Еще до рассвета, проводив отряд, Кондр вместе с матросом Гроном отправились в порт Данеша. Ехали молча. Ирин видел, что Грону неуютно с защитником королевства. Тому же хотелось расспросить матроса о капитане Абдо. Странно, но Кондру казалось знакомым это имя. Порывшись в памяти, он не мог вспомнить ни одного дела, связанного с этим человеком. Несмотря на это, отделаться от ощущения знакомства с капитаном Абдо было невозможно.
— Давно ты матрос у капитана Абдо?
— Два года. С самого набора команды.
— Значит, он недавно ходит в море.
— Нет, уже давно. Начинал старшим помощником у другого капитана.
— Ушел от него и сам стал капитаном.
— Не совсем так, — поправил Грон. — Того капитана сослали в рудник, а команда не захотела старшего помощника в капитаны. Абдо пришлось уйти и набрать новую команду.
— Как звали того капитана? — Кондр был уверен в близком знакомстве с сосланным в рудник.
— Лайд, кажется.
Голову скрутило, словно обручем. Боль нахлынула такой силы, что Ирин остановил лошадь и приложил руки к вискам. Нет, лучше не напрягаться. По крайней мере, не сейчас.
— Что с Вами, Кондр? — испугался Грон. — Вам плохо?
— Сейчас все пройдет, — Кондр опустил руки, сделал несколько глубоких вдохов.
— Может, стоит передохнуть несколько минут?
— Тогда есть вероятность опоздать на корабль. Сомневаюсь, что капитан станет ждать одного матроса.
— Работу терять совсем не хочется, — согласился Грон. — Да и опаздание просто так не простительно.
— Суровый капитан?
— Вовсе нет, но дисциплину соблюдает.
— Тогда поспешим. Не хочу стать причиной твоего взыскания. Кстати, какое оно?
— Удар плетью за минуту опоздания.
— Серьезно.
Кондр тронулся. Ему стало лучше. Боль проходила.
— У других еще хуже бывает.
— Думаешь?
— Знаю по опыту, потому что был на другом корабле. Не понравились правила. Почему его величество не возьмет управление всеми кораблями, а не только военными?
— Никогда об этом не спрашивал короля Гарнета. Капитаны торговых кораблей неплохо справляются и без присмотра. Лишь бы исправно платили налоги. Дело же дисциплины на судах для государства не важно.
— Капитаны чувствуют себя порой хозяевами матросов, могут делать с ними все, что хотят.
— Ты преувеличиваешь. Законы соблюдаются всеми без исключения. Каждый вправе пожаловаться на совершающего противоправные действия.
— Так-то оно на бумаге написано, — согласился Грон. — Только матросу, жалующемуся на одного капитана, уже ни на одном корабле места не найдется.
— Это тоже знаешь по опыту?
— Да.
Кондру нечего было возразить. Он и сам отлично знал сложившуюся ситуацию. Как на земле правит король, так в море правит капитан. Захочет наказать смертью — никто не остановит. Потом докажи, что не должен был казнить. Команда просто уйдет от такого капитана, а рассказывать ни о чем никому не станет. Хоть сколько угодно вразумляй и пытай. Им же еще в море ходить и ходить. Выходит, у капитанов негласная защита.
Впереди послышались звуки приближающейся кареты. Вскоре показалась и она сама.
— Это же карета ее высочества, — первым разглядел четверку вороных Грон.
Всадники съехали немедленно с дороги и спешились. Карета могла промчаться мимо, а могла остановиться.
Ее высочество предпочла второе. Поравнявшись с путниками, карета встала. Сопровождал принцессу отряд воинов. Один из них, ехавший сбоку, открыл дверцу.
Кондр с Гроном опустились на левые колена и устремили глаза в землю.
— Встаньте оба, — приказала принцесса.
Мужчины поднялись.
Принцесса не показывалась, сидя в глубине кареты.
Год назад ее высочество прибыла в Шерданшар из соседнего королевства в качестве невесты короля Гарнета. С тех пор ее мало кто видел. На балах она не появлялась и на торжествах не присутствовала. По древнему обычаю Шерданшара невеста появляется перед всеми подданными только став королевой. Лишь немногочисленные слуги и сам будущий супруг имеют право видеть принцессу. Никто не знал даже имени ее высочества. Любопытных и говорящих о принцессе посторонним ждет смертная казнь.
— Кажется, Вы Кондр Ирин?
— Да, ваше высочество.
— Что Вы здесь делаете? Его величество послал Вас в другом направлении.
— Совершенно правильно, но обстоятельства изменились. Необходимо отплыть на остров Лагрель. Я уведомил обо всем в письме к его величеству.
— Письмо везет целый отряд. Вы не взяли с собой ни одного воина.
— Не вижу в этом необходимости, ваше высочество. Воины нужнее в столице. Совсем близко от Данеша сгорело поле.
— Его величеству уже известно об известно. Сомневаюсь, что он одобрит Ваше самовольное отплытие. Советую Вам вернуться.
— Мне придется ослушаться Вашего совета, — проговорил Кондр. — Дело не терпит отлагательства.
— Кто же Вас защитит в случае необходимости?
— Этот матрос.
— Один?
— Я полагаюсь только на себя, ваше высочество.
— Ты сможешь защитить господина защитника королевства, — обратилась принцесса к Грону.
— Моя жизнь принадлежит господину, ваше величество, — произнес Грон.
— Очень хорошо, потому что иначе ты лишишься ее, если вернешься один. Закрывай.
Воин закрыл дверцу, и карета тронулась.
Капитан Абдо побледнел, увидев защитника королевства в сопровождении своего матроса. От Кондра не укрылось возникшее на лице смятение чувств: от нахлынувшей паники до некоего раскаяния. Узнав же о намерении Ирина быть пассажиром до острова Лагрель, капитан расслабился и выразил полную готовность выполнить приказ.
— Просьбу, — поправил его Кондр. — Вы ведь плывете мимо Лагреля?
— Как скажете, господин защитник королевства, — согласился капитан, — просьбу так просьбу. Не мимо, а будет остановка на самом острове.
Кондр снова сказал, что не нужно обращаться официально. Он хотел узнать причину паники капитана, но решил дождаться более подходящего момента. Ирин счел нужным заступиться за Грона, который все-таки опоздал на целых пятнадцать минут.
— Простите, Кондр, но позвольте мне распоряжаться на корабле.
— Не хочу препятствовать Вашему законному праву, но ввиде исключения могу попросить о снисхождении. Нас задержала ее высочество. Не видели ее в порту?
— В порту? Ее высочество? — удивился капитан. — Нет, не видел королевской кареты, да и не слышал о ее нахождении. Подобная новость мигом бы разнеслась по порту.
— Да, согласен. Тогда куда ездила ее высочество?
— Не могу ответить на Ваш вопрос, Кондр, — капитан Абдо развел руками.
— Нет, я себе задаю вопрос, а не Вам.
— Иди, Грон, приступай к своим обязанностям.
Грон ушел.
— Спасибо, капитан, — поблагодарил Кондр.
— За что?
— Вы выполнили мою просьбу относительно матроса.
— Вовсе нет.
— Но он же ушел?
— Во время отплытия нет времени. Это всего лишь отсрочка на несколько часов.
— К чему подобная суровость?
— Дисциплина прежде всего. Каждый матрос в команде знает, что его ждет за какой-то проступок. Никто еще от меня не ушел.
— Так учил Вас прежний капитан? — поинтересовался Кондр. Ему очень хотелось услышать имя капитана, сосланного в рудник.
— Он был самым лучшим капитаном, которого я знал, — вздохнул капитан Абдо.
— Почему же тогда он там, в руднике, а не здесь, на капитанском мостике?
— Жизнь не всегда приносит хорошее даже хорошим людям. Могу я попросить Вас узнать о нем?
— Конечно. Как его зовут?
— Лайд.
Боль вспыхнула с новой силой. Кондр схватился за голову и застонал.
— Вам плохо? — испугался капитан Абдо. — Давайте я отведу Вас в каюту.
— Да, спасибо.
После недолгого отдыха Кондр вышел на палубу. Берега уже не было видно. Кругом расстилалось море. Посмотрев на водную гладь, Ирин снова старался вспоминать прошлое, но сильная головная боль препятствовала занятию. От скуки Кондр наблюдал за работой матросов. Порой ему казалось, что и ему хорошо известны все работы на корабле. Он мог бы также легко вскарабкаться по вантам вслед за матросом либо натянуть любой из парусов. Кондр усмехался. Не мог же защитник королевства быть в прошлом матросом. Ирин несколько раз смотрел на капитана, отмечая, что и тот смотрит на него. Как только взгляды встречались, капитан отворачивался. Капитан как будто опасался защитника королевства. Кондр боролся с желанием немедленно подойти и расспросить капитана о его странном поведении. Однако он видел, что Абдо еще слишком занят.
Ночью Кондру снова приснилось то ли событие из прошлого, то ли фантазия, связанная с отплытием на корабле. На этот раз Ирин был матросом. Он стоял в окружении всей команды. Абдо — помощник капитана спрашивал у него про нападение на себя. Кондр не мог объяснить причину. Не должен был говорить, кто он на самом деле и что делает на корабле в качестве юнги. Кондр стоял и молчал, хотя ему грозила смерть за подобный поступок. Заговорил капитан. Лица его Кондр не видел и имени не помнил. Капитан сказал, что за подобный проступок полагается смерть. Абдо неожиданно встал на сторону виновного, но сказал, что преступление не должно оставаться безнаказанным. Капитану ничего не оставалось делать, как дать согласие на меньшее наказание. Кондр был благодарен ему за это.
— Что ж, Кондр, он прав. Тебя все же следует наказать, а то команда обидится. Ты ведь сам видел, какие у нас жесткие правила.
Команда молча смотрела на происходящее, ни подтверждая и не опровергая мнения капитана о ней.
— Все правильно, капитан.
Кондр проснулся от отсутствия качки. Он не мог понять ее причину. Лагрель является ближайшим островом, до которого плыть трое суток при благоприятном ветре. Рифов в этой части моря тоже не наблюдалось. Остается полный штиль. Однако, еще совсем недавно ветер дул сильный.
Встав и одевшись, Кондр вышел на палубу и обомлел от увиденного. Корабль окружал плотный туман. Паруса висели, лишившись ветра. Вся команда завороженно смотрела на окружающее.
Ирин поднялся на капитанский мостик. Капитан находился в том же удивленном состоянии.
— Что это, капитан?
— Сам бы хотел узнать.
— Раньше подобное происходило?
— Признаться, Кондр, ни от кого даже не слышал о таких вещах.
— Давно началось?
— Меня разбудил помощник около часа назад.
— Что предшествовало туману? — продолжал расспрашивать Кондр.
— Помощник уверяет, что ничего странного не происходило. Туман упал сверху, перекрыл ветер и остановил корабль.
— Ясно.
— Неясно, сколько времени пробудем в тумане, можно ли его убрать?
— На корабле есть маг?
— У меня нет средств на подобную роскошь, — проворчал капитан. — К тому же на то не было никаких оснований.
— Остается ждать.
— Что ж, по крайней мере, ничто не мешает выспаться. Вы ведь спали?
— Да, меня разбудила остановка корабля.
Абдо выразительно посмотрел на своего собеседника.
— Вы очень хотите спать? — спросил Кондр, решивший воспользоваться внезапной задержкой.
— Нет, а что? — капитан снова напрягся, как во время встречи.
— Мне необходимо поговорить.
— Обязательно сейчас?
— Желательно.
— Идемте в Вашу каюту.
Мужчины расположились у Кондра. Абдо заметно нервничал.
— Почему Вы боитесь меня? — задал прямой вопрос Ирин. — Вы растерялись, как только меня увидели.
— От Вас, Кондр, ничего не скроешь, — через силу улыбнулся капитан.
— У Вас есть что скрывать от закона?
— Нет, перед законом я чист.
— Тогда лично от меня?
Лицо капитана вытянулось от удивления.
— При встрече я решил, что Вы идете за мной, но Вы были только в сопровождении моего матроса. Потом Вы сделали вид, что незнакомы со мной. Я подыграл Вам. Теперь этот непонятный разговор. Что происходит, господин защитник королевства? — капитан перешел на официальный тон.
Кондр закрыл глаза и задумался. Стоит ли открываться незнакомому человеку или стоит прервать начатый разговор. С другой стороны, он же сам начал этот разговор, а правда не может никому повредить.
— Мне с недавнего времени начали снится странные сны, — сказал Ирин.
— В каком смысле? — капитан заинтересовался по-настоящему.
— Я узнал причину Вашего беспокойства. Она мне приснилась сегодняшней ночью.
Глаза Абдо округлились.
— Вы хотите сказать, что не притворялись при нашей встрече?
— Нисколько, капитан, — подтвердил Кондр. — Я действительно Вас не помню, как и многое из своей жизни. Ни капитана Лайда. Вы же у него были помощником?
— Именно.
— Я пришел на корабль в качестве юнги. Между нами что-то произошло, за что Вы били меня плетью.
— На острове Вы пытались ударить меня большой веткой. Я смог защититься и ударил в ответ. Отнес на корабль. Тогда Вы сказали, что вовсе не хотели убивать.
Кондр сжал виски. Голова снова раскалывалась от боли. На этот раз он решил идти до конца.
Абдо видел мучения Ирина, но ничем не мог помочь.
— Совершенно ничего не помню, — сказал Кондр, опуская руки. Настойчивость как будто уменьшила боль. — Во сне капитан Лайд хотел казнить меня, но Вы заступились.
— Так оно и было.
— Что было потом?
— На следующий день девушка, притворявшаяся юнгой вместе с Вами, украла вещь у капитана. Лайд заперся с вами обоими в каюте, но вы упорно молчали.
— Какую вещь? Что за девушка?
— Ни на один из двух вопросов не в силах ответить. Простите, Кондр.
— Дальше.
— Капитан позвал меня, велел отвести ее в мою каюту, сделав вид о распоряжении наказать девушку.
— Тогда оно не помогло, — догадался Ирин. — Я продолжал молчать.
— Верно.
Кондр вздохнул.
— Я надеялся на Вашу помощь, но вопросов все еще больше, чем вопросов.
— Мне искренне жаль, Кондр.
— Вы ни в чем не виноваты, капитан. Мое молчание было необходимостью. Не могли же Вы заставить меня говорить силой.
— Да, не мог. Как такое возможно? Потеря памяти. Давно с Вами такое?
— Два года. Все произошедшее ранее закрыто.
— Как же Вы живете без прошлого? Не помнить родителей, где ты жил.
— Я жил в Шерданшаре.
— Сомневаюсь.
— Почему?
— Вы сели на корабль в Ассуаре. Я сразу понял, что Вы родом из того королевства.
Кондр резко встал.
— Что Вы имеете в виду?
— Только сказанное и ничего больше.
— Защитником королевства может стать только житель этого королевства. Закон никогда не нарушался.
— Мне это известно, Кондр.
— Вы обвиняете его величество в нарушении закона?
— Как я могу обвинять его величество? — встал капитан Абдо. — Успокойтесь, Кондр. Я всего лишь высказал предположение относительно Вашего места жительства в тот момент, когда мы встретились в первый раз. Вы же могли быть в Ассасуаре по заданию короля Сатлан-Даша?
— Кого? — не понял Кондр.
— Вы и этого не помните?
— Разве два года назад правил другой король? — с удивлением спросил Ирин.
— Да, Кондр. Он в один день непонятным образом исчез, и появился король Гарнет, назвавшийся его сыном. Не все приняли его сторону. После празднования была публичная казнь. Нескольких недовольных устранили. Остальные замолчали.
— Значит, случился переворот?
— Можно и так сказать, — согласился Абдо. — Кстати, тогда капитан Лайд и был среди прочих казнимых. Король Гарнет заменил казнь ссылкой на рудник.
Кондр прошелся по каюте. Множество вопросов появилось одновременно. Однако, память упорно молчала. Странное совпадение между восшествием на престол короля Гарнета и провалом в памяти. Если рассуждать логически, то его величеству известно о прошлом Кондра. Неспроста ведь его величество никуда не отпускал защитника королевства из столицы, хотя прочие постоянно ездили по всему Шерданшару. Видимо, боялся встречи Кондра с людьми из прошлого. Недаром боялся. Встречи произошли, прошлое начало проявляться во снах. Пока что во снах. Необходимо срочно расшевелить память. При чем любым способом.
— Помогите мне, капитан, — Кондр встал напротив Абдо.
— Конечно. Все, что смогу, для Вас сделаю.
— Избейте меня плетью, как тогда.
— Что?! — изумился Абдо, делая шаг назад. — Подобное совершенно невозможно.
— Отчего же? Мне необходимо хоть что-то вспомнить. Видите мое положение?
— Вижу и понимаю стремление, но должен быть другой способ.
— Можете подсказать?
— Сны.
— Снов недостаточно. Они настолько мало дают информации. Реальное событие может дать гораздо больше.
Капитан видел желание Кондра и сдался.
— Хорошо, схожу за плетью.
— Вы хотите сделать здесь?
— Естественно, где же еще? — Абдо понял намек Ирина, но это было неприемлемо.
— Там, где всех, у мачты.
— Господин Ирин, это невозможно ни при каких обстоятельствах. Вы же понимаете?
— Пожалуй, Вы правы, капитан, — вздохнул защитник королевства. — Мне очень хочется все вспомнить.
— Прекрасно Вас понимаю, но не будем нарушать законы Шерданшара.
— Да, конечно, — с сожалением согласился Кондр. — Вы можете идти, капитан.
— Доброй ночи, Кондр.
— Доброй ночи. Ночь ли сейчас еще?
— Скоро рассвет. Надеюсь, солнце рассеет туман.
К большому сожалению всех плывущих на корабле, туман с рассветом не исчез. Сквозь него мутным шаром виднелось солнце. Команда отдыхала, наслаждаясь неожиданным штилем. Следующий день не принес никаких перемен. Тот же туман плотной стеной окружал корабль. Он стал гуще, потому что солнца уже не было видно. Ощущалась нехватка воздуха, словно туман задерживал не только ветер, но и его.
Кондр провел эти два дня, пытаясь вспомнить прошлое. С капитаном о своем желании он больше не заговаривал, понимая нежелание Абдо оказывать подобную услугу. Еще Ирин анализировал последние два года, вспоминал отношение людей к себе. Теперь он припоминал то удивление, с которым некоторые защитники королевства смотрели на него. Ирин казался им как будто новеньким, пришедшим только что. Тогда как король Гарнет относился к нему, как к лучшему среди всех. Сам же Кондр чувствовал некую неспособность к столь высокому месту. Он приписывал это потере памяти. Сейчас же все видится иначе. Вовсе не потеря памяти, а какое-то событие изменило жизнь Кондра Ирина. Обо всем знает только его величество. Пока что разговор с ним невозможен.
Отдохнувшие матросы начали шептаться. Из уст в уста передавались забытые легенды об исчезнувших кораблях. Вспоминались и монстры, живущие в морских глубинах. Никто не мог больше спокойно смотреть на туман. Паника нарастала. Многие начали прощаться друг с другом.
Последнего капитан Абдо позволить никак не мог. Подобные настроения следовало пресечь и, если понадобится, сурово. Если ничего не предпринять немедленно, некоторые матросы могут совершить самоубийство. Как же он потом объяснит свое бездействие родным.
Капитан собрал команду.
— Ребята! — громким и уверенным голосом заговорил капитан Абдо. — Мы много исходили на этом судне вместе с вами. Бывали в таких грозных штормах и затяжных штилях, из которых нелегко выйти. Везде вы показывали мне пример мужества и необыкновенного спокойствия. Что же стало с вами теперь? Где моя отважная команда?
Капитан окинул взглядом лица людей.
— Капитан, Вы говорите верно, — проговорил рыжий матрос. — Только об одном молчите.
— О чем же я не упомянул, Жэх?
— Перечисленное Вами является нормальными явлениями природы. Туман же явно магического происхождения. Как же его не боятся?
— Да, может быть, ты и прав. Однако, я не вижу никаких морских чудовищ, угрожающих нашей жизни.
— Не монстры, так недостаток воздуха нас точно убьет, — откликнулся Грон.
— Пока что дышать можно свободно.
— На сколько же дней хватит воздуха, капитан? Что будем делать потом? — спросил третий матрос высокого роста и широкий в плечах.
— Я пока что не могу ответить на этот вопрос, — признался капитан.
— Зато у меня есть предложение, — сказал Грон.
— Говори.
— Вспомним древний обычай, принятый на любом корабле. Необходима жертва — дар морю. Вы, капитан, выберете одного из команды.
Матросы заволновались. Подобного приношения не делалось несколько столетий. В те времена для этого имелись на кораблях люди из приговоренных к казни. Если судно благополучно возвращалось домой, то преступник получал помилование.
— Тебе известно, что закон запретил этот страшный обычай.
— Известно, капитан.
— Так зачем же говорить о нем?
— Везде существуют исключения.
— Забыл, кого мы имеем пассажиром? Что скажет господин защитник королевства? — при всех капитан не смел называть Кондра только по имени.
— Я категорически против подобного метода, — сказал стоящий рядом с капитаном Ирин. — Меня не меньше вашего тревожит задержка, но стоит еще подождать.
— Я согласен, — поддержал Абдо.
Ночной сон Кондра снова был связан с прошлой жизнью. На этот раз он был приятным для самого Ирина.
Младший страж закона Кондр Ирин получал поздравление от начальника Валейро Сорано
— Удивил ты меня, Кондр. Раскрыл пропащее дело. Как же тебе удалось?
— Все благодаря Вашему направлению меня в дом Рошнега. Иначе не собрать фактов, доказывающих его вину.
— Не напоминай об этом, пожалуйста, — нахмурился Валейро. — Я ведь места себе не находил. Хотел вернуть тебя назад.
— Подписанный Вами приговор никто не в силах отменить.
— Пока никто о приговоре не знает, он как бы не существует.
— Я же о нем уже знал.
— Ты ведь не был бы против отмены решения.
Кондр широко улыбнулся.
— Я всегда против нарушения законы, кого бы оно не касалось.
— За это я и ценю тебя.
— Зато убийца теперь в тюрьме. Ему грозит смертная казнь.
— Рад слышать, хотя ссылка в рудник предпочтительней в данном случае.
— Почему? Он же сможет выйти на свободу. Рошнег обладает не маленькой силой. Даже с непривычки работать выживет. На рудниках довольно сносное отношение к заключенным.
— У него остался несовершеннолетний сын, которого жаль.
— Возможно, судья учтет данное обстоятельство. У мальчика осталась родня?
— Нет, — вздохнул Кондр.
— Ты-то как себя чувствуешь? Досталось ведь.
— Да уж. Рошнег знал, кто лучше всего орудует розгами. Мне казалось, что умру на пятом десятке. Выдержал.
— Больше никогда не отправлю тебя ни в один дом.
— Сами будете наказывать, — усмехнулся Ирин.
— Не доводи меня, младший страж закона, — погрозил пальчиком Валейро.
— Зато теперь мне известна мягкость господской постели. Рошнег действительно позаботился обо мне.
— Ну, нет. Лучше спи в своей постели, чем таким способом ловить преступников. Помни свое слово.
— Я буду помнить.
Кондр проснулся. Ему показалось, что в каюте посторонний, но сон не захотел уходить. Ирин вновь заснул.
Сон сменился.
Младший страж закона сам сопровождал Рошнега к судье, так как сам раскрыл преступление. Кондр с сожалением узнал о решении судьи. Тот вынес смертный приговор, сочтя воспитание сына недостаточным поводом для сохранения жизни при убийстве двух человек.
— Убийца не сможет воспитать достойного человека, — заключил судья. — Лучше это сделает государство.
— Мой сын будет находится вместе с обычными детьми?! — возмутился Рошнег.
— Конечно.
— Но он господин, а не обычный человек.
— Вы же знаете закон. Сиротский дом один для всех. О мальчике позаботятся наилучшим образом.
— Оставьте его в родительском доме, прошу Вас. Уверяю, мои люди воспитают маленького господина гораздо лучше.
— Какие же из подневольных людей могут быть воспитатели? — удивился судья. — Господин распоряжается ими. Они и возразить ничего не смеют.
— Я назначу человека, которому можно будет воспитывать мальчика.
— Не может быть и речи. Приговор не подлежит пересмотру. Кондр, увести к палачу.
На улице Рошнег обернулся к Ирину.
— Так-то ты отплатил за лекаря и мою заботу, — с ненавистью во взгляде проговорил Рошнег.
— Я только выполнял обязанности младшего стража закона. Вы же совершили преступление, не заботясь о последствиях.
— Не думал так легко попасться.
— Не переживайте, сиротский дом не так уж плох для господских детей.
Рошнег хотел еще что-то сказать, но раздумал.
Кондр проснулся. С минуту он обдумывал увиденный сон, пытаясь вспомнить продолжение. Память, как всегда, молчала. Вместо этого вспомнилась ночная тень на стене каюты. Больше похоже на вымысел не вернувшегося в реальность мозга. Кому придет в голову вредить защитнику королевства на корабле? Капитан за такое выбросит в море, не раздумывая долго.
Ирин открыл глаза и беглым взглядом осмотрел каюту. Все вещи на месте. Мундир висит на спинке стула. Мундир!
Кондр резко сел. Мундир был осквернен. На левой половине виднелась аккуратная широкая прорезь. Кто-то вырезал из него кусочек. Надругательство над любым мундиром считалось преступлением, хотя и не заслуживающим смерти, но на корабле все решает капитан.
Быстро одевшись, Ирин выскочил на палубу. Он сразу понял, кто и зачем совершил подобное действие. Оставалось спасти глупого матроса.
Кондр чуть было не опоздал. Капитан решил не спрашивать мнения защитника королевства, а покарать провинившегося самому. Собравшиеся матросы молча смотрели на происходящее вершение капитанского суда.
— Стойте, капитан! — закричал Кондр, подбегая. — Не смейте этого делать! Грон совсем не хотел делать то, что сделал. Правда, Грон?
— Нет, господин защитник королевства, я хотел это сделать, — твердо ответил матрос, стоящий у борта со связанными руками.
— Видите, Вы на этот раз ошиблись, — сказал капитан. — Господин защитник королевства разрешит продолжать?
— Нет, капитан, отпустите Грона.
— Подобное преступление не может быть оставлено без наказания.
— Мы оба знаем причину, по которой оно было совершено. О ней догадываются остальные.
— Мне не важна причина проступка, тем более раз Грон желает пожертвовать собой, то я не возражаю.
— Капитан, как представитель власти не могу Вам позволить совершить действие.
— Вы оспариваете мое право распоряжаться матросами?
— Вовсе нет, капитан.
— Тогда, пожалуйста, вернитесь в каюту.
— Вспомните, капитан, два года назад Вы не позволили совершиться казни за большее преступление.
Абдо медлил.
— Я не могу поручится за Вашу жизнь, господин защитник королевства.
— Я понимаю, но все же прошу пощадить матроса. На мою жизнь Грон не станет покушаться. Ведь так?
Грон едва заметно кивнул.
— Будь, по-вашему, — сдался капитан. — Но, если будет хоть малейшее нарушение, вспомню и об этой вине.
Туман внезапно рассеялся.
Корабль находился недалеко от острова. Значит, все эти дни он продолжал плавание.
Матросы радостно закричали.