Восточные вулканы на территории Камчатского края, составляющие часть Тихоокеанского огненного кольца, разбушевались, вызывая цунами и смывая островки. Японцы и китайцы должны бы выжить, но, видимо, тоже уважали автономию своего существования.
Антарктический полуостров молчал, пробиться туда беспилотнику не под силу, да и откуда набраться бесчисленному количеству аппаратов. В южном направлении отправляли лишь для сбора данных и без возврата. Варево из холодно-кипящего мусора - самая подходящая среда для новых бактерий, адаптировавшихся к химической отраве. Еще пару тысяч лет нужно, чтобы все это перегнило и стало прахом, ныне опасным для всего живого.
Шла плановая эвакуация Даль-центров. Круглосуточно гудели транспортные тяжеловесы, облетая городок с северо-восточной стороны, приземляясь на выделенных квадратах. Главный конструктор не контролировал своих, а чужих отслеживал на дисплее, различая по звуку. Привычка. Оставалось пару дней до сбора четверых сыновей Академика, настоявшего на разбросе поселений, дабы естественные преграды не допускали скученности людей. А набиралось около пятидесяти тысяч.
Он грустно смотрел на карту СССР в бункере, понимая, что надо как-то добраться до закромов Родины, составлял план по вскрытию и вывозу имеющихся материалов, пока будут найдены природные источники для жизнеобеспечения. Ближайший и крупнейший находился под смытым мегаполисом, где он родился и жил, а сейчас текла река Северянка. Летать – не по морю ходить, тут нужны братья-рыбачки. Конструкторы, конечно, уже потрудились, но еще не испытывали на воде «Стрекозу», ждали, что прорежут забор и обустроят пристань. С местом вскрытия изоляции городка утилизаторы опасливо тянули. Если бы не груз ответственности за всех, он бы сам перемахнул через забор и протестировал скольжение по водной поверхности, но нарушать технику безопасности на глазах подопечных чревато последствиями. Без химзащиты в кризисные дни выходить на улицы никто не рисковал, дабы не оказаться на карантине. Законопослушность, однако, процветала.
Академик подал мысль технарям накидывать фильтр на город, если ожидались южные тлетворные ветра, и прокладывать дороги на северо-восток, разрабатывая территории в поиске полезных ископаемых и расселения народа, намеренно не вникая в подробности. Химзащита утилизаторов решала задачу, исходя из имеющихся материалов. Всего один миллион квадратных метров, что составляло лишь сто гектаров площади. Город вытянулся вдоль реки и с окрестностями занимал больше. В питомнике Ненаглядной и на южной ферме навесной фильтр установили сразу.
Однако, пора на поверхность, навестить старика, чьи личные качества сохранили лучшее в человеке, вселили надежду на будущее планеты. Академик был дома, на рабочем столе порядок, он отрешенно смотрел на пустой подоконник. За его спиной, на стене гостиной, на видеоэкране маман уже спала, словно плыла на спине, пальцы рук подергивались, словно поглаживали живое мурчащее одеяло. Марусёнка тыкалась носом в правое ухо, тарахтела песенку, жевала волосы, но никогда не укладывалась у нее на голове, как царь-кошка. Удача на левой подушке деликатно попискивала во сне. Уже никогда она не переступит черту городка, не пройдет улицей, где произошла трагедия, сын чувствовал это, как никто. Он жалел их, но они не хотят покинуть свой пост, чтобы вместе скоротать оставшиеся годы в покое, довериться молодым… тоже старожилам. Главный конструктор помялся на пороге, ушел незамеченным.
- Дело превыше всего, по надобности Бог добавит время на жизнь, - поясняли монахи на воскресной службе.