме или просто проходили мимо.
Время от времени археологи находят подобные тайники в таких районах Аляски, как долина Матануска-Суситна и полуостров Кенай. Другие археологические памятники Аляски, такие как Свон-Пойнт, содержащий свидетельства охоты людей на мамонтов, могут датироваться 14 тысячами лет назад.
В данном случае большая часть территории вокруг тайника была снесена военными в 1940-х годах, когда строился JBER. Найти такое древнее и хорошо сохранившееся место в чаше Анкориджа, как называют развитый район вокруг крупнейшего города Аляски, - большая редкость и имеет «особое значение» для коренных народов региона, говорится в заявлении.
«Мы знаем, что не можем остановить развитие», - говорит Аарон Леггетт, президент коренной деревни Эклутна и куратор Музея Анкориджа. «Но можем ли мы использовать эти возможности, чтобы дополнить картину?»
В заявлении Леггетт выражает надежду на то, что правительства племён и США будут использовать место тайника как стимул для работы над «общими целями и совместным производством знаний о нашем прошлом».
Фото: smithsonianmag.com
Сегодня половина населения Аляски живёт на традиционных землях племени Дене. Археологи сотрудничают с местными племенами и заинтересованными сторонами, чтобы получить дополнительный контекст и понять окружающую местность.
«Есть вещи, которые мы знаем из того, что передавалось из поколения в поколение о жизни в том или ином месте, но есть и другие вещи, которые эти археологические памятники рассказывают нам о прошлом», - говорит Анжела Уэйд, специалист по сохранению исторических памятников деревни Чикалун.
«Мне кажется, что каждый объект, о котором мы узнаём, каждый объект, который мы можем исследовать дальше, - это часть нашей истории, которая была потенциально потеряна», - добавляет Уэйд. «Так что это своего рода восстановление части истории, от которой мы были отделены».