Элоим, Адам и Ева сидели под чудесным грушевым деревом на мягкой траве. Элоим был более чем удовлетворен своим творением. Адам успокоился, забыл о Лилит и был доволен присутствием Евы в его жизни. Они прекрасно ладили, благодаря кроткому характеру Евы и мечтательной натуре Адама. Эти двое во всем дополняли друг друга, Элоиму лишь оставалось иногда объяснять им небольшие нюансы их существования.
— Я создал тебя, сын мой, Адам, по моему Замыслу, который вполне удался. Ты совершенен и душой, и телом. Но одному человеку нельзя быть, иначе он не достигнет гармонии, что очень важно для души. Лилит выбрала свой путь, но Ева останется с тобой навсегда. Она во всем подобна тебе, потому что она плоть от плоти твоей. Она — твоя вторая половинка, твоя верная спутница, которая будет тебе поддержкой во всем. Но все же вы отличаетесь. Ева, в тебе заключена сила, которой Адам не сможет достичь в одиночку. Помогай ему во всем, используй свою силу ему на благо. Ты должна иметь равные права с твоим мужем, но не позволяй твоей гордыне взять верх, будь кроткой и послушной. Раздели во всем твою жизнь с Адамом, стань для него источником мудрости и любви. Твои лучшие качества должны быть направлены только на то, чтобы помочь мужчине развиваться. Я предначертал вам путь, дети мои, идите по нему, взявшись за руки. Пусть ваше единство отражает мою любовь к вам, в этом будет ваша главная сила. Я благословляю ваш союз, отныне он священен, в нем будет заключена жизнь и будущее человечества.
***
Ареман и Лилит сидели в тронном зале, любуясь игрой света на черных обсидиановых камнях. Лилит скучающе постукивала пальчиками по подлокотнику своего трона, инкрустированного драгоценными камнями. Она была одета в легкую тунику темно-вишневого цвета, которую ей дала Астарта, перехваченную в талии золотым поясом.
— Ну и тоска у тебя здесь, Ареман! Заняться нечем. Как ты еще не умер здесь от лени?
— Ну, во-первых, я бессмертен, — рассмеялся Темный Ангел. — Во-вторых, ты еще не знакома с настоящим Князем Лени. Он как раз собирался навестить меня сегодня. А, да вот и он. Входи, входи, друг мой, познакомься с моей королевой!
В зал вошло существо такого непривлекательного вида, что Лилит от удивления забыла поздороваться. У него было непропорционально короткое тело и кривые ноги. Гость был бос, его длинные ступни заканчивались такими же длинными пальцами с острыми ногтями. На его лысой голове, похожей на огромную сморщенную картофелину, располагались по бокам острые уши, а череп был почти голым, покрытым сверху лишь редким пушком.
— Познакомься, Лилит: князь Вельфегор. Князь, это моя дочь Лилит, теперь королева моего царства.
— Приветствую тебя, моя королева! — проскрипел гость. — Не знал, Ареман, что у тебя есть дочь. Где ты ее прятал все это время?
— Лилит прибыла к нам недавно из Эдема.
— А-а-а, наслышан, наслышан! Элоим развлекается там по полной. Так это та самая Лилит! Да-а-а, жизнь там кипит ключом, ты правильно сделала, моя королева, что покинула это место. Здесь, у Аремана, намного спокойнее. Да там и замену тебе уже нашли.
— Что ты имеешь в виду? — встрепенулась Лилит.
— Как же, ты не знаешь? У твоего Адама теперь новая жена!
Сердце Лилит слегка сжалось. Она вспомнила зеленые луга Эдема, ароматные яркие цветы, улыбку Адама и ровный сдержанный голос Элоима. Желая сменить болезненную тему, она спросила Вельфегора:
— Почему тебя называют Князем Лени?
— Так что же может быть прекраснее ничегонеделания? — удивился тот.
— Ты не только ленив, друг мой, но и удивительно не красноречив, — рассмеялся Ареман и обратился к Лилит: — Он великий соблазнитель! Может пообещать несметные богатства за минимум усилий или гениальные способности за просто так, а потом развеет в прах любую надежду. Вот хитрец, верно?
Будто не слушая слова Аремана, Лилит тихо спросила его:
— Скажи, а я могу посетить Эдем?
— Ты все можешь, Лилит, — удивлённо ответил он. — А что ты там забыла?
— Так… мне интересно, какая она, та женщина.
— О-о-о! Извечная женская ревность! — засмеялся Ареман. — А если ты ее увидишь, что ты сделаешь? Разлучишь их? Зачем тебе это? Ты же все равно не сможешь жить в Эдеме.
— Вот именно. Это несправедливо. Меня выгнали, а они останутся жить там!
— Ну что ж, — пожал плечами Ареман, — восстановить справедливость это твое право. Отправляйся в Эдем. А что именно ты собираешься делать?
— Пока не знаю, — задумчиво произнесла Лилит. — Я даже не знаю, смогу ли я пройти сквозь купол.
— А ты возьми с собой князя. Он тебе поможет. И потом, не забывай, у тебя теперь нет физического тела. Ты теперь все можешь.
***
Адам отдыхал под кроной грушевого дерева, недалеко на лужайке мирно посапывала Ева. Вдруг воздух рядом с ним сгустился и заколыхался, он испуганно вскочил, увидев неясные очертания двух фигур. Одна из них превратилась в лысое и кривоногое страшилище, а другая… У Адама дух захватило от удивления и неожиданности.
— Лилит, — выдохнул он.
— Здравствуй, Адам.
— Как ты… Откуда ты взялась? — спросил он, с опаской поглядывая на страшилище. — Кто это с тобой?
— Это один князь из того мира, где я теперь живу. Он меня сопровождает.
— А где ты теперь живешь?
— Это далеко отсюда. Ты лучше скажи, как ты? — Лилит кивнула на спящую девушку. — У тебя новая подружка?
— Это моя жена Ева.
— Ах, жена… Меня ты никогда не называл женой.
— Ты покинула Эдем слишком быстро, — обиженно сказал Адам.
— Поэтому ты поспешил жениться? Чтобы и она от тебя не сбежала?
— Не говори так о Еве. Она хорошая.
— Ладно, ладно, — Лилит стала прохаживаться между деревьев, пропуская между пальцами стебельки травы и мелкие цветы. — А у вас тут ничего не изменилось. А это что за деревья? Раньше их не было.
— Их посадил Элоим недавно, — ответил Адам, обрадовавшись, что можно сменить тему. — Это дерево Жизни, а это дерево Познания добра и зла.
— И зачем оно нужно, это дерево Познания? — впервые подал голос Вельфегор.
— Я точно не знаю, но Элоим сказал, не есть его плоды, и вообще не трогать это дерево.
— Тогда я скажу тебе. Поев его плодов ты обретешь всемогущество и всеведение, как сам Элоим. Поэтому он и не хочет, чтобы ты их ел.
— Ну что ж, если он не хочет, значит так надо, — уверенно сказал Адам.
— Ладно, а дерево Жизни что делает?
— А его плоды даруют бессмертие. Элоим разрешил их есть, и я уже попробовал один плод. Очень вкусный!
— Тогда почему они так переплетены? — Вельфегор притворился озабоченным. — Бедные растения! Они же страдают, их надо разделить.
— Нет, Элоим запретил их трогать.
— Он запретил есть плоды с одного из них. Но ты же столько уже сделал для Эдема! Ты ухаживал за растениями, верно, Лилит? Не обречешь же ты эти несчастные деревья на верную смерть? Вот увидишь, Элоим будет доволен.
— Хорошо… может, ты и прав, — засомневался Адам. — Ладно, я распутаю хотя бы их корни и ветви, чтобы они могли расти свободно.
Адам взялся за работу, но, потянув один из корней дерева Познания добра и зла, он сломал его, отчего погнулась также одна из его ветвей и несколько плодов упали на землю. Адам растерялся было, но собрал эти плоды, сложил их аккуратно в сторонке и продолжил начатое дело, на этот раз разделяя корни и ветки более осторожно. Между тем Лилит подошла к спящей Еве и стала с любопытством, смешанным с долей ревности, разглядывать ее. Когда она наклонилась над девушкой, та проснулась и села на траве, потирая глаза и щурясь от яркого света солнца.
— Кто ты? — спросила Ева.
— Я Лилит, — ответила та нарочито ласковым голосом. — Я подруга Элоима. Прибыла из далекого мира навестить его, а Элоима нет. Твой муж Адам оказался так добр, что принял очень хорошо меня и моего друга Вельфегора. Сейчас они работают над пересадкой деревьев.
— У нас никогда не было гостей, — обрадовалась Ева. — Я так рада видеть тебя, Лилит! Какая ты красивая!
— Спасибо, Ева. Ты тоже прекрасна.
— Чем я могу угостить тебя? Пойдем, посмотрим, какие деревья сажает Адам. Я нарву тебе сладких фруктов и принесу чистой воды из ручья.
Однако, когда Ева увидела, чем занят Адам, она пришла в ужас.
— Что ты наделал, Адам! Ты сломал дерево Познания добра и зла и оборвал с него все плоды! Элоим запретил делать это! Он очень рассердится!
— Я сделал это случайно, Ева. Элоим поймет, что у меня вышло не нарочно.
— Раз уж они все равно упали, — предложила Лилит, — давайте съедим их.
— Нет, нет! Ни в коем случае! — закричала Ева. — Элоим запрещает нам есть эти плоды!
— Милая девушка, — снова подал голос Вельфегор, — а ты никогда не задумывалась, что Элоим относится к вам всего лишь как к детям, требуя простого послушания, и не хочет, чтобы вы взрослели?
— Но мы и есть его дети…
— …которым он поручил заботиться о саде и не задавать лишних вопросов. Он когда-нибудь объясняет свои действия или приказы? Нет! Однако, вы должны слушаться его беспрекословно, даже не понимая, зачем это нужно. А что такое добро и зло, он хоть вам объяснил?
— Нет, но… — нерешительно начала Ева, — это же и так понятно. Делать хорошее и не делать плохого.
— А как отличить хорошее от плохого? Разве хорошо так принимать гостей? Мы набрали чудесных фруктов, а вы нам их даже есть не даете? Так как называется это дерево, милая девушка?
— Дерево Познания добра и зла.
— Так давайте же познаем его! Что же в этом плохого? — распинался Вельфегор. — Если Элоим такой умный, наверняка, сам наелся этих плодов! А вас он здесь за кого держит? То нельзя, это нельзя! Вот вам живой пример — бедняжка Лилит. Взял и выгнал ее одну-одинешеньку. Держи, Лилит, крошка, скушай этот сладкий фрукт! Хоть какая-то радость тебе осталась от былой жизни!
С этими словами Вельфегор взял один из плодов, которые упали с дерева Познания добра и зла, и протянул его Лилит. Та взяла фрукт и, осторожно откусив кусочек, принялась с аппетитом жевать.
— Как вкусно! Какой сладкий! Возьми, Ева, все равно уж я его откусила, так что ж теперь пропадать добру!
Ева с опаской взяла фрукт в руку и посмотрела на его надкушенный бок. Из мягкой мякоти струился густой сок, такой аппетитный, что рот Евы наполнился слюной. Она закрыла глаза, поднесла к губам запретное лакомство и откусила. Фрукт, действительно, был таким вкусным, что Ева зажмурилась от удовольствия.
— Адам, Адам! Ты только попробуй!
— Что ты наделала, Ева! — Адам только сейчас оставил свою работу по разделению корней деревьев, когда увидел, что происходит на поляне. — Элоим рассердится! Ты не выполнила своего обещания!
— Какого такого обещания, молодой человек? — снова встрял Вельфегор. — Вам было запрещено есть плоды с дерева, так? А есть плоды, упавшие на землю, вам кто-нибудь запрещал?
— Нет… — растерянно произнес Адам.
— Адам, — виноватым голосом сказала Ева, — раз уж я попробовала… поешь и ты. Ты много работал сегодня утром. Это очень вкусно.
Адам медленно протянул руку и взял уже надкушенный Лилит и Евой фрукт. Он вспомнил Элоима, его добрые глаза, ласковый голос. Он не помнил, чтобы отец хоть раз рассердился, повысил голос или отругал его. Он был всегда очень терпелив, сдержан и приветлив. Он не раз повторял, как любит его, что никогда не оставит его. Как он может рассердиться на своего единственного и любимого сына за то, что он поел фруктов с его дерева? Адам откусил большой кусок плода, с удовольствием прожевал его и проглотил. Фрукт имел восхитительный вкус. Он собрался было откусить еще, но тут Вельфегор неожиданно сказал каким-то странно елейным голосом:
— Лилит, моя королева, нам, пожалуй пора. До скорого, ребята! — и двое исчезли, словно растворились в воздухе.
***
— Ты с удовольствием ухаживал за растениями в саду, Адам, — говорил Элоим сидевшим напротив понурым мужчине и женщине, — а ты, Ева, во всем помогала своему мужу. Но делали вы это не по необходимости, потому что такой необходимости не имели. Чудесные деревья, растущие здесь, освобождали вас от необходимости обрабатывать землю и годами ждать урожая. Спелые и сочные плоды были у вас круглый год.
— И мы очень ценили все, что ты делал для нас, отец! — воскликнул Адам.
— Знаю. И я дал вам выбор: быть послушными и верить мне беспрекословно или ослушаться и нарушить мои запреты. Какой выбор вы сделали, вы знаете.
— Мы просто хотели понять, чем отличается добро от зла, — виновато произнесла Ева.
— Теперь вы поняли это. Вы определили, какие поступки достойны поощрения, а какие следует наказывать. В этом и была суть запрета, который вы нарушили вполне сознательно.
— Отец, но ведь ты учил меня принимать решения самостоятельно, — удивлённо сказал Адам.
— Правильно, а также нести ответственность за свои поступки. Вкусить плоды запретного дерева являлось для вас великим соблазном, я знаю. И, столкнувшись с последствиями вашего поступка, вы приобретете мудрость, научитесь определять свои границы и разовьете необходимые для жизни черты характера.
— А какими будут эти последствия? — боязливо задала вопрос Ева.
— Это самое главное, что я хотел вам сказать. Теперь вы уже созрели для того, чтобы узнать немного больше о моем великом Замысле. Я хочу населить эту планету такими же существами, как и вы, но поможете мне в этом именно вы двое. Так же, как Ева была создана от твоей плоти, Адам, вы создадите других человеческих существ, которые будут являться плотью от плоти вашей.
— Но мы не умеем творить, как ты, отец! — развел руками Адам.
— Помнишь, я говорил, что твое тело совершенно? — спросил Элоим, на что Адам кивнул. — Помнишь, я говорил, что ты подобен мне, так как твоя душа есть не что иное, как моя чистая энергия? Ты можешь гораздо больше, чем думаешь, сын мой!
— Хорошо, что мы должны сделать, чтобы выполнить твою заповедь?
— Вы должны покинуть Эдем.