Опрос

Нужно ли уменьшить количество рубрик?



События

10.10.2020 08:46

Открылась новая книга


истории прошлого
об истинном знании

20.09.2020 08:07
🎃🎃🎃

На задворках фермерского хозяйства Jaaj.Club выросло


Говорят, они обладают необычными свойствами.

🎃🎃🎃
03.08.2020 20:00
📢📢📢

Внимание!
Стартовал первый
среди писателей, поэтов, копирайтеров, рерайтеров, графоманов и просто творческих людей, которые хотят испытать свои силы в писательском мастерстве.

Регистрация доступна до 
31 октября 2020 года

Турнир проходит
с 1 августа по 17 декабря 2020 года

Призовой фонд
5000 руб.

📢📢📢

Бонусы

22.10.2020 14:05
Auster [34]
получил маленький бонус
+300
22.10.2020 14:05
Auster [34]
получил звание
+25000
22.10.2020 11:54
получил бонус
+1200
22.10.2020 11:54
получил бонус
+7000
22.10.2020 11:49
получил бонус
+1200

Комментарии

Если вы не особо до этого вникали в эти детали начисления бонусов, то ничего не изменилось, по большому счёту.
20.10.2020 admin
Интересно было бы попробовать!
20.10.2020 МилаЗах
ничего не понял: какие гонорары, какие бонусы, какие доходы?
Благодарю!
19.10.2020 МилаЗах
Браво!
19.10.2020 Vladkor54

ТОП 10

МилаЗах [36] 386139
Auster [34] 9344
admin [35] 3796
44ast [17] 3685
zakko2009 [15] 2868
Cocinera [18] 2124
ka4ka [28] 2046
Plaza [23] 1829
Vladkor54 [21] 1464
Igomuh [22] 1132
16.10.2020 Рубрика: Женское счастье
Автор: МилаЗах 17.10.2020
Рейтинг статьи: 4 Просмотров: 2 | 407
Использовано:
Купон #168425 на сумму 1
Романтическая непоседливость, имевшая невеселые причины, приучила ее не скучать по обжитым местам, легко прощаться с друзьями и не жалеть о брошенных игрушках. Ей претила привязанность родителей к приютившему их невзрачному городку, она не ценила чувство дома, свойственное людям. Страдая от нехватки денег или красок, она налетала внезапно, забивала машину приятеля необходимыми книгами, рулонами холстов, которые всегда было проще найти в областных городках, исчезала, на непредсказуемый срок, отписывалась кратко, по делу, о здоровье, звонила, обещая подкинуть внука на каникулы. Где проходили ее собственные учительские каникулы, сомневаться не приходилось, они с Тимеем смотрелись слетанной парочкой.
Алиса поправила лампадку, застыла, вглядываясь в иконы. Из века в век  с благодарением подходили хранительницы очага, окончив домашние хлопоты, не загадывая, что будет дальше, полагаясь во всем на волю Божью, инстинктивно хранили созидательную энергию семьи. Одухотворенные лица родственников на твердых коричневатых фотографиях кажутся нереальными. В двадцатом веке им не было места… Непостижимая мудрость передать свои незабвенные черты, милые привычки, жесты внучкам-правнукам.


Навещая родителей, она всегда удивлялась их противостоянию и насмешке над ударами ударам судьбы. Отчаяние, депрессия, экзальтация чувств до крайности столь частые у богемы – в ее среде обитания, им были просто непонятны. Рядом с ними  рассеивались черные мысли, страдания казались смешной тратой времени, а сигарета – оскорбительно некрасивой. Дни напролет скрипела яблоня, царапая стекло, но звуки уже не раздражали, будущее не казалось рыхлым, а строило смешные рожицы в помутневшем зеркале. Как бы то ни было, жизнь продолжается. Добродушие и юмор благоверного ненавязчиво приручили ее к быту с домашними пирогами, к комфорту и беззаботности. Хрустальные замки фантазий кропотливо оберегались мудрыми доводами. Мифический семейный очаг согревал сквозь годы, возвращая к вере, к здравому смыслу существования, терявшемуся в творческих изысках.

Контраст белого и черного. Магия удачной линии, сметающей изобилие соскальзывающих движений, собранных единым символом. Поздняя осень, первый снег на черной пашне, зябнущие ноги, надоевший ремень безопасности, внезапные ухабы, стряхивающие сонливость и озноб на пустынной дороге в провинциальный городок. Двух - трехэтажный центр обветшал, потеряв хозяев. Несговорчивый частный сектор остался нетронутым. Новостройки строились на пустырях да кладбищах – ближе к заводам-фабрикам. Дореволюционные бревенчатые пятистенки крепко осели на фундаментах, отчаянно сопротивляясь делению на коммуналки, являющие жизнь семьи достоянием пересудов. Заросшая цветущими кустами сирени и вековыми липам улочка очаровала родителей Алисы, до сорока лет скитавшихся по Союзу в поисках пристанища. Родившиеся в год коллективизации в семьях единоличников, они чудом выжили и сполна отведали советского режима. Голод, тиф, война, лагеря – у Гитлера и Сталина да еще пять лет поражения в правах. Зеленая тишина сулила забвение и оседлость, детям пора было учиться. Только дух Скитальца выкрал самое дорогое в жизни родителей – неугомонную Алису, для которой любой дом был мал и тесен.

Дочка уже закончила школу, когда и ей досталось за прошлое семьи, народный суд по доносу бывшего НКВД-шника за мешок пшена и семьдесят рублей (цены довоенные) сдавал соседей, как врагов народа. Естественно, что дома слушали «Голос Америки» и «Архипелаг Гулаг» знали, но дед был глух, а семья открещивалась от поклепа, мудро продав дом и переехав на другую сторону улицы – без соглядатаев.

Романтическая непоседливость, имевшая невеселые причины, приучила ее не скучать по обжитым местам, легко прощаться с друзьями и не жалеть о брошенных игрушках. Ей претила привязанность родителей к приютившему их невзрачному городку, она не ценила чувство дома, свойственное людям. Страдая от нехватки денег или красок, она налетала внезапно, забивала машину приятеля необходимыми книгами, рулонами холстов, которые всегда было проще найти в областных городках, исчезала, на непредсказуемый срок, отписывалась кратко, по делу, о здоровье, звонила, обещая подкинуть внука на каникулы. Где проходили ее собственные учительские каникулы, сомневаться не приходилось, они с Тимеем смотрелись слетанной парочкой.

Тимей, благоволивший ее порывам, невозмутимо вел жигули. Жажда общения иссякала. Понимания было в избытке, достаточно взгляда, чтобы ни о чем не спрашивать. Тревожить домашними неурядицами не хотелось. Проявления чувств рассыпались мелким бисером и пропали – не найти в пыльных углах, не вымести с рассохшегося паркета. Расхождения в творческих приемах давным-давно приняты, как данность. У каждого своя стихия, своя вселенная. Негласное соглашение – не сводить осмысленные в сотворчестве отношения на банальный уровень любовников было единственно верным. Одновременно настигающие образы не вызывали ревности или удивления в многолетнем флирте двух художников, избегавших лирических отступлений. Вторая жена - антипод первой, повторила упреки и подозрения, угрозы. Слово в слово. Досадная глупость – состоять в браке, достаточно беречь друг друга, не осложняя ситуации.

Сигарета, скрытно выкуренная в застывшем саду, породила вселенского человека. Каждая веточка, осевшая под тяжестью пушистого снега, была резко очерчена, филигранная работа природы, поражала воображение. Из болтовни на морозце вырастал, почти в человеческий рост этот сюжет. Издали картина смотрелась, словно античная статуя в карандаше, и своей простотой не сразу привлекала зрителя. Творение следовало изучать с лупой, ибо эволюция человечества изображалась крохотными человечиками, занятыми своим трудом, охотой, войнами, любовью. Тимей прожил миллион нарисованных жизней за неполные четыре года. Он стал суровым, достигнув манившей вершины техничности. Необходимость простеньких работ на заказ досаждала. Алиса была отдыхом, усладой души…

Годы кропотливого труда, поиск исторической достоверности костюмов, причесок, орудий труда, погружение вглубь веков подарили шедевр - вселенского человека, никак не отмеченного на родине. Продали за валюту, и грустнее вечера не припомнить. Печаль расставания с детищем осталась в душе, но об отъезде не было и речи.

А лампадка продолжала коптить, прогорали пыль и масло на фитиле, вызывая кашель. Давно не зажигалась, давно не молилась. Под иконами фотография родителей, работы Тимея. Лучистые сияющие глаза, счастливые лица, руки спокойно отдыхают на коленях, папа красавец. Здесь им полтинник.

Родители, перекрестившись, чинно рассаживаясь к столу, нахваливали пирожки, огурчики, грибочки, жареную картошку, радовались колбаске с сыром, которую Але удалось прихватить без очереди. Они не надеялись на ее заботливость, лишь благоверный на каникулы затоваривал для сына полные сумки с мясом, маслом, творогом, колбасами и прочими деликатесами. Только в Москве водились эти продукты, по всей стране прилавки пустовали.

 От былого уклада кулацкого отродья осталась привычка к скатерти и свечам. Споры об искусстве – глупость, если не дано разобраться в красоте. Уже нет мастеров, работающих топором, как кистью. И действительно все в доме было сработано отцовскими руками – добротно, красиво, долговечно. Деревянная кровать не скрипела, была просторна и с уютным балдахином от комаров. За вечерним чаепитием папуля делился байкам из лагерной жизни, воспоминаниями о жизни до революции, что они слышали в детстве от своих бабушек. История семьи была туманной, запутанной, но сводилась к тому, что человек не может знать своих возможностей, не представляет, что может преодолеть, что не следует рисовать своим убогим умишком грядущие испытания, ибо все случится иначе, не надо бояться жизни. Она непредсказуема.

  По легенде папы прадед Орехта служил двадцать пять лет за веру, царя и Отечество и был Георгиевским кавалером, вернувшись, народил единственного деда Михаила, богатого на детей. По мужской линии все были балагурами, красавцами и долгожителями.

Прадеда забрали за анекдот, красочно описавшего дореволюционных петухов:

- Этакий Цезарь взлетит на плетень, едва не проломит его, громко хлопнет крыльями: «Слава царрррю!» А нынешние еле-еле взберутся, дрысь-дрысь крылышками и хрипят, как придушенные: «Эсь-эсь-эсь-эрь».

Наутро забрали прадеда. Деда раскулачить не получилось, двенадцать ртов было. «Золотого Георгия» искали, весь двор комсомольцы штыками истыкали, землю, царем дарованную, отрезали, да налогами обложили за единоличное хозяйство – курицу да собаку. А вот на вшей налога не было. Дети колхозников могли в школу ходить, там гороховой похлебкой кормили. Но дед был суров и взрослым детям запретил вступать в колхоз, кто успел – сбежали в Сибирь. Когда немец пришел, папаша забрал своих лошадей, коров (частникам поначалу отдавали), а колхозных угоняли. А в сорок втором и людей угонять стали, всю молодежь… сколько душ погибло на глазах… Сейчас разве есть проблемы? Живете, радуйтесь! А Орехта пережил-таки сухорукого параноика (Сталина), вернулся домой, рассказывал, что за свой язык еще не раз пострадал.

– Вот едем на открытой платформе по узкоколейке лес валить. Читаю в газете, что в Турции три тюрьмы построили. Ну вот, говорю, а у нас три платформы фанерой обить не могут, чтобы ветром не продувало рабочую силу. Десять дней кандея, минус сорок мороз. Думаю, ладно, нажился, так хоть отосплюсь, замерзну во сне, и прямо в рай. Уж так все надоело, что страх всякий потерял. Смех один, еле пинками разбудили на десятые сутки.

   Старики остерегались любой власти: чем моложе волк, тем зубы острее, этой демократией семь шкур с работяги драть будут. Маленькие, сухонькие, они всегда находили работу для рук, ума, просто удовольствия на радость близким. Жужжало веретено, мама пряла шерсть по старинке. Вязала теплые гольфы с неповторимым орнаментом, кружевные тончайшие платки, полотняные шторы, скатерти были расшиты мережкой, еще сохранились занавески, вышитые ришелье, девичье увлеченье.

  Менялись адреса, но первые детские воспоминания хранили свет свечи на подоконнике, мама читает вслух, отец отдыхает, закинув правую руку за голову на высокую подушку, на другой постели брат старается поглубже зарыться в одеяло и быстро засыпает, отпихивая сестренку. Отложив книгу («Фабрика смерти»), мама  включает радио для полуночников, гаснет свеча и только папироса папы мерцает в ночи, иллюстрируя рассуждения диктора: «Стоит ли зажигать звезду?»

Девяностые они восприняли без удивления и страха: что хрущевская оттепель, что горбачевская перестройка добра не сулит. С властью лучше не спорить, а держаться подальше от стада баранов, которых поведут на бойню, у безбожной власти правды не жди.

 Огонек свечи тонул в растаявшем воске. Тонул долго и неохотно, источая запах церкви и вновь взмывая сквозь длиннохвостый чад. Догоревший трепет светился синим, и наступила неожиданная тишина. Тишина способная перевернуть мир. Тишина, которой наслаждаются, наслаждаются в предвкушении… Тишина, обнажающая дно души. Проникновенная тишина вселенной скатывается с листа оттаявшей росинкой и, кажется, сейчас навеки сомкнутся объятья, и невысказанное нахлынет безумием девятого вала. Навзрыд. Взахлеб. Глаза горят и видят в темноте.

Мамуля включила свет. Вот и вечер. Тимей восхищен домом, семьей. Слова неуместны, все предопределено. Привычно зашуршал карандаш по бумаге, мамуля смущенно улыбалась вниманию, но не кокетничала. Кроткая, маленькая мамулечка не упрекнула дочь за неправедное поведение. Для родителей – рождение детей – чудо, награда за все пережитые скитания, смысл их выживания в нечеловеческих испытаниях, просто дар Божий. Остается только любоваться, помогать, оберегать.

- Милые мои, ненаглядные, - всхлипнула Алиса, - как мне не хватает вашей жизнестойкости. Нет, мы не ждали безоблачности, но к чему мы готовили себя? Это странно и слегка неуместно, когда все минуло, когда приветливый уют выстроен собственными руками, зрелость, умудренная опытом, старательно избегает пылких ошибок юности, обманувшей нас… «Колорит поблек», - холодно заметил бы Тимей, заново набирая палитру красок.

А может быть, это не холод, а обычная сосредоточенность. Алиса не любила разброд неоконченных дел, не укладывающихся в строгую последовательность, снижающую временные затраты на дела обязательные к исполнению. Когда-никогда, но надо разобрать архив, набросать рассказик о Тимее, раз уж сорвалось обещание с уст.

Комментарии

#68397 Автор: admin написано 10/16/2020 5:13:48 PM
Название заголовка это задумка автора или опечатка?
#68398 Автор: МилаЗах написано 10/17/2020 4:39:36 AM
Спасибо, досадная опечатка, исправила.

Добавить комментарий


Богиня в коммунальной квартире неплохо управлялась с почерневшим кофейником. Это был пузатенький мини самоварчик на литр воды с изящным крантиком, на четырех высоких S-образных изогнутых лапках. Под ними загорелась спиртовка на серебряном подносике на пуговках ножках. Гриз нажал педаль рукомойника, из медного чайничка полилась вода над такой же плошкой на подставке. Откуда у них эти старинные вещи? А, впрочем, удивляться нечему, внизу антикварный магазинчик на первом этаже дома.
Гриз собирался заняться расчетами температур известных огнеупорных материалов, не зная, сколько времени отнимет у него шустрый дедок. Дан с первого слова закричал, что срочно хочет знать о фантастической истории с консервированием объектов от ядерной войны и версией возгорания планеты, о чем Гриз обмолвился в комментарии о потоке лавы из дремавшего вулкана. Две тысячи градусов не шутка!
Все стучат кому не лень, Кто за чин, кто за кусок колбасы, За идею, и за так, И за ломаный пятак, Ну а хуже всех часы: Тук-тик-так…
Пришёл он, как-то, к старцу И с гордостью сказал: «Готов тебе признаться, Что я богатым стал! Помочь твои советы, Не смогут мне никак. Я – бог на этом свете! Ведь, всё в моих руках!»
Каждый раз когда налетала гроза, бабушка выключала электричество, завешивала тканью зеркала в доме, а они были в каждой комнате. Также форточки закрывала, окна зашторивала и начиналось время страшилок.
От неё она узнала о свахе-волшебнице, которая не просто мужа найдет, но ещё и мышление поправит, научит, как к себе относиться, чтобы энергетика женская изнутри светила.
Настоящие орлы на решку не ставят. С такими размышлениями я принял караул. Очередной поворот вокруг себя и вдруг силуэт на каменной стене забора.
Один мальчик очень любил красный цвет. Папа купил ему в магазине красную машинку и сказал: "Без меня не играй с этой игрушкой"
На самом деле есть множество планов по борьбе с астероидами: прикрепление тяжелых балластов, использование лазерных пушек, гравитационных буксиров и так далее. Уже есть действующие программы по защите планеты от астероидов.
Эта малышка Матильда, маленькая пищалка.
Кошки задремавшие по закуткам, спасаясь от уборки, оживились на запах масла. Первой прискакала Маруся, стуча пятками по ламинату, обнюхала мои ноги, пол, тапки, начала облизывать пальцы. Подтянулась истощенная беззубая Бася, оживилась толстушка Няша, заглядывая в глаза и катаясь на спине.
После ухода царь-кошки Милли Маруся стала старшей кошкой, сегодня она всем напомнила об этом.
Зимой контуры чужой жизни более отчётливы. Для путешественника — это бонус.
Задумывались ли вы когда-нибудь над тем, что может случиться с человеком, который оказывается в неизвестном для него мире? Мир, разрушенный войной — не самое дружелюбное место. Здесь повсюду окружают мутанты, бандиты и разрушенные здания.
Главный герой Соколов Антон, молодой ученый работает над фантастическим изобретением, которое уже много столетий не дает разным поколениям покоя, речь идет о «машине времени».
Философы говорят, что интуиция — это постижение вещей без необходимости обосновывать их доказательствами.
Значит, всё верно по Библии: у Бога все живы.
Один юноша спросил мудреца: как научиться определять людей которым можно доверять и тех, которым нельзя.
Проповедь без благодати – самое страшное, что может случиться с отшельником.
Ура! Полу снова выпала возможность поучаствовать в опасном и захватывающем приключении и показать себя. И вот Пол, с излишним весом и безоружный, но преданный своей профессии и идеалам полицейского дела, решается задержать преступников любой ценой...
Скоро вступит в свои права октябрь месяц, осталось совсем немного. Так вот, интересный факт, как раз по теме сегодняшней «битвы»: 8 октября в мире празднуют международный день зомби. Что, страшно стало? Да успокойтесь, вспомните лучше, в каких фильмах про зомби фигурируют русские?
Немного о том, как "управиться" хозяйке на кухне с помидорами.
Порой авторы очень красочно описывают то, что едят их герои, и делают это так, что действительно слюнки текут. И ведь из всей этой еды, которую возможно встретить в любимых рассказах, можно составить меню на банкет.
Посуда... Покупаешь однажды, а радуешься ежедневно! Магазин посуды - место, где ординарные предметы быта, которыми пользуются для приготовления, приёма и хранения пищи, трансформируются в сосуды, доверху наполненные предвкушением Праздника!
Люди, которые болтают даже после того, как хозяйка убрала со стола, раздражают многих, их сложно выпроводить домой.
Ты никогда не отмечала День космонавтики? Напрасно! Ведь каждый из нас частичка Космоса, и поэтому этот праздник очень важен!
10 февраля по традициям древних славян отмечают день именин Домового – доброго духа, ограждающего дом от нечисти и помогающего по хозяйству.
- Жаль... очень жаль, а я думал, что вы разбираетесь в монетах!
Даже не знаю, как сказать ему, что у меня нет сестры.
К сожалении магические способности Мерлина, не спасли его от обычных человеческих ошибок. Нимуэ, Владычица озера, не только соблазнила Мерлина, но и уговорила научить её волшебным заклинаниям.
Стоит ли снова и снова обращать внимание детей на сказки, приключенческие романы, интересные истории? Да, стоит. Британские физиологи утверждают: чем больше книжек прочел человек в детстве, тем выше уровень его интеллекта.
Советские дети все делали своими руками, впрочем, как и родители, все чинили сами. Для вдохновения требовалось, чтобы предки ушли из дома.
Никто так остро не ощущает жизнь, разлитую повсюду, как ощущает её художник. Он может общаться не только с предметами, но и с их душами, настроенными на дружественную волну. И получать от этого общения не меньшее удовольствие, чем от общения с людьми