11:50 EST (23:50 по Пекину). 2 часа 50 минут до звонка Зейнаб. Пекин. Чжуннаньхай (Резиденция высшего руководства КНР). Зал Собраний
В Зале Собраний пахло дорогим жасминовым чаем, лакированным деревом и тихой, вежливой, но смертельно опасной паникой. На стене висела огромная, во всю стену, цифровая карта мира. Китай на ней был большим, ярко-красным и пульсирующим, Тайвань — тоже красным (но с лёгкой штриховкой «в процессе возвращения»), а Россия была закрашена приятным бежевым цветом, который в секретных партийных документах назывался «Зона перспективного ресурсного освоения», а в народе — «Наш северный склад».
Председатель (имя которого вслух произносить было не принято, как имя Волан-де-Морта, только с большим уважением и партийным билетом) сидел в кресле, похожем на трон, и смотрел на траекторию корейской ракеты. Красная линия на карте вела себя как пьяная змея.
— Товарищ Ли, — обратился он к главе разведки, не поворачивая головы. — Скажите мне честно, как коммунист коммунисту. Это наша ракета? Мы продали им чертежи?
— Никак нет, Товарищ Председатель! — Ли поклонился так низко, что его нос почти коснулся ковра. — Мы продали им только чипы от пылесосов Xiaomi и корпус от списанного паровоза времён Культурной революции. Сама технология... она варварская. Грубая. Эффективная в своей тупости.
— Русские?
— Вероятно. Они любят вести двойную игру. Продают нам С-400, а корейцам — чертежи «Буревестника», который не летает, но пугает весь мир своей теоретической возможностью.
— Зачем?
— Чтобы создать напряжение в регионе и поднять цены на нефть. Или просто перепутали папки после банкета в честь дружбы народов. Водка — страшное оружие, товарищ Председатель.
Председатель нахмурился. Его лицо, обычно непроницаемое, как Великая Китайская Стена, дрогнуло.
— Передайте товарищу Киму... — он сделал паузу, подбирая слова, достойные истории. — Скажите ему, что поставки риса прекращаются. И элитного коньяка Hennessy тоже. Пусть пьёт свой ракетный керосин.
В этот момент адъютант с планшетом побледнел так, что стал сливаться с белой рубашкой.
— Товарищ Председатель! Ракета изменила курс! Она прошла над Монголией и теперь входит в воздушное пространство России!
— Ну и пусть, — махнул рукой Председатель. — Пусть русские сами разбираются со своими подарками. У них большая территория, есть где упасть.
— Но, сэр... Она летит над Восточной Сибирью. Прямо над газопроводом «Сила Сибири». И над тайгой, которую мы арендовали на 49 лет.
В зале повисла тишина, нарушаемая только звоном фарфоровой крышки о чашку, которую уронил министр экономики.
— На Сибирь? — Председатель вскочил. — Там же наш газ! Наша нефть! Наш лес! Это же... это удар по китайской экономике!
— Именно, сэр. Если она упадёт там, мы потеряем триллионы юаней. И древесину для IKEA. Где мы будем брать стулья «Ингольф»?
— Звоните русским! — закричал Председатель, теряя конфуцианское спокойствие. — Срочно! Пусть сбивают!
Глава разведки Ли виновато развёл руками.
— Мы пытались, сэр. Но в Кремле автоответчик. Они объявили режим «Ковёр». Говорят, ракетная опасность из-за атаки украинских дронов на Москву. Вся спецсвязь отключена, чтобы враг не запеленговал бункер.
— Какой к чёрту «Ковёр»?! У них Сибирь сейчас сгорит! Звоните по резервному каналу!
— Нет резервного канала, сэр. Красный телефон молчит. Спутники глушат. Видимо, генерал Волков что-то натворил на севере, связь с Арктикой потеряна.
— Тогда... — Председатель на секунду задумался. Его мозг, привыкший управлять полутора миллиардами людей, искал нестандартное решение. — Тогда используйте «ТикТок»!
— Что?! — генералы выронили блокноты.
— «ТикТок»! — повторил Председатель. — Это единственное, что они не блокируют, потому что их солдаты смотрят там видео с танцами и лайфхаками по открыванию тушёнки. Запишите обращение! Срочно! Выведите его в тренды российского сегмента! Хэштег #СпаситеНашЛес! #СбивайтеРакету! #РусскийКитайБратьяНавек!
— Но, Товарищ Председатель, — робко возразил Ли. — Если мы используем алгоритмы «ТикТока» для спецсвязи... Американцы услышат. У них же теперь контрольный пакет акций компании после той сделки с Oracle! Серверы стоят в Техасе! ЦРУ увидит!
— Плевать на ЦРУ! — рявкнул Председатель. — Пусть слушают! Наш сибирский газ и лес нам нужнее, чем секретность! К тому же американцы сейчас заняты гольфом, у президента турнир. Действуйте! И наложите фильтр с котиками! Русские любят котиков, это повысит охваты и виральность!
Через пять минут в ленте у лейтенанта Сидорова в бункере управления ПВО под Москвой (который откровенно скучал, пока начальство совещалось) появилось странное видео.
Китайский генерал в полной парадной форме, но с цифровыми кошачьими ушками и вибрирующими усами, под вирусный трек «My money don't jiggle jiggle, it folds» яростно тыкал пальцем в карту Сибири, рисовал в воздухе ракету и показывал жестами международный знак «Бум!». Внизу бегущей строкой шёл текст на ломаном русском: «БРАТ ИВАН! СБЕЙ ЛЕТАЮЩАЯ ПАЛКА! СПАСИ ДЕРЕВО! ДАДИМ МНОГО ОДЕЖДА!»
Сидоров хмыкнул.
«Креативно, — подумал он. — Нейросети совсем с ума сошли».
Он поставил лайк. Написал коммент: «Афтар жжот». И свайпнул дальше. Смотреть, как девушка в бикини чинит карбюратор у классического «Мустанга».
Будить руководство он не стал. Себе дороже.