Вовка открыл двери мгновенно, как будто поджидал меня на пороге квартиры. — Сегодня ты ужинаешь легким салатом, — торжественно провозгласил супруг.
— Отлично, лишние килограммы на талии мне совершенно ни к чему, — согласно кивнула я, вешая куртку на крючок. — А почему?
— Потому что котлеты сожрали твои дорогие мальчики, — ехидно пояснил Вовка.
Котлеты в количестве четырех штук остались от вчерашнего ужина, и Вовке было строго запрещено их употребить на завтрак. Не потому что мне жалко для мужа лепешку из молотого мяса, а потому, что я знала: приду поздно и готовить что-нибудь будет некогда.
— Все? Да ладно... — не поверила мужу. Прошла в гостиную. Мои мальчики рядком лежали на диване. — Сима, это ты слопал котлеты?
Сима смотрел преданно и искренне. «Я? Сам? Четыре? Никогда!» — говорил его честный взгляд
— Фима? — брат Симы стыдливо опустил глаза в пол. Точнее, в плед, на котором троица возлежала.
— Все ясно, — вздохнула. — Круговая порука. Джон Доу, конечно же, не открывал холодильник и не доставал оттуда еду. Или она уже находилась на столе?
— Ты опять с ними разговариваешь? — сердито поинтересовался Вовка, возникая на пороге гостиной. — Аля, меня это начинает уже беспокоить.
— А меня беспокоит, что мой муж — зануда. И пытается убедить меня, что мальчики украли котлеты...
— Почему украли? — изумился Вовка. — Я сказал «сожрали». Они сидели вокруг меня за столом и смотрели такими голодными глазами, что кусок в горло не лез. И это после каши с обрезками мяса. Обжоры! У меня не оставалось выбора, пришлось с ними поделиться...
Я засмеялась. Расцеловала четыре носа. Сначала один мужской, потом два собачьих, потом один кошачий. Однажды промозглым весенним днем раздался звонок на мой мобильный. И хотя на экране высветилось имя «Аня», из трубки доносилось:
— Ы...ы...ы... такие маленькие... в коробочке... ы-ы-ы.
Анька рассказала, что они с мужем остановились пообедать на трассе. И нашли коробку с двумя щенками. Их явно выбросили. Утопить, видимо, рука не поднялась, а так... вроде и не убийство. Толик, муж подруги, брать щенков домой отказался наотрез. Я его понимала: пять собак в «двушке» — это перебор. Три у них уже имелись. Я сказала, что Аня может привезти найденышей, пристрою кому-нибудь.
В девять вечера коробка, в которой что-то возилось и попискивало, была у меня. Я открыла ее. Бархатные уши и сморщенные носики-кнопки. Это же бигли! Скорее всего, их мамаша незапланированно гульнула... Иначе я не могу представить, как можно выбросить такую собаку.
Моя судьба была решена. В доме и моем сердце прочно поселились Фима и Сима.
— Ты безнадежна, — махнула рукой мама. — Лучше бы ты парня себе завела. Останешься старой девой.
— Парни смотрят тебе в глаза и врут, — отрезала я. — А однажды ты приходишь домой и видишь, как твой любимый и
твоя подруга... в позе «это не то, о чем ты подумала». Собаки не могут лгать. И поэтому я предпочитаю собак.
В тот день я, как обычно, вела братьев на прогулку. На восьмом этаже лифт, заскрипев, остановился. В проеме двери нарисовался шкафоподобный парень. Он с трудом втиснулся в кабину, на пол водрузил большую спортивную сумку. Сима и Фима недовольно заворчали.
— Послушайте, — возмутилась я. — Вы не могли бы подождать? Тут и так тесно! А если лифт застрянет?
— С чего бы? — буркнул парень.
— Со старыми лифтами в старых домах такое иногда бывает...
«Хи-хи», — где-то сказала судьба, и нажала кнопку остановки. Лифт обреченно крякнул и замер. Свет погас.
— Накаркала! Вот кто тебя за язык тянул? — зарычал парень в темноте.
— А кто тебя просил лезть в полную кабину? Да еще с багажом...
— Нифига не полную! Она на пять человек рассчитана.
— А у меня две собаки!
И тут Фима и Сима в два трубных гласа затрубили: «Ой, как темно и страшно!» И в ответ вдруг раздался значительно более страшный вой.
— Кто там у вас? — спросила я шепотом. — Дракон-недоросток?
— Джон Доу, — так же шепотом ответил парень. — Кот. Ему всего год. Он не любит замкнутые пространства и закрытые двери. Я уезжаю в командировку на три месяца. Друг обещал присмотреть, но передумал. Вернее, его жена против. Ума не приложу, что теперь делать...
— А почему Джон Доу?
— Ну... безродный. Как в том кино. Я его на помойке нашел. Назад на помойку отнести, что ли?! Вот зар-р-раза!
— Тогда у меня Фима и Сима Доу. Их тоже нашли. А знаете что... Давайте мы за вашим котом присмотрим. Втроем. Я парням объясню, что Джону негде жить. Они поймут.
— Каким парням? Собакам?
— Да, им. А что вас удивляет?
Братья сразу приняли Джона Доу в семью. Ведь он может влезть на буфет, куда им не запрыгнуть, и достать оттуда что-нибудь вкусненькое — от них припрятанное. Например, пачку печенья. А потом троица смотрит на меня честными глазами: «Это не мы!»
Когда через три месяца мой новый знакомый вернулся, Джон отказался покидать братьев. Пришлось Вове приходить к нам почаще. А потом и вовсе переселиться... в качестве моего мужа.
Однако с тем, что я разговариваю с «мальчиками» и понимаю, что они мне отвечают, Вовка не может смириться до сих пор.