Семен недолго наслаждался уединением в старой обшарпанной трешке, сотоварищи ушли в свои квартиры, власть в НИИ сменилась, но несколько иначе, никакого ремонта в семейном общежитии не предвиделось, вместо гастарбайтеров шуршали разведчики - мастера на все руки. Ваське не нашлось свободной отдельной квартиры, молодоженам пришлось довольствоваться дальней комнатой с балконом, а зал отвели для гостей.
Дверь открыл сам Александр Соломонович. Манил проникновенный женский голос, Виктор сразу повернул голову в сторону кухни, улыбнулся, словно растаял, но старик крепко сжал руку, глядя в упор, предупреждая: даже не думай! Но Виктор уже думал о незнакомке, окрутившей подъюбочника Ваську. Должно быть, удивительная женщина, если она согласилась сменить апартаменты профессорские первопрестольной на казенную обстановку.
Васька поставил на стол кастрюлю, от помощи отказался, пояснив, что там занято: жена сборник стихов начитывает для аудиокниги, зарабатывает таким способом, что можно и в тайге делать. Разведчики одобрительно кивнули, дожидаясь тарелок и ложек, наслаждаясь с закрытыми глазами ароматом борща. Семен показал коллегам большой палец вверх, как первый дегустатор кухни молодоженов. Академик традиционно извлек серебряные стопочки и фляжку коньяка из грудного кармана, начал разливать…
Трезвенники до тридцать восьмого колена после тридцати капель выпучили глаза, выдохнув, сразу вспомнили забытый арамейский язык.
- Твою мать, - прозвучало комплиментом хозяйке.
Они по-новому посмотрели на окружающих, приступивших к трапезе. Академик все еще держал глоток во рту, смакуя по привычке. Васька прочитал полученное сообщение, попросил говорить потише, восклицания испортили последнюю запись. Виктор большой сидел как засватанный, пытаясь уловить голос Васькиной супруги, шеф не сводил с него укоризненного взгляда. Голос стих, тень проскользила в свою комнату, щелкнул английский замок. Ему казалось, что он слышит ее дыхание, шелест страниц. Он с трудом понимал, что обсуждают коллеги. Все мелочи, детали, можно поступить так и эдак, суть не меняется, она чужая жена. И надо сотворить нечто сверхъестественное, дабы изменить существующее положение.
Дим-Димыч похлопал его по плечу, уже стемнело и следовало разъезжаться. Академик решил ехать в Москву с Виктором большим, в ответ он кивнул, они молча спустились по лестнице. Машина прогрелась, но водитель медлил, погрузившись в неосознанные переживания. Александр Соломонович сидел рядом и словно не замечал нелепого ступора, пока на первом этаже не открылось окно, и заспанная тетка облаяла их, что они уже задушили всех выхлопными газами.
- Да-да… едем, - очнулся Виктор, отъезжая с парковки у дома.
Академик выжидал, когда человек придет в себя, начнет воспринимать реальность. Если молодые приятели не обратили внимания на молчание инициатора собрания, бурно обсуждая тему перебазирования в глушь, в тайгу, в Сибирь, слушая только себя, то бывший шеф уже понял, что ему придется брать руководство на себя, и его управление будет жестким, иначе результата не будет, даже такого, каким его увидели гаврики через тысячу лет.
Рассеянные облачка наплывали на восходящую луну, туман волнами стелился по обочинам, на проселочной дороге лениво вспархивали перепелки в свете фар, нарушающих гармонию природы. Возможно, прав создатель, решивший убрать одну из тварей с лица земли. Надо ли противостоять самоуничтожению человечества? Или попробовать сохранить избранных, допустив к эликсиру долголетия, вопреки системе? Систему не переломить, дуракам не объяснить, а жизнь необъяснимо прекрасна. И даже наваждение, накатившее на Виктора, придает удивительный аромат неизвестности и некоторой закономерности в развитии событий. Академик продолжал анализировать различные варианты, интуитивно чувствуя, что он уже принял решение…
- Виктор, а я что-то не узнаю дорогу, давно бы пора выскочить на трассу…
- Да, мы не в Москву едем, я на автопилоте на дачу свернул. Мне-то завтра на работу, тут поближе получается. Да… Вас-то я и не спросил, п-простите! Вам очень нужно быть в городе? Оттуда электричкой тоже удобно добраться, а уж ночевать придется у бабули. Вы знакомы?
- Да, было дело, получил по морде – познакомились. Было бы за что?! Все аспиранты так женятся. Увидел, привел, женился. Что тут неправильно или непорядочно?! Ясен день, что мужчинам молоденькие нравятся. Я вот и внука выпер из квартиры, чтоб не мельтешила юбка, я ж человек живой, зачем искушаться, волноваться? Отвлекаться, наконец! Нам денег на обустройство станции-базы понадобится немало, надо на чем-то заработать, будучи в НИИ.
Виктор закашлялся, закурил, значит, нюх его не подвел, если он сразу на голос повелся и переключиться на реальность не может, стряхнуть очарование.
- Ангельский голосок, - вырвалось у него.
- Что ж ты хочешь… Актриса! Со всеми вытекающими последствиями. Не думай о ней! Не думай, что ты будешь счастливее, чем есть. Пора мыслить иными категориями.
- Мир спасать? А зачем он мне такой пустой и холодный?
- Зачем? За тем, чтобы спасать…