На Старом континенте, на Крите, среди древних эгейских письмён, которым четыре тысячи лет, спрятано другое письмо, возможно изолированное, а может и нет, но, безусловно, самое загадочное из всех.
И как все самые сокровенные и непроницаемые тайны, она прямо перед нашими глазами, скрывается у всех на виду. Наряду с критскими иероглифами и линейным письмом А существует письмо, печально известное среди экспертов и широко известное всем остальным. В Греции этим злоупотребляют и раздувают символ, как
Эйфелева башня в Париже или гондола в
Венеции. Его изображение везде — штамповано, напечатано, нарисовано, скопировано, жертва того, что часто является самым бесполезным маркетингом и потреблением — часть идеи «гречности», которая не имеет ничего общего с настоящими греками. Фестский диск.
Фестос — один из великих
минойских дворцов, и его диск был обнаружен в начале 20 века итальянским археологом
Луиджи Пернье. Во дворце не было найдено никаких архивов — ничего похожего на великие архивы, раскопанные в Кноссе, на севере острова, заполненные табличками с линейным письмом А и линейным письмом Б; ни как архивы табличек с линейным письмом А, найденные на месте Святой Триады, поселения к югу от Феста и на его границе.
В Фестосе, казалось, вообще не осталось следов письма. Хотя как это возможно?
Пернье спрашивал себя: как мог такой внушительный и монументальный дворец с его царственными и грандиозными лестницами содержать только несколько разрознённых надписей?
Это был 1908 год, и должны были состояться последние раскопки. Их средства на исследование дворца были на исходе. Тяжёлый момент для Пернье. Не в последнюю очередь потому, что, по словам окружающих, его снедала зависть к археологам-соперникам и их сенсационным открытиям. Пернье нужен был большой прорыв. И это именно то, что он получил. Его открытие Фестского диска было провозглашено всеми, включая соперников, находкой года.
Фест быстро приобрёл широкую известность. Диск поразил всех. Это было похоже на то, чего раньше не было видно. Как получилось, что такой маленький объект — 40 скромных сантиметров глины — стал символом острова, гондолой Крита? Что делает его таким магнитным?
Ответ прост: он в кроссворде, который вы разгадываете воскресным утром, в детективных романах, во всех криминальных сериалах по телевизору, в упрямой и безответной любви, которая приклеивает вас к телефону в ожидании сообщения. Ответ кроется в тенях, в слепых зонах жизни, в спешке задействования наших аналитических способностей, во всех наших предсказаниях и ожиданиях того, что грядёт. Ответ — самая заманчивая из всех тайн: желание постичь то, чего не знаешь, докопаться до истины раньше всех. Интуитивно чувствовать, исследовать. Расшифровать. Человек - лёгкая добыча для неизвестного. Оно связывает нас с будущим. И чем больше что-то окутано мраком, чем темнее угол, тем отчаяннее нам хочется направить на него свои фонарики.
Фото: urokirus.com
Даже самый крошечный объект, такой как Фестский диск — это то, что нужно. Спираль неразборчивых, непонятных знаков действует как гипноз. И загадка заключается не только в сценарии, но и в обстоятельствах его открытия, его истории, сомнениях в его подлинности. Все, что крутится вокруг Фестского диска, говорит о недоумении, о лазейках и нерешённых загадках.
Что происходит в первую очередь, когда вам немного везёт, как нашему Луиджи Пернье? Слухи, конечно, расходятся. Может это не более чем мошенничество? Диск, выкованный из обиды озлобленного и завистливого археолога, жаждущего славы.
Нет шансов, что он подлинный. Пернье всех нас обманывает. Диск является подделкой. Может быть распространители слухов всё же правы? Это действительно подделка? Хороший вопрос.
Во-первых, есть итальянский (и потому подозрительный) археолог, попавший в конкурентную среду; ещё имеется безденежная кампания раскопок, вплоть до последней капли финансирования. В таком затруднительном положении одно поддельное открытие могло изменить ситуацию. И любой, кто работает в академическом мире, знает, что гораздо легче отравить университет злобой и завистью, чем поддерживать чистоту воды с помощью сотрудничества и диалога.
Но хватит слухов. Давайте посмотрим на факты. Что происходит на самом деле? Диск, безусловно, необычный, с идеально отштампованными символами, гладким и правильной формы краем. Кажется, что его можно было сделать за один день. Даже если это не так, это определённо похоже на подделку. И есть те, кто всё ещё верят в это, даже среди коллег, которые являются экспертами в этой области. Однако археологический контекст, в котором он был найден, является прочным и заслуживающим доверия. Точно так же и его датировка относится к тому же периоду, когда на острове сосуществовали критские иероглифы и линейное письмо А, хотя и в разных местах.
Фото: urokirus.com
Диск был обнаружен рядом с табличкой, выгравированной очень архаичной формой линейного письма А. Принимая всё это во внимание и с благословения скептиков, есть возможность прийти к заключению, что Пернье никогда ничего не подделывал, что диск «хорош». Пора похоронить эту сказочную историю обманов и мистификаций под всеми слоями бесполезных академических обличений. Хватит выдумок.
Лучше задать несколько законных вопросов: для какой цели мог служить такой диск? И что на нём написано?
На Фестском диске перед обжигом на глине выбито 242 символа. Фестский диск не является административным текстом. Его спиралевидные символы напоминают символы другого диска более позднего периода, сделанного из свинца и написанного на языке, который и по сей день остаётся не очень непонятным, этрусском.
Пернье прямо цитирует диск Мальяно в своём отчёте о раскопках. Эти два объекта очень похожи, хотя это просто странное совпадение. Этрурия и Крит не имеют исторической связи, да и даты слишком далеки друг от друга.
Что, если это гоночная игра, что-то вроде желобов и лестниц? Среди тысяч интерпретаций было предложено и это, хотите верьте, хотите нет.
Египтяне играли в игру под названием мехен на круглых табличках, где дорожка повторяет форму свернувшейся змеи. Мехен на самом деле означает «свёрнутый кольцами», бог-змей, а след на его теле отмечает переход от жизни к смерти.
Мог ли Фестский диск быть пережитком критских забав, работой какого-то писца, которому надоело составлять списки шерсти и овец? Я очень сомневаюсь в этом. И может быть, диск — не единичный случай, как предполагается. Спирали не были неизвестны минойцам: их находят на кольцах, например, с линейным письмом А, вращающимся вокруг оправы; или на обычных конических чашках, внутри разрисованных спиралью из линейного письма А. Непростая задача — рисовать знаки внутри такого глубокого кубка — и их тоже нелегко читать.
Нет ничего менее разборчивого, чем этот диск. Его надпись — поскольку, в конце концов, речь идет именно о надписи — представляет собой непостижимую загадку, неразрешимую задачу. Здесь человечество снова стало жертвой неизвестного. Спиралевидный ряд символов с обеих сторон, почти все узнаваемые: мужчины разного рода и в разных позах, женщина, рыба, цветок, кувшин, топоры, пчела, голубь и многие другие фигуры, некоторые из которые повторяются. Минойский мир, всё в порядке. И всё же эти символы имеют лишь отдаленное сходство с критскими иероглифами. Откуда они? И что они делают на этом диске?
Фото: rambler.ru
В тайне этого предмета кроются ещё две тайны. Во-первых, его специально обжигали при высокой температуре, чтобы обеспечить долговечность. Необычное явление, учитывая, что таблички с линейным письмом А и глиняные документы с критскими иероглифами сохранились только потому, что они были «сожжены» в огне, который уничтожил сначала минойские, а затем микенские дворцы. Обжиг глины делает таблетки практически неразрушимыми. Таким образом, это просто счастливое совпадение, что эти объекты были спасены и доставлены к нам почти в идеальном состоянии.
Вторая загадка заключается в том, что знаки не выгравированы на глине. Они проштампованы. Первая печать — за несколько столетий до Гутенберга и его подвижного литера, который появится только в эпоху европейского Возрождения 15 века. Это диск впереди времени, где все персонажи расположены в ряд, по кругу. Предшественник без исторической преемственности, потому что критские формы не использовались для штамповки других предметов. Фестский диск — уникум.
Двести сорок два знака в последовательности чётко и намеренно разделённых слов, что говорит о том, что это, по всей видимости, настоящая письменность. Но если это так, то имеем ли мы здесь силлабическое письмо, подобное критскому иероглифическому и линейному письму А, или логографическое письмо, где каждый знак обозначает морфему (то есть слово)? Первая возможность имеет больше оснований, но для проверки гипотезы недостаточно общих признаков. И это как раз проклятие уникума. Нет возможности что-то доказать или опровергнуть. Это не только изолят, но и чёрный лебедь: редкий, единственный в своём роде, его невозможно игнорировать, и он проклят. Проклят, потому что запрещает нам применять научный метод, а это означает, что никто и никогда не сможет его расшифровать.
С тонкой английской иронией филолог Джон Чедвик, помогавший Майклу Вентрису расшифровать линейное письмо Б, написал о Фестском диске следующее: «Если бы сам царь Минос открыл кому-нибудь во сне истинное толкование, ему было бы совершенно невозможно убедить кого-либо ещё в том, что его решение является единственным возможным».
Конец истории. Мы вернулись к началу к игре «Жёлобы и лестницы» с тупиковой дорожкой, где никто не выигрывает.