— Вот ты говоришь: девяностые, девяностые… — Иван затянулся сигаретой, выпустил дым в сторону и усмехнулся. — По-разному там было, понимаешь? Где-то страшно — бандиты, пустые прилавки, зарплаты по полгода не платят. А где-то… даже смешно.
Он помолчал, глядя, как дым тает в воздухе, и улыбнулся своим воспоминаниям.
— Знаешь, в те годы жизнь как будто на пружине ходила: то вниз — так, что дух захватывало, то вверх — и вдруг удача сама в руки плывёт. Все искали, где бы подзаработать: кто на рынке тряпьё продавал, кто запчасти с завода таскал, кто вообще непонятно чем промышлял… Мы тогда молодыми были, горячими — вечно какие-то схемы придумывали. То сахар оптом купим, пока он дешёвый, то джинсы у приезжих перекупим… В общем, крутились как могли.
Иван стряхнул пепел, посмотрел собеседнику в глаза и подмигнул:
— Вот как раз в ту пору и случилась одна история — до сих пор, как вспомню, смеюсь. Не поверишь, но всё правда, слово даю. Короче, слушай.
Звонок раздался внезапно, вырывая Ивана из тревожного сна, в котором он опять вёл бесконечные переговоры с какими-то хмурыми людьми в кожаных куртках — то ли поставщиками, то ли «крышей». Сон оборвался резко, будто кто-то дёрнул рубильник, и реальность ворвалась в сознание пронзительным трезвоном телефона.
Он с трудом разлепил глаза, нашарил трубку и хрипло буркнул:
— Алло?
— Вань, ты только не падай в обморок, — голос Петра в телефонной трубке дрожал от едва сдерживаемого восторга. — На трассе, ну знаешь, где поворот на Старые Дубы, фура перевернулась!
Иван поморщился: утро только началось, а голова и без того гудела после вчерашнего.
— Какая ещё фура? — хрипло спросил он.
— С бананами, Вань! С бананами! Целая фура бананов, понимаешь? Мне только что сосед позвонил, он как раз мимо ехал. Говорит, бананы по асфальту валяются, народ уже набегает, разбирает…
Иван на мгновение замер. Бананы. В их городке бананы были редкостью — привозили раз в месяц, по бешеной цене, и раскупали вмиг. В те годы за них могли и подраться на рынке.
— Ты серьёзно? — он вскочил с кровати.
— Абсолютно! Вань, это же золотое дно! Найдём «Газель», соберём сколько успеем, завтра на рынке втридорога продадим. Никто ж не догадается, что они с аварии!
В голове Ивана уже складывался план: найти водителя «Газели», договориться подешевле, загрузить пару сотен килограммов, снять палатку на рынке… В девяностые такие схемы рождались на ходу — кто смелее, тот и сыт.
— Где ты? — коротко бросил он.
— Да я пока дома, — легко отозвался Пётр. — Решил сначала тебе позвонить. Давай, Вань, шевелись! А я тут пока по знакомым прозвоню, может, «Газель» кто даст. И буду держать за тебя кулачки!
Иван колебался всего секунду.
— Ладно, жди, потом позвоню, — бросил он и бросился одеваться.
Одеваясь наспех, Иван вспомнил про Виктора — соседа снизу, здоровяка с золотыми руками и вечной готовностью подзаработать. «Вдвоём сподручней будет собирать, да и „Газель“ легче загрузить», — подумал он и набрал номер.
— Витя, привет! Срочно нужна твоя помощь. На трассе фура с бананами перевернулась, надо успеть собрать, пока всё не растащили. Через десять минут у подъезда, идёт?
— Бананы, говоришь? — в голосе Виктора послышалось оживление. — Иду!
Пока Иван натягивал куртку, он достал список контактов и начал обзванивать знакомых в поисках «Газели». Первый водитель отказался — был на заказе. Второй заломил цену в 3 000 рублей за час. Иван чертыхнулся: дороговато для разовой поездки, да ещё и не факт, что бананы вообще есть.
На третьем звонке повезло — дядя Миша, старый знакомый с автобазы, согласился помочь.
— Ну, Ваня, для тебя — две тысячи за рейс туда-обратно, — пробасил дядя Миша в трубку. — Но учти: у меня только час в запасе, потом на ремонт.
— Идёт, дядя Миша! — обрадовался Иван. — Через пятнадцать минут у автобазы!
Через десять минут Иван и Виктор уже мчались по трассе к повороту на Старые Дубы в потрёпанной «Газели» дяди Миши. Виктор воодушевлённо рассуждал, как они завтра на рынке всё распродадут, а Иван подсчитывал возможную прибыль, мысленно вычитая две тысячи за машину. В те времена две тысячи — это почти половина зарплаты инженера.
На подъезде к месту Иван замедлил ход. На обочине действительно стояла фура. Но… целая. Возле неё курили двое водителей, а на асфальте не было ни одного банана — только опавшие листья да пара пластиковых бутылок.
Иван и Виктор переглянулись.
— Это что за дела? — нахмурился Виктор.
Иван остановился, вышел из машины, огляделся. Водители с любопытством посмотрели на них.
— Чего ищете? — добродушно спросил один.
— Да… ничего, — пробормотал Иван. — Ошибся, наверное.
Он пошарил по карманам, достал жетон и направился к заправке позвонить Петру. Тот ответил почти сразу:
— Ну что, Вань? Набрал уже? Сколько ящиков успели?
— Петь… — Иван сжал телефон так, что побелели костяшки пальцев. Рядом Виктор недоумённо хмурил брови, пытаясь понять, что происходит.
Пётр не выдержал и расхохотался в трубку.
— С первым апреля, дружище! — выдавил он между приступами смеха. — Представляю, какое у тебя сейчас лицо — просто картина! Стоишь, наверное, и не понимаешь, куда бананы делись?
Несколько секунд в салоне машины царила гробовая тишина. Виктор настороженно поглядывал на Ивана, ожидая реакции.
— Пётр, — медленно, чеканя каждое слово, произнёс Иван, — если я тебя сейчас увижу, я тебе бошку оторву. Понял?
Виктор не выдержал и прыснул со смеху.
— Да ладно тебе, Вань, — сквозь смех проговорил он. — Зато приключение вышло — не каждый день за халявными бананами гоняешь!
Смех Виктора подействовал на Ивана отрезвляюще. Он выдохнул, расслабил пальцы, сжимавшие телефон, и вдруг сам расхохотался.
— Ну, зараза, — уже без злости сказал он в трубку. — Ладно, Петь. Но учти: если ты ещё раз так пошутишь, тебе конец.
— Обещаю, больше никаких фур с бананами, — всё ещё хихикая, отозвался Пётр. — Но зато теперь ты знаешь: если вдруг реально такая перевернётся, я тебе первым позвоню. Честно-честно!
— Верим-верим, — хмыкнул Виктор, который уже вовсю веселился. — Ладно, шутник, собирайся — пойдём пивка попьём. За твой счёт, разумеется. И за «Газель» тоже — ты нам две тысячи должен!
— Договорились, — согласился Пётр. — Тысяча с меня.
Иван развернул машину. Виктор хлопал его по плечу и хохотал:
— Ну ты даёшь, Вань! Зато день начался весело — на всю жизнь запомню.
— Вот так вот, — закончил Иван рассказ, — а ты — «девяностые, девяностые»… Были там и свои радости, понимаешь? Не только бандиты да пустые прилавки. Иногда и посмеяться удавалось — от души, до слёз. Он стряхнул пепел и подмигнул собеседнику.