Когда в январе 1823 года Уильям Бакленд из Оксфордского университета взял свой надёжный саквояж и отправился на полуостров Гауэр в южном Уэльсе, он обнаружил больше, чем рассчитывал. Профессор геологии наткнулся на одно из древнейших человеческих захоронений в Западной Европе, положив начало археологическим дебатам, которые продолжались в течение последующих двух столетий. Годовщина его открытия вновь вызвала дебаты о том, следует ли теперь репатриировать человеческие останки из Оксфорда в Уэльс.
В декабре 1822 года Бакленд получил посылку с бивнем и черепом слона (который на самом деле был мамонтом), а также корзину, полную костей животных. Находки из пещеры Пэйвиленд были изначально отправлены леди Мэри Коул, которая жила в замке Пенрайс, Гауэр. Посылка настолько заинтриговала Бакленда, что он решил лично посетить это место.
Бакленд, англиканский священник, который работал над важным этапом изучения геологического времени. Он собирался опубликовать свой фундаментальный труд "Reliquiae Diluvianae", в котором религия и наука были объединены в одно целое. В то время представление о человеческой истории всё ещё в значительной степени диктовалось хронологией Библии.
Бакленд придерживался идеи библейского "потопа", и был непреклонен в том, что все вымершие животные, найденные во время его исследований, были смыты в пещеры, что стало его самой большой проблемой при попытке определить период времени, представленный в Пэйвиленде.
Пэйвиленд, или пещера Козья дыра, - это известняковая пещера между Россили и Порт-Эйноном на побережье Гауэр. Сегодня, как и во времена Бакленда, пещера отрезана приливом большую часть года. При этом Бакленд посетил пещеру зимой, когда приливы были самыми незначительными, что позволило ему сразу же войти и начать раскопки.
Фото: atlasobscura.com
Вскоре он обнаружил нетронутое захоронение человеческих костей и предметов, окрашенных охрой в красный цвет. На останках отсутствовал череп, но при раскопках было обнаружено, что останки окружают предметы из слоновой кости (в том числе посох и кольца), соединённые между собой раковины барвинка и обработанные кремни. Бакленд забрал их с собой в Оксфорд.
Сначала он думал, что это кости человека, и шутил, что они принадлежат сборщику налогов, убитому контрабандистами, которыми славился этот прибрежный район. Затем Бакленд предположил, что останки принадлежат ведьме, из-за наличия "лопаточной кости барана". Основываясь на своём знании валлийских обычаев, он предположил, что эта кость использовалась как некий инструмент для колдовства. Наконец, он утвердился в мысли о том, что скелет принадлежал женщине-проститутке, которая носила броские украшения. К такому выводу он пришёл из-за украшений, соединённых между собой в виде ожерелья, раковин и колец из слоновой кости. Именно этой версии он придерживался, и именно она лучше всего соответствовала его библейской теории потопа.
Похоже, что Бакленд, не изучал найденные кости детально, а даже если и изучал, то хотел скрыть то, что нашёл. Если бы он изучил кости должным образом, то заметил бы, что человек был не женщиной, а молодым мужчиной в возрасте 25-30 лет, ростом около 173 см.
Сохранившийся почти полностью мужской скелет эпохи верхнего палеолита, окрашенный красной охрой, получил название Красная дама из Пэйвиленда.
В 2008 году метод радиоуглеродного датирования окончательно показал, что эти кости принадлежат молодому человеку, похороненному около 33 000 лет назад. В это время Пэйвиленд должен был находиться на расстоянии не менее 95 километров вглубь материка, на утёсе над травянистой равниной. Ландшафт изобиловал бы такой добычей, как мамонты, шерстистые носороги, гигантские олени, бизоны и северные олени.
Однако Бакленд старался подогнать всё под свою теорию и пытался игнорировать человеческое захоронение, поскольку оно не вписывалось в неё. В результате Уэльс потерял возможность быть в авангарде исследований палеолита, которые сместились в сторону Европы.
С момента обнаружения до наших дней кости Пэйвиленда прошли путь от налогоплательщика, ведьмы, проститутки и палеолитического охотника до более поздних представлений о шамане или духовном деятеле. Сейчас люди посещают пещеру в качестве паломничества. Но также звучат призывы к тому, чтобы скелет отправился обратно в Уэльс.
Фото: atlasobscura.com
Бакленд действительно вернул некоторые из своих находок из Оксфорда в Уэльс. Челюстные кости гиены выставлены в музее Суонси, а посох из слоновой кости хранится в Национальном историческом музее Сент-Фаганс в Кардиффе. Но замечательные человеческие останки по-прежнему выставлены в Музее естественной истории Оксфордского университета. Некоторые называют эти кости "валлийскими мраморами Элгина".
Если настоящие мраморы Элгина теперь могут вернуться в Грецию из Британского музея, то не пора ли человеческим останкам из Пэйвиленда вернуться в Уэльс? Репатриация - сложный вопрос. От золотого мыса Молд до бронзы Бенина, возвращение материалов в страны или регионы вызывает споры.
За останками из Пэйвиленда хорошо ухаживают там, где они находятся, поэтому возникает вопрос, должны ли они вообще "вернуться домой". Ещё один спорный вопрос - следует ли возвращать их в качестве предков или экспонатов. Однако важность этого человека для европейской и мировой истории означает, что его возвращение, безусловно, достойно пополнит национальную коллекцию Уэльса и привлечёт внимание к уникальной археологии и пещерам региона.