Рогволод, Тур, Рогнеда, Изяслав – одни из первых известных нам исторических лиц Древней Руси. С их имёнами история перестаёт быть обезличенной и анонимной.
Долгим был путь наших предков до той вехи, когда летописцы занесли в анналы деяния Рогволода и его дочери Рогнеды. С какого столетия начался отсчёт этого пути? Богатая на события, героическая и славная история была у нас и до времён Рогволодовых.
Да жаль, что очень мало сохранилось фактов про жизнь кривичей, дреговичей и родимичей до их переселения на русские земли, а также про жизнь легендарных невров и волотов.
Из “Жизни Дмитрия Салунского” мы узнаём про вольнолюбивых дреговичей, которые воевали в VII столетии с Византией. Немного знаем и про историю наших далёких предков более позднего периода, их походов на Византию, борьбу с варягами, с киевскими князьями Аскольдом и Диром.
Как миф воспринимается сейчас рассказ исландской саги о войне полочан под руководством князя Владимира против готов и гуннов Аттилы. А может, это совсем не выдумка автора саги? Неужели это миф про легендарных родимичей Родима и его брата Вятки? Сколько героев нашего далёкого прошлого осталось неизвестными для летописцев, неизвестными для нас?
Рогволод стал первым, чьё имя не погибло в глубинах столетий. Летопись описывает его самостоятельным хозяином Полоцкого княжества.
Кто же такой был Рогволод? В летописи говорится, что пришёл он “из-за моря...”. Нельзя согласиться с теми историками, которые считали (и до сегодняшнего дня некоторые считают), что Рогволод был норманном, который подчинил своей власти Полоцк. Одно славянское имя опровергает эти утверждения. Оно встречается у чехов, где, как известно, норманнов не было. Славянским является и имя Рогнеды. Здесь наблюдаем древний славянский обычай (кстати, встречаемый и в ранней Германии) давать детям имя, в котором звучало бы обозначение родства, части имени родителей. Так что имя княжны производное от имени Рогволода. Символическое обозначение последнего имени могло указывать на то, что его носитель является владельцем (“володором”) рога. В язычестве рог был символом земного урожая, богатства (помните народную сказку “Из рога всего много”?). Если учитывать это, так имя Рогволод можно истолковать как владелец богатства, богатый и щедрый человек. Ну, а хозяин Полоцкой земли, известно, не был нищим.
Объяснение же о том, что Рогволод пришёл из-за моря, также не может свидетельствовать про норманнское происхождение полоцкого князя. Нужно обладать удивительной фантазией, чтобы объявить первых известных князей Руси норманнами. Как же так? Эти “норманны” - Олег и Игорь – в договорённостях с греками клянутся не скандинавскому Одину, а Перуну и Велесу.
Ну, а скандинавские саги, которые знали генеалогию русских князей и указывали на присутствие у них скандинавских дружин, вообще молчат про норманнское происхождение князей.
Да и сама легенда о приглашении в Новгород
Рурика очень
похожа на выдумку: она понадобилась летописцу для увеличения рода хозяев Киевской Руси. Летописец, не разобравшись в предании про какого-то Рурика, который пришёл в другую страну, приписал ему братьев
Синеуса и
Трувара. Что касается “призвания” варягов, так это вероятнее, что этими “варягами” явились дружины поморских славян-вагров.
Запись в летописи о Рогволодовом приходе из-за моря может восприниматься как предание, что сложилось в Полоцке о собственном княжеском роде, равным по знатности Руриковичам, о чём свидетельствует его происхождение из варягов. А можно толковать эту запись по-другому.
Напомним, что в конце IX столетия Полоцк завоевали киевские князья Аскольд и Дир, и, вероятно, полоцкие князья, спасаясь от смерти, сбежали к поморским славянам или на остров Ругию, или к норманнам. Уже в середине Х столетия, используя то, что Киевская Русь воевала с Иудеей-Хазарской, наследник князей-беглецов Рогволод вернулся на земли отцов как законный её хозяин, об этом и указывает летопись.
Таким образом, летопись показывает нам Рогволода как самостоятельного властителя Полоцкой земли.
Если взглянуть на карту расселения кривичей, увидим, что они занимали огромную площадь от Верхнего Понеманья до верховьев Волги, а с севера на юг – пространство от Чудского озера до линии впадения Реки Свислочи в Березину. Кривичи владели верховьями Немана, Двины, Днепра и Волги – узлами главных торговых дорог Восточной Европы. Сложилась настоящая “кривская империя” со столицей в Полоцке.
И вот Рогволод обновил независимость полочан. Но этим он не ограничил свою деятельность. У него целью было объединение всех кривских и дреговицких земель под власть Полоцка.
Полоцкий князь осуществил поход на Полесье. Народное предание, записанное в 70-ых годах XIX столетия, представляет нам некоторые детали этого похода. Рогволод с большим войском спустился на ладьях по Днепру в устье Припяти. Здесь он остановился, чтобы заградить путь киевскому войску, и послал вверх по Припяти дружину под руководством Тура. Тур заложил на Припяти город и назвал его своим именем – Туров. Выгодным было географическое расположение Турова: в этом месте в Припять впадали крупнейшие притоки – Пина, Ясельда, Случь, Горынь, Убороть, которые связывали новый город с бассейном Немана и Западного Буга.
Вслед за завоеванием земли дреговичей Рогволод начал войну с Новгородом, скорее всего, желая вернуть псковские и изборские земли. Вероятно, и в этот раз Рогволод победил. Так в “Хронике” Феодосия Сафановича назван псковским князем именно Рогволод. Записи Сафановича заслуживают доверия, потому что он пользовался летописями, которые не дошли до нашего времени, в частности Золотоверхней летописью, которая более полно сберегла тексты оригинала Начального Свода, чем его редакции (Ипатьевская, Хлебниковская, Ермолаевская).
С присоединением к Полоцкому княжеству Турова и Пскова Рогволод стал одним их могущественных властителей в Восточной Европе. Для полного единства всех кривских земель осталось вернуть из-под киевской власти Смоленск.