Глава 74. Поминальная грусть
1 ноября 1999г.
Москва
Здравствуй, Виллиам.
Я жива-здорова твоими молитвами. В фирме перестановки, наши ребята окончательно перебрались за бугор, доверив руководство бабам (генеральство и финдиктатуру), чем всех сильно огорчили. Создавали и раскручивали все три издания мы, следовало бы акционироваться, стать хозяевами дела. На зарплате печальный отъезд никак не отразился, на прежний уровень уже, пожалуй, и не вернется.
Лишний раз убеждаешься, что ничто в этой жизни неповторимо. Даже к известным личностям и звёздам они не могли отнести себя, но не они первые имели проблемы. И пока идут этнические чистки, удобный момент сделать ноги. Ни для кого не секрет, что Пресню держит чеченская мафия. Хотя Москва столь огромна, что тебе это ничего не прояснит.
А метро почти полностью переходит на карточки вместо пластиковых жетонов. Мне постоянно угрожают, что завтра не впустят по корочке донора, надо получать социальную карту москвича в собесе. А там всезнающие безумные бабки. Оказывается, что уже в одиннадцати странах ЕС в этом году рассчитываются в евро, а мы тут голову ломаем, почему марки папуля не получает. Оказывается – разворовали Фонд – держи карман шире.
К чему я всё это пишу тебе?
Тут такая нелепость с заменой турникетов: приятельница Валюшка некогда работала под моим началом, сломала бедро, она ли замешкалась, или карточка не сработала, но ее прихлопнуло. Мне удобно с работы навещать ее, человек одинокий, отношения с медиками всё еще поддерживаем. Собрались вместе, забирать ее домой, а тут abs! Четвертая стадия, квартира неприватизированная, риэлтор не берется за срочную приватизацию, так как не можем ее доставить для личного оформления. Ничего ей не говорим, только инвалидность оформили и молчим. Пришлось мне скрепя сердце мотаться по инстанциям, вот и делюсь новостями.
Этим, естественно, не кончилось. Забрела к нотариусу, осведомиться, какой доверенностью решить проблему. Я, конечно, вымоталась между работой, домом, больной, и мне помогли, оформив желание приватизировать квартиру, завещание на имя помощника нотариуса. Крепиться духом пришлось и далее, выдержав post factum все обвинения от старой гвардии, кончилось все скандалом на поминках. Дело обычное.
Почему я согласилась? Да, не хотела я ценой жизни Валюшки улучшать свое жилищное положение. Последние недели у нее были сиделки и обезболивание, похоронили в землю, по-человечески. Я не могла бы обеспечить, а остальные жили далеко, им было неудобно ездить. Никогда не могла представить, что с коллегами по прежней профессии разойдемся как враги. Переживать, честно говоря, времени не остается.
Москва жесткая с колючими взглядами напротив, в метро – злые глаза азиатов. Куда делись жэковские татары или наши дворники с дипломами вузов? Нарочито раздражают женщины в черных тряпках, прикрывающих лица. То, что на них напялили, одежду им не свойственную, выдают дорогие кроссовки и выглядывающие джинсы. Маскарад для запугивания не срабатывает, подходишь к дежурному и сообщаешь, что в таком-то вагоне едет подозрительная личность. В нашем районе студгородок и студентки-мусульманки ходят в разноцветных неярких шарфах, платках, куртках, джинсах, никак не выставляя свое исповедание веры напоказ. Расслоение в обществе стремительно растет.
Среднего класса, действительно, не стало.
У сына теперь отдельная комната, на прошлой неделе схоронили деда (свекра). Это не совсем точно, будем подхоранивать на Ваганьковском, где всегда, но попозже, урна не бывает сразу готова. Вот представь, съездим на Митино, получим пакет с урной по квитанции, поедем домой на автобусе. В выходные на метро повезем прах в последний путь. Обыденно и жестоко. А на иное – традиционное, денег не хватит.
Очень много поминальных молитв для вечернего чтения, поэтому о любви не пишется. Слишком призрачное личное. Живем, сцепив зубы, не вереща и не жалуясь. Думаю, невозможно привыкнуть к постоянным случайным обстрелам, грому дальних бомбардировок. Остается пожелать здравия и единомыслия, и всем нам мирного неба. Пожить бы, чтоб не мешали…
С тобой, твоя…
***
Город ЭнСК
28 ноября 1999г.
Доброго здравия, Мадам.
Мои соболезнования, Лючи…
Человек теряется, когда рядом горе, никто не знает, что надо сказать… Надо подставить плечо, что и есть самая важная поддержка в беде и скорби, что невозможно из-за дальности места обитания.
Не волнуйся за нас, человек ко многому привыкает, бывает и всесильным, когда прижмет. Границы блокированы, контртеррористическая военная операция по уничтожению банд на территории Чечни идет с конца сентября, сокращенно КТО. Они давно дали повод своим диким вторжением в августе в Дагестан.
Бомбардировки Грозного доносились окрест, но в конце сентября затихли, федералы выбили отряды бандитов. Бронетанковые подразделения зашли со стороны Ставропольского края и Дагестана, бои ныне на равнинной части. Ликвидация чревата для соседних краев тем, что они расползаются, как тараканы по щелям. Рыжая конопатая наивность мальчиков на постах оборачивается лишними жертвами. Не зная горцев, трудно различить бандита в толпе местных – все горластые, носастые. Негры и арабы отличаются загаром, а бывают среди них и блондины. Вот что дурь делает с наемниками!
Я знаю, что ты уже не смотришь телевизор и ведешь себя осмотрительно. Внимательность – залог успеха в труде, а для выживания – правило номер один. Пожалуй, хватит о плохом. Пытаешься убедить в хорошем, а скатываешься в кровь и грязь…
Именно без боли жизнь прекратила бы свое существование. Поверьте поэту-философу-медику. У меня память художественная. Театральная. Я сцены помню до мелочей, только зачем... Реальная память.
А вот одна дама после прочтения наивно решила, что мы с ней целовались. Но этого не было, так в рассказе. Я не помню, этот ли рассказ я тебе отправлял. На всякий случай посылаю еще раз. Жизнь так быстротечна и неопределённа. Мы должны бы праздновать десятилетие нашей первой встречи в новогодней кутерьме мастерской, но и такая короткая поездка на каникулы в Питер лишь мечты.
Знаешь, Лючи, а мечты только возвышают чувства. Незабвенная моя, звони, я сразу сбрасываю тяготы с плеч согнутых, выпрямляюсь, как гусар, входящий в бальную залу в поиске той… Единственной.
Целую, скучаю и бесконечно стремлюсь к тебе всей душой, помыслами, снами. Я всегда был твоим, только не случилось…
Люблю. Т.В.