Дети Патрика Бронте, священника, и Марии Брэнуэлл, происходившей из купеческой среды и получившей хорошее образование, выросли в Хоуорте (Западный Йоркшир). Приход, церковь и кладбище находились на холме, с которого открывался вид на окружающий пейзаж, бедную неплодородную землю, вересковые пустоши, только весной покрывающиеся фиолетово-розовым ковром цветущего вереска. В остальное время ветер выл над угрюмой чередой холмов, навевая тоску. Но у детей была необычайная привязанность к родному пейзажу, который они обессмертили в своих творениях, став взрослыми.
Мария Брэнуэлл прожила в Хоуорте всего лишь два года, оставив после смерти шестерых сирот. Три старших девочки были помещены в школу для детей священников, представлявшую собой мрачное учреждение, в котором маленькие воспитанницы страдали от холода и голода, довольно жестокого обращения. После смерти двух дочерей священник забрал домой едва живую Шарлотту. Ее ожидал брат, Патрик Брэнуэлл (так его звали, чтобы не путать с отцом), а также сестры — Эмилия и Анна.
После смерти Марии ее родная сестра Элизабет выполнила свой долг, занявшись воспитанием детей. В семье она прожила до самой смерти. Строгая, сдержанная, она воспитала в детях чувство собственного достоинства, уважение к чужой индивидуальности.
Если тетя отличалась глубокой религиозностью, любовью к порядку, самодисциплине, то служанке Тэбби, также всю жизнь посвятившей семейству, был свойствен веселый нрав, необычайная разговорчивость, умение фантазировать. Ее народный язык, образный, сочный, ее сказки доставляли детям необычайную радость.
Именно она стала прообразом Нелли Дин в романе Эмилии Бронте «Грозовой перевал».
В плане духовном и интеллектуальном сильным было влияние отца.
Патрик Бронте родился в Ирландии (1777—1861), в бедной крестьянской семье. Был он старшим из девяти детей, родители его провели жизнь в тяжком труде и нищете. Блестяще окончив местную школу, он в 16 лет стал помощником учителя, затем гувернером у детей викария, что открывало ему путь к поступлению в Кембридж, где он учился вместе со знаменитым поэтом Вордсвортом, который был старше курсом и чье творчество оказало на Патрика Бронте сильное и плодотворное влияние. Приняв сан священника и получив приход, он на досуге стал заниматься творчеством. Своей первой книгой «Поэмы батраков» он хотел привлечь внимание к жизни той среды, из которой вышел. В духе романтических баллад были написаны и опубликованы еще две книги, однако по своей художественной значимости эти произведения не шли в сравнение с тем, что опубликовали позже его дочери. Но дети гордились тем, что отец пишет стихи, что изданы его книги, и, по свидетельству Шарлотты, обращение к стихам и прозе с раннего возраста было для детей совершенно естественным делом.
Жизнь Патрика Бронте началась до Великой французской революции, а завершилась после Крымской войны. За сорок лет работы в Хоуорте он проводил в последний путь несколько поколений прихожан. По склонам холма спускались от церкви вниз их бедные жилища, цепляясь за каменистую землю и друг за друга. Местные проблемы (многочисленные болезни, ранние смерти) были хорошо знакомы и детям, ибо начинались от двери прихода. Патрик Бронте проявлял постоянную заботу о прихожанах, их быте. Он первым начал открывать школы для взрослых. В такой школе должна была работать его дочь Шарлотта, а брат служил в приходском комитете.
Годы жизни в Хоуорте совпали с большими социальными сдвигами: наполеоновские войны, промышленная революция, чартизм, луддитские восстания. Последние происходили довольно часто в Йоркшире. Семья симпатизировала простым фермерам и ткачам Хоуорта. Внимание к униженным и оскорбленным воспитывалось с детства. Позже рассказанные отцом истории и собственные детские воспоминания о восстании луддитов лягут в основу романа Шарлотты Бронте «Ширли».
По традиции вся семья собиралась по вечерам за семейным столом, в присутствии детей отец и тетя обсуждали события политической жизни, новинки беллетристики. Патрик Бронте выписывал газеты и журналы, приобщил детей к поэзии, которую сам очень любил, чтению У. Вордсворта, Д.Г. Байрона, В. Скотта, А. Теннисона. Первые, самые ранние детские стихи были подражанием великим мастерам.
Дети были разносторонне талантливы, любили живопись и музыку. Брат играл на флейте и органе, были одарены музыкально Эмилия и Анна. Гендель — их любимый композитор. Уроки рисования вел художник-профессионал, а дошедшие до нас портреты и акварели свидетельствуют о незаурядном таланте, особенно Патрика Брэнуэлла, мечтавшего стать портретистом (его произведения есть в Национальной портретной галерее в Лондоне).
Импульсом к литературному творчеству послужил случайный эпизод. Однажды отец купил коробку с солдатиками, и детская фантазия мгновенно создала некое государство Гондал (Эмилия и Анна), а также загадочную Ангрию (Шарлотта и Патрик), где происходили удивительные события, шла борьба за престол, совершались казни, имели место заговоры. «Хронику» каждый записывал в собственную маленькую тетрадочку. «Трудно поверить, что воображаемая радость может доставить столько счастья», — писала позже Шарлотта Бронте.
Прогрессирующая болезнь глаз у Патрика Бронте поставила семью перед необходимостью трудовой жизни. Шарлотта уехала в Брюссель, чтобы выучить французский язык и стать более квалифицированной гувернанткой. Недолгое время вместе с ней была Эмилия. Пребывание в чужой стране было радостным и мучительным одновременно, так как Шарлотта безответно влюбилась в директора пансиона Эгера, незаурядную личность. Первое сильное чувство позже найдет отражение в ее романах.
По возвращении домой Шарлотта случайно прочитала стихи сестры Эмилии, поразившие ее «особой музыкой, дикой, меланхолической и возвышенной», и убедила всех в необходимости их опубликовать. Так появился на свет поэтический сборник, в котором они выступили под вымышленными мужскими именами: «Стихотворения Керрера, Эллиса и Эктона Беллов» (1846 г.). Вскоре вышла в свет доброжелательная рецензия в журнале «Атенеум», но успеха сборник не имел и были проданы только два экземпляра.
Знаменитый поэт Саути, к которому Шарлотта обратилась за советом, ответил в вежливом письме: «Пишите стихи!» Но в то же время подчеркнул, что «литература не может быть уделом женщин».
Он еще не знал сестер Бронте и свойственной им энергии, твердости духа, неистребимой любви к творчеству. В основном не в поэзии, но более в прозе суждено было им поразить воображение как современников, так и последующие поколения и занять достойное место в английской литературе.