Иван Поликарпович Орлов был человеком незаурядного мышления, преклонного возраста и хорошо известным в научном мире. К своим 65 годам он добился многого. Он был ученым, с мировым именем, кандидатом исторических наук, профессором Челябинского государственного университета, крупнейшим российским специалистом по Викторианской эпохе, кавалером рыцарского ордена, который ему присудили за огромный вклад в изучение колониализационной экспансии Британии и заурядным бабником. Он был женат, имел двух взрослых дочерей и коттедж в престижном элитном поселке Тарасовка города Челябинска.
Вся жизнь шла гладко и ровно у профессора с легкими и не долгими этюдами романтических отношений на стороне. У не молодого хулигана хватала времени и сил, чтобы в одном месте кому-нибудь присунуть, а в другом пощупать и оттянуть кое-что, до того момента пока хулиганка судьба тонким мазком палитры игривых красок не насела легкий мазок на петле жизненного полотна образ Ирэн, который старый проказник увидел в стенах родного ВУЗа. В момент судьбоносной встречи, толи седина в бороду, толи бес в ребро, а может и сам Амур нанес смертельный хук любви в сознание ученого, поразив наповал разум старого пердуна. При данном нежданчике, плавная и озорная походка Ирэн вогнал профессора в ступор. Золотистый и огненный цвет волос в считанные секунды обожгли сердце и душу седого ловеласа. В тот момент шутник Купидон пустил пару жгущих стрел в сердце старого развратника, когда Иван Поликарпович стоял, открыв рот глядя на явление Афродиты народу. Когда Ира шаловливой походкой, покачивая бедрами, прошла мимо, он опустил вниз голову, подобно нашкодившему школяру, по-юношески стесняясь красоты вожделенной особы, внешний вид которой затмевал всё вокруг и ослеплял всех зевак даря прекрасные флюиды любви. Он млел и испытывал стыд, смущение и неуверенности в себе, ловя себя на мысли, что такое состояние для него было диким и отсутствовало ранее, даже в период защиты докторской диссертации, когда в отличии от него его коллеги в такие ответственные моменты вели себя иначе.
После этой встречи профессор исторических наук не находил себе места. Такие чувства и позывы любви он не испытывал даже в 1977 лохматом году, будучи аспирантом Московского университета, и втихаря за родину и за советскую науку в тайне от жены и великих академиков, в подвале Московского ВУЗа, мял пышный бюст одной молодой лаборантки кафедры философии, при этом наизусть цитируя слова Марка Туллийского Цицерона: «Любовь – это стремление добиться дружбы того, кто привлекает своей красотой». И только сейчас, спустя 40 лет, он понял всю глубину сказанного этим великим древнеримским политический деятелем, оратором, философом и мудрецом.
Жгучая рыжая муза ослепила ученого красотой и зажгла давно погасший шаловливый огонек любви в его сердце. После этого тело Орлова наполнилось потоками нескончаемых флюидов жизненной энергии и он из тихого умирающего барашка, который проживал свою бессмысленную пенсию, превратился в льва с жизненной и четкой целью. Ему даже по ночам стали снится голые женщины, которые в ночных фантазиях просили сотворить с ними непристойные вещи, но он, будучи джентльменом, подобно Дон Кихоту Ламанчскому хранящему свою верность единственной Дульсинеи Тобосской, сердце которого принадлежит уже одной рыжеволосой бестии, укравшей его покой, отказывался от непристойных просьб ночных последовательниц Марии Магдалины. И после этой судьбоносной встречи он стал искать везде музу своих страстных желаний, в лице Ирины.
Он караулил её утром у входа в университет. Но не уловимая проказница не появлялась на горизонте, потому что Ирина любила поспать и часто прогуливала первые пары. Все это разжигало азарт охотника в лице Ивана Поликарповича. Специалист по Викторианской эпохе не успокаивался он продолжал действовать, он искал возлюбленную в очередях в столовой, в гардеробе, среди наивных первокурсниц задавая им нелепые вопросы, среди студенток, заполняющих лекционные залы, где проповедовали гранит науки его коллеги и даже возле женских туалетов, где он часами ожидал повторного визита мимолетной королевы его сердца.
Стареющий разум кавалера рыцарского ордена помолодел. В его обрёкшем теле появилась сила и энергия, огонек любви сиял в его глазах. И вот наконец-то опытный следопыт выследил свою жертву. Он определил её курс, группу и расписание. Для себя он рассчитал алгоритм её посещаемости. Далее он подговорил своего коллегу доцента кафедры истории и философии обменятся преподаваемыми предметами для того, чтобы подобраться ближе к не обвисшим грудям молодой студенточки.
Далее хитрец проделал несколько легких штрихов для того, чтобы затянуть Ирэн к себе в сплетенные сети интриг, путем постоянных незачетов и низких оценок. Используя методику теоретических навыков педагога новатора Антона Семёновича Макаренко, которые он изучал по книгам, будучи студентом, расположил непокорную студентку к себе и вживил ей зерно благодетеля, который ей поможет получить желаемый зачет не смотря на её брешь в познаниях важного предмета. И взамен трепетного дружеского отношения, и в знак благодарности за положительные оценки, которых она не заслуживает, побудил её принять согласие на романтический ужин при свечах в лучшем стиле и этикета Букингемского дворца.
На первом свидании он лил рекой шампанское, стоя на коленях дарил охапки Эквадорских роз и раздавал комплименты, что её рыжий цвет волос определяет её благородное происхождения и что в её венах непременно циркулирует голубая кровь династии Британского королевского дома.
Укрощение строптивой продолжались не долго, Ирэн отдалась старику на втором свидании, когда её обожатель подарил iPhone 12. Далее следовали пикники, сопровождавшиеся охотой на уток, ужины при свечах и поэтические ночи. У профессора было хобби, которое заключалось в написании стихов в древнеирландском стиле и окрыленный волной незабываемых чувств влюбленности Иван Поликарпович посвятил даже стих своей юной даме сердца под названием «Ослепленный красотой»:
Волосы твои прекрасны
напоминают всплеск волны,
а губы твои так чудесны
рубин проигрывает им,
изгиб прекрасный твоего тела
безумным делает до слёз,
глаза как изумруд красивы
мерцают ослепив лучом,
и я уже слепой навеки
моя родная навсегда,
ни шагу не могу я сделать
ведь ослепила ты меня,
кому теперь такой я нужен
не вижу больше никого,
и я шепчу тебе на ухо
ты поводырь, мой навсегда.
Этот стих он читал ей с выражением при ярком свете луны, стоя голым на огромном валуне обросшим зеленым мхом, подражая Амергину – великому Ирландскому поэту. Как он её позже пояснил, что этот образ он позаимствовал у кельтов, именно в таком виде они возносили хвалу богу любви. И только в обнаженном виде можно понять полностью глубину души поэта, который несет поток яркой и безграничной страсти, в момент чтения своих стихов, распыляя вокруг себя миллионы бесконечных флюидов любви, рвущихся в космическое пространство наполняя всю вселенную добром и нежностью.
Ирэн не испытывала никаких чувств к этому «унылому папику», именно так она его окрестила. Она с легкость подобрала наивного старичка к себе под каблук и легко стала им манипулировать. Бедный «унылый папик» бегал по своим коллегам выпрашивая зачеты и положительные оценки для Ирочки, лекции и экзамены, которых она перестала посещать. Папик тратил всю свою зарплату и пенсию на наряды, повседневные расходы и прихоти возлюбленной богини. Ирэн стала тянуть с наивного дедули всё что хотела, хотя он по ошибки считал, что это он крутит, вертит и управляет, как хочет смазливой малолеткой. Не задумываясь и не понимая этого, наивный кавалер рыцарского ордена сам погружался и застревал в паутине своих интриг, доплетенных умелыми ручками и ртом Ирины, медленно с головой погружаясь в трясину проблем. Вновь испеченная богиня как хотела, так и манипулировала своим поклонником, порой доводя его до белой горячки и старческой истерики, переходящей в болезненный маразм, которые рождались из потока дикой ревности. После всех жутких неврозов, сопровождающихся болезненными инфарктами с поглощением коктейлей из корвалола и пустырника, Ирина успокаивала нервно трясущегося папика и действовала на него как наркотик придавая ему жизненные силы. После этих манипуляций профессор без Ирэн не мог существовать и просто жить, постоянно нуждаясь в её ласке и нежности.
Иван Поликарпович делал всё чтобы удержать молодую королеву своего сердца, он даже продал свою любимую BMW X5, чтобы на день рождение Ирэн подарить золотые Rolex’ы. Но хищница не успокаивалась, её аппетиты росли, ей всё было мало. Профессор сдал не на шутку, от яркого энергичного рыцаря, парящего на крыльях любви, не осталось и следа, он превратился в нервную, злостную старую истерическую разваленную галошу. Молодуха уничтожала его, качая жизненную и денежную энергию. Орлов в порыве безумия развелся с женой думая, что окутает узами брака себя с молодой невестой. Но не там то было. На этом этапе, Ирина стала игнорировать его и его предложение о замужестве, сочиняя на ходу различные нелепые отмазы. Она стала избегать встреч с наскучившим любовником, с которого взять то было уже нечего.
Шикарный особняк Ивана Поликарповича, отошел жене, профессор стал проживать в съемной квартире. Оставшись один, в дураках, и понимая всю суть своего одиночества, которое несло бремя безответной любви, гордый кавалер рыцарского ордена, ушел в мир иной скромно, без дифирамбов, без западноевропейских аристократических замашек, без титулованной гордости, без горьких слез своей дамы сердца. Одним словом ученый ушел по английски, молча, тихо, душевно больным, сломленным, растоптанным и униженным, не оправдав гордое звание «кавалера», на грязном, прожжённом в нескольких местах, зашарканном кресле черного цвета. Некогда, гордый, пошлый старик сник развалившись в кресле, слившись с ним. Новый объект интерьера, являющейся трансформацией унылого папика и предмета мебели для комфортного продолжительного сидения, предавала некий радикальный и смелый шаг в дизайнерскую обстановку жилой площади. Этот новый предмет вносил ноты гармонии в обстановку квартиры. Его здесь не хватало! – мог бы воскликнуть любой опытный дизайнер, глядя на него. Новый «Иван Поликарпович», вносил свой вклад, стоя напротив дубового трюмо, и своей позицией вносил шик, если смотреть на него от вертикальной оси входного дверного проема. Эта симметрия в интерьере создавала чувства спокойствия и порядка. Это вид баланса. Сбалансированной среды. Балансом уходящей эпохи пошлых папиков.
Но увы! Новый, бывший, крупнейший российский специалист по Викторианской эпохе, бренной и неказистой плотью, облюбованной полчищами серых мясных мух, просидел в кресле две недели. Новый, разлагающийся компонент ячейки жилого 9 этажного дома, смердя, разносил отвратительный аромат трупного запаха по лестничным клеткам подъезда. При этом проникая в каждую из квартир по соседству. Таким образом, напоследок, мертвый Иван Поликарпович прощался раздражая носовые рецепторы граждан, проживающих не долгое время с ним рядом. Хозяева съемной квартиры, нашли его, совершая визит за очередным взносом арендной платы. И на этом печальном моменте, необычный предмет моментально и небрежно был удален из съемных хором в морг.
Похороны усопшего Ирэн не посетила, так как на это время у неё был назначен визит в маникюрный салон.