С утра мы с Колькой, как люди, хотели поход с магазина начать. Благо дело, от Серёжкиной получки семьсот пятьдесят рублей оставалось.
У Серёжки, однако, что-то в голове перевернулось. Виноваты, говорит, мы перед Богом и за деда, и за Генриха, и сами по себе. В церковь надо идти.
Вошли.
Серёжка свечки купил, в медный ящик на колонне бумажки положил. У иконы Богоматери двадцать рублей оставил.
Вместе помолились, вышли.
Потянулись втроём к магазину. А Серёжка виновато так в сторону норовит ускользнуть.
Колька ему:
— Ты что?
Отвечает:
- Деньги есть у вас?
Колька удивился:
- Мы же не работаем. Откуда?
- Я, — говорит Серёжка, — все денежки Богу отдал.
- На пиво что-нибудь осталось? — поинтересовался я, ещё надеясь.
- Пусто,— отвечает. — Нет.
Голову потупил и поясняет:
- Я грешен и потому, как евангельская вдова*, больше всех решил положить на Божьи нужды.
Колька:
- Как же ему церковники голову запудрили! До получки у него больше десяти дней, а он — всё в храм!
Было я, также хотел в этот момент слово вставить, но смотрю — лицо у Серёжки неземное-благостное.
- Вот, — говорю, — раз больше всех оставил Богу, то в церкви установят памятную табличку и веками поминать будут.
------------------------------------------------------
*(Евангелие от Луки, 21, 2-4).