В октябре этого года рыбацкий городок на датской Ривьере вспоминает один из величайших коллективных актов сопротивления Второй мировой войны: его роль в бегстве и спасении датских евреев.
На Датской Ривьере, расположенной вдоль побережья в часе езды к северу от Копенгагена, уже наступила осень. В городке Гиллелайе (Gilleleje) в садах, расположенных возле соломенных домиков, стоят яблони с тяжёлыми плодами, а в дюнах, обрамляющих длинный песчаный пляж, цветут розовые розы.
На набережной рядом с гаванью, заполненной прогулочными катерами, туристы едят рыбу и чипсы, а чуть менее чем в 10 морских милях от них, в спокойном синем море, на горизонте виднеется побережье Швеции.
Это идиллическая скандинавская картина, но она не всегда была такой мирной. Восемьдесят лет назад, в октябре 1943 года, этот участок воды представлял собой путь к спасению для датских евреев. Если бы им не удалось переправиться по воде из оккупированной Дании в нейтральную Швецию, им грозила депортация и возможная смерть в концентрационных лагерях Европы.
Благодаря храбрости датского народа, в частности рыбаков и жителей Гиллелайе и других населённых пунктов Датской Ривьеры, 7 056 датских евреев из общего числа 7 800 человек были вывезены под покровом ночи в Швецию и обрели свободу. Это событие считается одним из величайших актов коллективного сопротивления во время Второй мировой войны. Этот акт сопротивления начался через три с половиной года после немецкой оккупации Дании.
В октябре этого года в Гиллелайе будет открыт новый памятник в честь 80-летней годовщины, а новая выставка в Музее еврейского наследия в Нью-Йорке под названием «Мужество действовать: Спасение в Дании» знакомит широкую общественность с этой историей.
Фото: bbc.com
«Летом 1943 года дела в Германии шли не очень хорошо», - объясняет Лиза Томлинсон, местный гид, которая показывает исторические места города с помощью шести мемориальных досок, начиная со скромного железнодорожного вокзала. «Датское Сопротивление становилось всё смелее, и в августе по всей стране начались забастовки и саботаж. Гитлер решил преподать датчанам урок и приказал провести в сентябре облаву на датских евреев, которая должна была состояться в начале октября».
Возле рыбацких домиков и городской церкви есть магазин, некогда принадлежавший драпировщику, который вывесил антигерманские плакаты в поддержку КАФ (Фракция Красной армии). Поначалу датское правительство сотрудничало с немецким режимом, объясняет Томлинсон, но через три с половиной года с них было достаточно.
В конце сентября 1943 года политикам и раввинам передали, что датские евреи должны бежать, причём быстро: нацисты должны были устроить облаву в ночь с 1 на 2 октября. Самым безопасным маршрутом было сесть на поезд до Гиллелайе и найти проход через пролив Эресунн в Швецию.
В 1943 году Гиллелайе был рыбацким городком с населением около 1700 человек, где все друг друга знали. Немецкие солдаты были расквартированы в близлежащей гостинице, их можно было увидеть на улицах города и в районе гавани. Кроме того, местные жители были начеку, ожидая внезапных визитов гестапо, дислоцированного на побережье в Хельсингёре.
Они знали, какому риску подвергаются, но всё равно объединяли свои усилия, встречая бегущих евреев на остановках поездов и укрывая их до наступления ночи, когда они могли сесть в лодки и отправиться в опасное двухчасовое путешествие по штормовому морю в Хёганес и другие города шведского побережья.
«Было кое-что, чего Гитлер совершенно не понимал», - говорит Сорен Франдсен, автор новой книги «Путь к свободе», посвящённой событиям октября 1943 года. «Это было так: хотя они и были евреями, они также были датчанами. Конечно, они помогли бы друг другу в кризисной ситуации».
Обязанность помогать другим, оказавшимся в беде, была особенно укоренена в религиозной рыбацкой общине Гиллелайе.
Непоколебимые и не чуждые опасности, они врождённо знали, как важно работать вместе, создавать социальные связи и объединяться для оказания помощи. Отношение рыбаков в целом было таким: «Мы помогаем всем, кто в этом нуждается», - говорит Франдсен.
Под руководством драпировщика жители города быстро мобилизовались, нашли убежища, снабдили спрятавшихся людей едой и одеялами, а также собрали деньги для помощи тем, кто не мог оплатить дорогу. Среди них была и Тове Удшольт, которой в то время было всего три года и которая приехала в Гиллелайе с матерью и маленькой сумкой, наполненной одеждой, и с плюшевым мишкой. Её мать потратила последние деньги на проезд в поезде до Гиллелайе, купив обратный билет, чтобы избежать подозрений.
Фото: bbc.com
«Это были единственные деньги, которые были у моей мамы, - говорит Удшольт, которой сейчас 83 года. Она надеялась, что люди помогут. Вот так всё и случилось».
Удшольт - одна из немногих оставшихся в живых людей, живших во время датского сопротивления, которая регулярно проводит беседы и экскурсии о своих впечатлениях. Вместе с матерью и несколькими другими людьми им помогли спрятаться на чердаке для сена на улице Ostergade, всего в паре улиц от церкви.
«Немцы всё время патрулировали, - рассказывает она, - а я много говорила. Было опасно. Один рыбак, Свенд, пришёл с едой и одеялами, увидел меня и спросил маму, могу ли я пойти с ним домой. Она сказала, что да, но что он должен вернуть меня обратно».
Удшольт пошла играть с рыбаком и его женой в их дом на соседней улице, а её мама укрывалась на чердаке для сена, пока не наступила ночь и условия не стали достаточно благоприятными для отплытия в Швецию. Пока они прятались, гестаповцы узнали о группе из примерно 80-90 евреев, скрывавшихся на чердаке церкви, и немедленно арестовали их, депортировав в лагерь Терезиенштадт в Чехословакии.
Стоя на нынешнем чердаке церкви с голыми досками и крошечными окнами, из которых открывается вид на гавань, Удшольт легко представить, какую панику и страх испытывала группа.
Фото: bbc.com
Сразу после того, как они услышали новость об аресте этой группы людей, расположенной на соседней улице, группа Удшольт получила сообщение о том, что они должны немедленно уехать.
«У моей матери была всего секунда, чтобы принять решение, - говорит Удшольт. Она слышала, что если у рыбаков дети плачут или разговаривают на борту, то с ними может случиться самое худшее. Она сказала Свенду, что он и его жена могут взять меня на время до конца войны, но потом она вернётся и заберёт меня».
Остаток войны Удшольт провела в Гиллелайе, как один из 135 еврейских детей, спрятанных в Дании и укрытых от немецких солдат местными жителями с большим риском для себя. Она помнит, как смотрела поверх воды на огни Швеции, где находилась её мать, но после войны воссоединение было практически невозможным. В итоге она осталась жить в приёмной семье в маленьком прибрежном городке.
Фото: bbc.com
Подобные акты мужества происходили по всему побережью в течение октября 1943 года. В городе Ниво около 600 датских евреев спрятались в большой печи кирпичного завода, а затем под покровом ночи бежали через открытые болота к ожидавшим их лодкам.
Йорген Бертельсен - волонтёр-экскурсовод, регулярно проводящий школьные экскурсии по этой печи. Он говорит: «В наши дни есть много мест, где людям приходится спасаться бегством. Важно рассказывать об этом детям, чтобы они с большим сочувствием относились к людям, вынужденным бежать. Это происходило не только в Африке: это происходило и здесь. И мы должны помнить о добровольцах, которые рисковали своей жизнью, чтобы помочь».
Для Удшольт это не просто история о военном времени, а прославление доброго отношения к нуждающимся людям. «Я думаю, что Гиллелайе должен гордиться тем, что такой маленький городок добился столь многого, - говорит она. Не то чтобы людей надо благодарить за то, что они ведут себя по-человечески, - но мы должны гордиться этим духом. Вот почему так важно открывать двери для украинцев и других людей, бегущих от войны».