В кабинете врача сидели брат и сестра. Это был понедельник, если кому-то есть до этого дело.
— Что ж, — протянул врач. — Пришли ваши анализы.
Брат не подал виду: не стал ёрзать на стуле и даже не моргнул.
— Как бы тяжело мне ни было говорить об этом, но у вас все признаки идиотизма.
Сестра схватила брата за руку и крепко сжала. Посмотрев на доктора глазами, полными страха, она спросила:
— М-может, это ошибка, доктор?
— Ошибок у нас быть не может. Тридцать лет здесь проработал и ни разу не допустил оплошности.
Через какое-то время брат всё же осмыслил сказанное и запротестовал. Он поднялся на ноги и начал хаотично расхаживать по кабинету площадью шестнадцать квадратных метров.
Взъерошенные волосы, попытка в стиль не увенчалась успехом. Огромный, словно бегемот, он пытался не упасть после каждого разворота. Через какое-то время он произнёс одно-единственное слово:
— Ладно.
После чего сел, откинулся на спинку и, сузив глаза, спросил:
— Как быть?
Доктор открыл тумбочку и вытащил оттуда чёрную упаковку таблеток.
— Экспериментальные препараты. Первоначально они разрабатывались для лошадей, но вам они уж точно не навредят.
— А вы уверены? — настороженно спросила сестра.
— Тридцать лет здесь проработал. Уверенность — моё второе имя!
Брат и сестра одновременно встали из-за стола, поклонились и, забрав таблетки, вышли в коридор.
***
На станции метро брат принял удручающую позу страдальца. По всем законам драмы он мечтал избавиться от недуга и поехать в Сочи, чтобы отдохнуть на пляже. Рыбу он не любил, поэтому надеялся, что на курорте подают свинину.
Поезд приехал, но брат так и не шевельнулся. У него не было права. Сестра ушла за билетами и велела ему оставаться на лавочке. Послушный как собачонка, он ждал возвращения своего единственного опекуна.
Когда сестра вернулась, у неё в руках оказалось: два билета, расчёска, три заколки, бутылка воды, бутылка лимонада, пять монет дореволюционной России и суперклей «Умница». Она клептоманка. Ей знаком зов, который так и тянет стащить что-то у неподозревающего прохожего.
***
В квартире было прохладно. Они забыли закрыть морозилку перед уходом. Он... то есть брат, захлопнул верхнюю дверцу холодильника и открыл нижнюю, чтобы стало чуть теплее.
Время работы!
Брат сел за компьютер, зашёл в калькулятор и стал считать, через сколько лет он наконец станет миллионером. Отличные мысли о будущем дополняли короткие видео с различным дегенеративным контентом.
Было двенадцать часов. По жанру это был обед. Чудный, скудный, в масле жареный пирожок без картошки. Брат сел за стол и вкусил...
— Как хорошо, — сказал он.
— Время пить таблетки, — сказала она.
Зелёные шайбы, без вкуса и запаха. Упаковка без описания. Или это была дислексия брата — кто знает. Только таблетка подлетела ко рту, как дверь в квартиру кто-то открыл.
Худой и недовольный. Парень с усами. На голове шляпа. Он завопил, чтобы брат немедленно бросил таблетку.
От страха одна шайба укатилась под холодильник. Сестра потребовала объяснений, но вместо них получила хлеб «Ромашка» и сыр полутвёрдый.
— Что вы творите?! Сколько можно? Вам уже пора проститься с вашими ролями! — кричал парень.
— Ролями? — уточнил брат.
— Я знал, что всё так и будет. Посмотрите: зрители уже давно разошлись.
Брат и сестра. Точнее, мужчина и женщина посмотрели на сцену. Там было пусто. Свет софитов давно прекратил своё свечение. Кухня, в которой они находились, вдруг показалась им серой и невзрачной. Мужчина и женщина поклонились, парень объявил антракт, и представление наконец прекратилось.
Уже в гримёрке, помещении, неловко расположенном на первом этаже бывшего продуктового магазина, мужчина, что до недавнего времени был братом-олигофреном, наконец опомнился, вспомнив, что у него есть жена и трое чудесных кошек.
Сестра, то бишь актриса, перенесла удар хуже. Играя в одной и той же постановке из года в год, она совсем позабыла о своей личности.
— И вовсе я не клептоманка! — закричала она на всё помещение.
(Кто-то украл звёздочки, но мы уже работаем над этим!)
— Вот такой сон, Паш.
Жирный хряк, курит сигару. Ноги положил на стол. СПЛОШНОЕ КЛИШЕ. Манер никаких. Фантазии тоже. Лишь рубашка от Prada позволяла отличить его от собственных коллег по цеху. Господин президент одного из отделов по производству консервных продуктов сидел за столом в своём просторном кабинете и делал всё что угодно, кроме работы. Вместо отчётов он надиктовывал текст для рассказа, который хотел отправить на литературный конкурс.
— Вы уверены, что это именно то, что вы хотите опубликовать?
— Прошу, не спорь со мной, — сказал он, бросив сигару Паше на голову. — Когда я пишу подобный бред, мне становится невыносимо хорошо. Я чувствую себя богом! Ведь мне подвластны судьбы этих дураков. Тех, что выдумал мой мозг.
Паша скинул тлеющий окурок с волос и проговорил:
— Прелестно, господин директор.
— И вообще, я тебе не за вопросы плачу.
Паша уныло кивнул, взялся за клавиатуру и принялся ждать следующего приказа. Но время шло, а начальник всё смотрел в одну точку, не в силах оторваться, и молчал. Затем он всё-таки решился и раздражённым голосом произнёс:
— Паш, амперсанд подбери, он меня нервирует.
&
Паша встал из-за стола: нагнулся, потянулся и чуть было не надорвался, поднимая знак с пола. Разогнувшись, он тут же почувствовал, как у него потемнело в глазах. Паша выкинул амперсанд в кучу со слэшами и посмотрел ВАМ в глаза.
— А вы чего тут подсматриваете? Шли бы по своим делам, что ли, раз делать нечего.
//////////////////////////&