Из всех кранов хлестала вода: горячая и холодная, журчал бачок в туалете, горел свет в комнате. Аркадий отпрянул, поставил планшет у стены, нашел вентили и перекрыл воду.
- Чем это пахнет?
- Котик метил, не убирали, видно.
- Съехали и не заплатили, кот живой?
- Ищу, пока не видно свежих следов. Ни кота, ни собаки, съехали, а милые студентки из Ставрополья, и парень старшей сестры снимали.
- Значит, парень без работы остался. Все очень просто. Но мужик воду мог бы перекрыть.
- Понятно, но и я могла подождать с оплатой. Слова твои имеют силу, мои слова внушают злость... м-м-м… что-то дальше не лепится рифма. Холодильник выключили, а рыбу оставили, вот подлянка тухлая.
- Суки, - заключил Аркадий, огорчившись, что такой милой крале придется пачкать ручки.
Они были в шоке. Надо было немедленно проветривать, выгребать мусор и мусор отъезда. Для переезда квартирантам пригодились ящики из мебели, телефонный провод для увязки. На хлопанье крышки мусоропровода выглянула соседка слева, явно обрадованная появлению хозяйки и наведению порядка. Алиса покорно выслушивала жалобы соседей сверху на вечные скандалы, битье посуды среди ночи, а особо – на тараканов, которых в их хрущобе не было лет двадцать. Никто не видел, когда они съехали, день-два уже, как стало тихо. Кто-то дал уксус для устранения запаха кошачьих меток, Алиса открыла кладовку, нашла что-то спортивное для уборки, совсем забыв о спутнике, занимавшимся сантехникой, которую пора менять и завтра он это сделает. Эта новость заинтересовала подругу.
- Представляешь, скоро переезжать, а у нас холодильник дохнет, можете посмотреть, я украду твоего друга на минутку, может быть, можно как-то настроить.
Так Алиса вдруг узнала, что Аркадий друг, что дом идет под снос, что на Яндексе и Гугле нового дома не увидеть – старые съемки, завтра наш подъезд в департаменте получает смотровые ордера. В полном недоумении Алиса пошла к соседке, за чаем спокойно обсудили новости и предстоящие хлопоты. Холодильник не реагировал на манипуляции.
- А вы кто, Аркадий?
- Когда я выпью, Майя, то у меня мания величия, мне кажется, что я мясник в Елисеевском магазине, а так просто технарь, профессор МГУ. Верите, что продукты надо спасать, нет у вас холодильника. Крякнулся.
- Ой! А у меня же есть второй, маленький. Да и этот грязный не очень-то уже нужен, теперь квартиру уже не сдать. Еврейский погром черносотенцами, иначе не назвать.
- Перевозить будут бесплатно и с грузчиками, это им надо, чтобы мы быстрее переселились. В наших квартирах еще менты поживут до самого сноса, общежитий теперь у них нет, вот и кочуют, бедолаги.
- Бедолаги беспросветные. Что ждет их здесь? Что с детьми будет, когда подрастут? Нет перспективы. Бросить свои края, чтобы лететь за блестками ненасытной Москвы.
- Понаехали тут! Ладно, хватит о грустном, давайте по делу. Смотрим – тащим «Саратов» 1979 года, окна закрывать не буду. И какие документы завтра нужны?
- А департамент переехал на Октябрьское поле, их сократили и еще сократят. Представляешь, объявление и двух часов не провисело, кто-то срывает. Мы всех обходим, все ли знают: что, где, когда.
Соседские любезности закончились. Советский холодильник затарахтел на совесть: не дождетесь! Разошлись по квартирам.
- Алиса Ивановна, вам, пожалуй, сегодня уже не до Тимея. Я могу вам завтра позвонить, узнать впечатление о новостройке? И вы мой номер сохраните, Тимка теперь на моем попечении. А сейчас уже поздно, я домой вас отвезу.
- Так странно, шестнадцать лет ждали сноса, женились-делились-разводились-судились, а сейчас понимаю, мы были молоды и счастливы, детей здесь вырастили, внуки родились.
- И не замечали счастья в обыденности. Невозможное было и уже не мечта. Долги отданы и начинается жизнь для себя. Это так просто и так хорошо. Нам сегодня везет на водоворот событий.
- Голова дана, чтобы думать, счастие - чтобы жить, беда - чтоб победить, судьба - чтобы творить. А? Хорошо!