Указ датско-норвежского короля Кристиана IV (1577-1648) в 1619 году узаконил подделку русских денег. С этого времени русская копейка, не смотря на решительные протесты далёкой восточной Москвы, в больших количествах стала чеканиться на монетных дворах Копенгагена и Глюкштадта.
Свежие поддельные иностранные деньги, собственно говоря, направлялись с купцами не в центральную часть Руси, а на её северные земли, ныне это территории современной Карелии, Архангельской и Мурманской областей, такие деньги требовались для нужд так называемой Печорской компании.
Московский самодержец Михаил Фёдорович отказал датскому королю в создании торгового купеческого двора на Печоре, так как всеми силами стремился оградить отечественный рынок от иностранцев как с востока, так и запада. Но датчане всё же рискнули начать торговлю на Русском Севере.
А так как местное население принимало только русские деньги, не доверяя иноземным датским либо шведским, то и было принято решение на самом высоком уровне имитировать русские монеты – чеканить серебряные «деннинги» (нем. “Denning”, рус. “корелка”).
Сперва фальсификаты изготавливали из серебряной проволоки высокой металлической пробы. За качество подделок отвечали опытные монетные мастера, история сохранила их имена: Иоганн Пост и Альберт Дионис. Первая партия деннингов имела на лицевой их стороне (аверсе) немецким готическим шрифтом имя датского короля, вторая партия поддельных монет содержала буквы фантастического алфавита, напоминавшие отдалённо кириллицу. Однако прошло всего лишь месяцев восемь, как датчане стали изготавливать деннинги с именами московских царей разного исторического периода: Михаила Фёдоровича, Василия Ивановича, Бориса Фёдоровича, Фёдора Ивановича, Лжедмитрия. Такие фальшивки содержали уже значительно меньше серебра, отличались низкопробностью благородного металла.
Спустя какое-то время по примеру датчан к производству “злых копеек” приступили воинственные шведы. Постепенно год за годом деннинги получили распространение на обширных северо-западных территориях русского царства, не только Русского Севера, они достигли Новгорода, Вологды, Пскова. Такая финансовая иноземная интервенция значительно подрывала русское денежное обращение, заграничные купцы бессовестно наживались при неравном обмене деннингов на товар или высокопробную серебряную копейку. Это заставило московского царя принять решительные меры в борьбе с так называемыми “худыми корелками”. “Воровские” деньги изымали из оборота, а виновных жестоко наказывали. Борьба с датско-шведскими подделками, как повествуют архивные хроники, продолжалась с переменным успехом несколько десятилетий вплоть до 1661 года.